Миллионы парсек: Остановить явь - Страница 19

Мать строго и выжидательно помолчала, давая ей время осознать сказанное.

— Ты не права! Вы все неправы! — возразила Анна, усаживаясь за накрытый на двоих стол. — Сознание человека ушло, так?

Мать не сказала ни слова, но Анна поняла, что она пока не связывает одно с другим.

— Но сама ловушка осталась целой, — подсказала она. — Теперь это хлам. В ней нет движущей силы, которую я выпила, и нет меча, который подзаряжал ее. Для вас эта сила инородна, тогда как я нечто среднее между силой медуз морока и вашей, поэтому я могу принять на себя и ту силу, и другую, и третью. Не странно ли, что первым проявил себя меч, когда один из меченосцев помахал у меня своим мечом перед носом, тогда как у других Правителей сначала проявляет себя сила? А сила появилась как с куста, в то время, когда у меня не было ни звезды, ни родителей, которые могли бы мне ее передать!

— Возможно, ты просто приспособилась к условиям, — пожала плечами мать. — Нас не так-то легко выдавить на ту сторону.

— Если я захочу, чтобы та штука заработала, она оживет, я уверена, — твердо заявила Анна. — Вот вам первый вариант. А если я прикажу ей слушать определенную волну или человека, она исполнит мое приказание в точности. Следовательно, я могу поставить над нею любого оператора. Вот вам второй вариант. И третий! Для вас эта штука опасна, но лишь потому, что сила вам не подчиняется, а ваша сила не вполне обучена управлять ею. Но если бы знали, что помешает вам создать такое же подпространственное оружие, когда не нужно убивать людей или медуз морока?!

— Ты не понимаешь, — мать с сомнением покачала головой. — Сила медуз морока обладает особенными свойствами. Бытие медуз не пространство, и не подпространство, а полное их отсутствие. Они приходят в подпространство и пожирают его, как мы спускаемся в пространство. Именно это качество их силы удерживает железо, не позволяя ему рассеяться и растаять, как образ.

— Пусть без медузы морока нам не обойтись, но если обучить силу? Предположим, я выпила силу медузы морока, — Анна выпустила часть силы. — Теперь попробуй собрать ее…

Дождавшись, когда мать соберет силу, она продолжила твердым голосом.

— Значит, я не только выпила, я преобразовала ее, и при этом она легко вспомнит то свое состояние, в котором пребывала, пока была с медузой морока. То же самое произошло с мечом. Сила и меч лишь инструмент в наших руках — все живое, от простейшего до сложного организма имеют ее в себе. У тебя нет средств, чтобы поднять экономику империи. Хорошо. Открой производство зарядных устройств для аэлранов, флаеров, крейсеров, налаживай производство защитных браслетов. И твоя империя будет одной из самых успешных в галактике! Бесхор так богат, что несколько галактик стоят у него на коленях! Пора бы ему потесниться… Я помогу, я выпью медузу морока без остатка, и передам силу тебе! Ты можешь хранить ее где угодно — микроорганизмы, растение, камень… И брать, когда она тебе понадобиться.

Похоже, мать была в состоянии аффекта. Анна слегка растерялась, когда увидела устремленные на нее глаза с расширенными зрачками, в которых застыл и страх, и что-то неуловимое, похожее на боль. Она застыла, словно окаменев.

— Мам… — позвала Анна, поперхнувшись.

Мать тряхнула головой, продолжая изучать ее, но во взгляде ее появилась жизнь.

— Постой-ка, а ты случайно… — торопливо проговорила она, и опустила плечи, слегка изменившись в голосе. Озадаченное ее лицо напомнило Анне лицо Правителя Каффы на его исследовательском крейсере. — Как это к тебе пришло? Как ты поняла, что это возможно? — нервно и настойчиво вскрикнула она. — Ты размышляла над этим?

Анна смутилась. Честно говоря, она и сама была удивлена. Вряд ли она думала, скорее, следовала за порывом сердца, пока искала выход — и высказала все, что в этот момент пришло ей на ум. Но мысли не казались ей чужими.

— Значит, Каффа прав, ты провидец, — глухо проговорила мать, отодвинув от себя тарелку, не притронувшись к еде. Лицо ее стало бледным, а руки слегка задрожали. — Или охотник, что еще хуже!

