Метро 2034 - Страница 9

им в него солдат гарнизона. Успокоить всех встревоженных, собирающихся вечерами, после работы, у станционных часов, засёкших время выхода каравана, чтобы помолчать или негромко обсудить, как теперь быть.

Истомин говорил, что в последние дни у него всё чаще спрашивали, отчего на станции приглушили освещение, и требовали включить лампы на прежнюю мощность. При этом ослаблять напряжение никто и не думал, светильники и так горели в полную силу. Тьма сгущалась не на станции, а человеческих душах, и даже самые яркие ртутные лампы не могли её разогнать.

Восстановить телефонное сообщение с Серпуховской так и не удалось, и за ту неделю, которая прошла со дня выхода каравана, полковник, как и многие другие севастопольцы, потеряли очень важное, редкое для обитателей метро чувство близости к людям.

Пока работала связь, пока караваны ходили регулярно и до Ганзы было меньше дня пути, каждый из живущих на Севастопольской был волен уйти или остаться, каждый знал, что всего в пяти перегонах от их станции начиналось настоящее метро, цивилизация, человечество, частичкой которого он себя ощущал.

Так, наверное, раньше чувствовали себя заброшенные в Антарктику полярники, ради научных изысканий или высоких заработков добровольно обрёкшие себя на долгие месяцы борьбы с холодом и одиночеством. До большой земли – тысячи километров, и всё же она где-то рядом, покуда действует радио, а раз в месяц над головами слышится гул моторов самолёта, сбрасывающего на парашютах ящики с тушёнкой.

Но теперь льдина, на которой стояла их станция, откололась, и её с каждым часом уносило всё дальше – в ледяную пургу, в чёрный океан, в пустоту и неизвестность.

Ожидание затягивалось, и смутное беспокойство полковника за судьбу посланных к Серпуховской разведчиков постепенно превращалось в мрачную уверенность: этих людей он больше никогда не увидит. Снимать с оборонного периметра трёх новых бойцов, чтобы точно так же швырнуть их навстречу неведомой опасности, вполне возможно – верной гибели, так и не найдя при этом выхода из положения, он просто не мог себе позволить. Опускать гермоворота, перекрывать южные туннели и собирать большую ударную группу ему всё же казалось преждевременным. Если бы только кто-нибудь принял сейчас решение за него… Решение, которое обречено оказаться неверным.

Командир периметра вздохнул, приоткрыл дверь, и, воровато оглянувшись, подозвал часового.

– Папироской не угостишь? Но это крайняя, больше мне не давай, как бы ни просил! И не говори никому, ладно?
* * *

Когда Надя, кряжистая говорливая тётка в дырявом пуховом платке и измазанном переднике, принесла горячую кастрюлю с мясом и овощами, дозорные оживились. Картошка и огурцы с помидорами считались здесь самым изысканным деликатесом: кроме Севастопольской, овощами могли попотчевать разве что в паре лучших ресторанов Кольца или Полиса. Дело было не только в сложных гидропонических установках, необходимых для выращивания сбережённых ботаниками семян, но и в том, что мало кто в метро мог позволитьОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com