Между Полярной звездой и Полуденным Солнцем: Кафа в мировой торговле XIII–XV вв. - Страница 31

Приходно-расходные книги Львова позволяют приблизительно оценить объемы вывоза шелка в польском направлении. В 1418 г. сумма налога с шелковой нити, привезенной во Львов купцами Кафы, составляла 51 сексаген и 40 грошей[820], то есть 3100 грошей[821]. При 5 % налоге общая стоимость пряжи составит 62000 грошей, или около 140000 аспров. Это, конечно, в десятки раз меньше вывоза в средиземноморском направлении.

Объемы реэкспорта шелкового полуфабриката в Россию гипотетически позволяют предположить запросы к польско-литовской и крымской сторонам об удовлетворении материального ущерба русским купцам[822]. Притязания по шелку достигали 576,75 рублей, или 576750 аспров. При учете степени риска 25–50 % общий объем поставок шелка из Кафы в русские земли мог достигать 1000000 аспров, что в 4–5 раз уступает морскому вывозу в Италию.

В целом, до 1 / 5 всего шелка, проходившего через Кафу, подлежало дистрибуции на Север. И 4/5 перераспределялось на Юг. Подобное соотношение должно находить объяснение в потребностях шелкоткацкого производства Италии и, наоборот, в отсутствии таковых на Севере. Те небольшие количества шелка, которые везли с собой русские купцы, скорее всего, перепродавались в Германию, что было довольно выгодно. И только малая часть шелковой пряжи использовалась в русском шитье шелковой нитью и в работе кружевниц.

Одновременно с шелком-сырцом в Кафу поступал нередко и хлопок. Самыми известными областями его производства в Средние века были Персия, Кашгар и Гуджарат[823], а также уже упоминавшиеся Сирия и Анатолия [824]. Хлопок в клоках или пряже привозился либо из Центральной Азии через Тану и Солкат, либо из Малой Азии через Трапезунд.

Функционирование и того, и другого путей находит отражение в самых разнообразных источниках. Так, в 1360 г. житель Солката Абрам Камалиа поставил в Кафу партию хлопка стоимостью 80 соммо (16000 аспров)[825]. В 1410 г. один генуэзский купец привез из Трапезунда 5 балласов (395 килограмм) хлопковой пряжи[826]. Позднее, в 1459 г., сарацин Ахмед доставил из Симиссо 40 кантариев (1,9 тонн) этого же сырья[827]. Последние сообщения касаются не частных коммерческих сделок, а заказов кафской коммуны, отражая заинтересованность местного текстильного производства в сырье.

Основная масса хлопкового полуфабриката подлежала реэкспорту на Юг, в Италию[828]. И лишь меньшая часть предназначалась для дистрибуции на Север, в польско-литовские земли[829], Германию[830] и Московию[831].

Достаточно активно торговые люди Севера интересовались готовыми изделиями из текстиля, называвшимися в средневековых русских источниках «красным товаром»[832]. Кафские акты конца XIII в. упоминали расшитый золотом назик стоимостью 14000 аспров [833]. Известен этот сорт ткани и составителям «Куманского кодекса»[834]. Назик[835] ткали, по свидетельству Марко Поло[836], в Багдаде и китайских городах.

Помимо назика был известен как — хлопчатобумажная ткань (от персидского нах – хлопок). В персидской космографии начала XIII в. говорится о товарах Тебриза, знаменитого центра производства тканей: «Его товары: атлас, красивые каба, златотканная парча, хлопчатобумажная пряжа (нах), шелковая ткань, камка, хазз, бавали…, шерстяные покрывала…., парча…»[837].

Багдадский и тебризский назик и нак поступали на кафский рынок морем из Трапезунда, куда, в свою очередь, они привозились с восточными караванами из Султании и Тебриза. Китайский назик привозился по северному ответвлению Великого шелкового пути.

Упоминались, далее, мосульские ткани[838], также шитые золотом. Объем их импорта в Кафу в конце XIII в. составлял 11000 аспров. Мосульские ткани производились в Мосуле[839] и попадали в Кафу, скорее всего, через анатолийские порты.

Известны были также «ездские» шелковые материи с золотыми узорами. В латинских источниках они назывались iassi или iasdi[840]. Центром их производства, определенно, был иранский город Йезд.

Вместе с мосульскими тканями иногда фигурировали материи, называвшиеся по-латински xanici и caxanici [841]. Вероятнее всего, здесь речь шла о знаменитых аксамитах, обычно расшивавшихся золотыми узорами в виде зверей и птиц.

В массариях Кафы 1421–1459 гг.[842] упоминались камка, бархат и атласы. Общая стоимость этого товара достигала 21200 аспров. Камка и бархат в особо значительных объемах ткались в Кашане и Йезде[843]. Гладкие атласы производились в Шемахе[844].

В венецианских документах встречаются указания на китайский сендал и бухарский синдон[845]. Это были шелковые материи различного цвета, расшитые золотой тесьмой. Сендал выделывали в Чжосяне, Цзя-сине, Хэцзяне и некоторых других китайских городах[846]. Синдон ткали в Бухаре.

Наконец, есть сведения о продаже в Кафе восточных ковров[847]. Шелковые коврики, по-видимому, следует понимать под странным латинским обозначением “zapis camuti”[848].

Помимо шелка и парчи, Кафа получала и перераспределяла значительное количество левантийских тканей из шерсти, хлопка и льна. Наибольшей известностью пользовался шерстяной бокаран. Объем его ввоза в Кафу, судя по актам Ламберто ди Самбучето 1289–1290 гг., составил 10700 аспров[849]. Бокаран производился в Бухаре, по которой он и получил свое название. Этот сорт ткани пользовался исключительно высоким спросом на тогдашнем мировом рынке; а высокий спрос стал стимулом для производства подобного типа текстиля во многих центрах Востока.

Так, появился бокаран, ткавшийся далеко за пределами Бухары, в городах Индии и Персии. Наиболее крупным центром его производства сделался Эрзинджан[850]. Здесь историк экономики соприкасается с первыми свидетельствами контрафактной продукции. Подлинный бокаран бухарского происхождения и его многочисленные аналоги из других восточных центров поступали на рынок Кафы, как по анатолийским, так и по северным торговым маршрутам.

В документах приводились и другие сорта левантийских полотен. Такова – пестрядь, которую ткали из разноцветных ниток в Камбее[851]. Таков – персидский кармазин, похожий на европейский скарлат, который изготавливался из темно-красной шерстяной пряжи[852]. Были известны персидское сукно – зуфь[853] и китайская ткань из верблюжьей шерсти – камлот[854].