Страх матери передался Анне.

— Это разве плохо? — расстроилась она. — Дед тоже провидец.

— Нет, но… Да. Да! Ты из тех Правителей, за которыми будут охотиться во все дни твоей жизни, — мать встала, уронив салфетку, не заметив, подошла к окну, тяжело оперевшись на подоконник. — Кто-то, чтобы сохранить свои тайны. Ты легко разгадала секрет Бесхора, над которым бьются миллионы Правителей. Кто-то, чтобы заполучить твою силу. И рано или поздно тебя убьют. Это великий соблазн! Ты должна бояться даже Карсада и собственного демона. Отец властолюбец, он никогда не упускал возможности подняться на самый верх. А Дай… Он амбициозен и привык действовать самостоятельно, и вполне может использовать тебя. Да, он друг, но сколько раз демоны предавали Правителей? Он зрит в корень, и в первую очередь защищает свои интересы. Он друг, пока твоя и его цель совпадают. А про других Правителей я уже и не говорю!

— Вы с Ари поссорились? — Анна присела на край подоконника. — Она была с тобой до конца.

— Нет, с чего ты взяла? Ари не Дай. Она самочка, для нее я дитя, которого ей не дал Бог. А Дай самец — вожак и боец, который легко убьет любого, кто встанет у него на пути, — грустно усмехнулась мать.

— Я это уже заметила, — кивнула Анна, вспомнив свою обиду, от которой не осталась и следа. На душе ее отлегло. — А почему Карсад и Катрин не могут, как я?

— Ну… — мать пожала плечами. — Раньше бы я не смогла ответить, но теперь… Кажется, я разгадала тайну провидцев. Предположения были, но теперь это очевидно. Карсад предугадывает действия Правителей, потому что сила некоторых, в особенности мертвых, притекает к нему время от времени, когда ей некуда вернуться — и так знает об опасности. А Катрин… Могу лишь догадываться. Она из древних первоживущих, когда пространства не было и в помине. Сдается мне, что она пьет ту же силу, что и медузы, в ней нет знаний о бытии. Медузы прекрасно чувствуют себя за пределами вселенной, и Катрин легко достает и до Бездны, и до Бога. Каффа и Зарт в этом на нее похожи, но до Катрин им далеко, у обоих у них меч обраков, тогда как я, не имея силы Катрин, могу ударить так же сильно. У меня меч перкаров, а сила обрака. А у тебя меч перкаров, а сила… Что представляет собой твоя сила, я не могу объяснить. Возможно, Дайкон скрыл от меня, что он охотник. От нас от всех. Опасно иметь такую силу, особенно, если рядом обраки, у которых страх перед охотниками в крови.

— А почему медузы охотятся на нас?

Мать снова пожала плечами, задумавшись, сложив руки на коленях.

— Охотники прикармливали медуз обраками, а сила быстро учится. Там, где обитают медузы, сила рассеяна или менее доступна, тогда как любой Правитель имеет в себе сильную ее концентрацию. И так медузы научились нападать на нас, даже если мы прятали силу. В свое время перкары ходили между ними безопасно, рассматривая как живность Бездны, которая паслась у края вселенной.

— Возможно, дед уже догадался, он… он все время… — Сказать, что ее держат за дурочку, у Анны не повернулся язык. — И запретил думать о школе Правителей на Сорее, куда отправил Маришу, — горько посетовала она.

— Вполне возможно, — кивнула мать. — Но не думаю. Скорее, решил, что твой дар подобен его дару.

— Но как я скрою свои способности? — еще больше расстроилась Анна, вспоминая лицо Правителя Каффы, который сразу стал холоден, как только понял, что она имеет над ловушкой власть.

— Тебе нужно научиться чувствовать мысли и скрывать их. Полезно иногда что-то утаить от демона.

— Дай сразу догадается, — не поверила Анна. — Он же читает меня.

— Нет, — оживилась мать, прищурившись. — Если научишься разом и там, куда демоны не могут посмотреть, пока не перешли на ту сторону. Кстати, если с тобой что-то случиться, никто о них не узнает. Обычно, само знание держат от демонов в тайне, и оттого многие Правители не считают демонов равными себе, обращаясь, как с низшей расой. В противном случае, любой, кто убьет тебя и выпьет твою силу, получит в придачу твою империю.