Меря и Ростовское княжество. Очерки из истории Ростово-Суздальской земли - Страница 16

Печальна и весьма замечательна судьба этого младшего из сыновей Мономаха. Стоя на рубеже двух исторических эпох, княжеско-родовой и княжеско-единовластной, двух этнографических формаций русской народности: восточно-русской и южно-русской, – Юрий в своем личном характере носит ту же двойственность. С одной стороны, все его идеалы лежат в южном Приднепровье, о «причастьи в Руси» себе и своим детям заботится он всю свою жизнь: его традиции – традиции южных князей; с другой стороны, в его характере заметны некоторые черты, напоминающие его сына Андрея Боголюбского, положившего основание новому порядку дел в княжеской Руси. Черты эти, правда, не выступают рельефно, он, так сказать, еще в зародыше, но и в этом зародыше проявляется уже «самовластие», – основная черта характера Андрея. Характер Юрия, вследствие этого, не представляет ничего цельного. Это переходный тип от южного князя к князю северному, от князя Приднепровья к поволжскому князю. Характер Юрия представляется нам промежуточным звеном, соединяющим его отца Мономаха с его сыном Андреем; без этого промежуточного звена невозможно было бы появление Андрея, который так резко во всем отличается от своего деда Мономаха. Нравственный характер Юрия весьма не симпатичен. Личный расчет есть основная движущая им сила, есть причина всех его действий. Из-за этого личного расчета он хитрит, он нарушает крестное целование, он соединяется с враждебными своему роду Ольговичами и, паче всего, «наводит на юг половцев», исконных врагов и насильников южно-русской украйны. Отец Юрия, «страдалец за русскую землю», Мономах, был не таков! Робкий воин и храбрый организатор, Юрий стремится постоянно на юг, и между тем вводит «наряд» в своей северо-восточной области Ростовской. Сражаясь во имя родовых княжеских прав с племянником своим Изяславом, он сам же нарушает эти права, садясь в Киеве помимо своего старшего брата Вячеслава. В народной памяти Юрий Долгорукий является жестокосердым, и, но народному преданию, построенный им город Москва «стоит на крови». Такой князь, конечно, не мог быть любим на юге, где прямота действий, мужество в брани, борьба с «погаными» половцами, служение земле, а не своей личности составляли народный идеал князя. Таким был Мономах; поэтому он и пользовался популярностью на юге, такими являются все Мономаховичи, особенно же потомство Мстислава Владимировича – эта «благородная отрасль благородного корня»; но Юрий был чужд югу.

Одиноким, нелюбимым народом является он в Приднепровье, куда стремились постоянно его все лучше помыслы¹⁴⁶.

Значение Юрия для Ростовско-Суздальской земли, прежде всего, определяется его колонизаторской деятельностью в этой земле. А. П. Щапов сближает эту деятельность Юрия с подвигами его соименника «Егория Храброго», которого принимает за мифического выразителя заселения «светло-русской земли», за установителя в ней оседлости¹⁴⁷. Колонизаторская деятельность Юрия выражается: в вызове переселенцев в Ростовско-Суздальскую землю, в построении новых городов и в расширении и улучшении прежде существовавших.

Прямых свидетельств летописей о том, откуда и как привлекал Юрий колонистов в свою область, мы не знаем.

Татищев утверждает, впрочем, что Юрий заселял свои города, созывая людей отовсюду, что он давал этим поселенцам немалую ссуду, помогал им в строениях, а также и другими «подаяниями», что к нему, кроме русских, приходило множество болгар, мордвы и венгров¹⁴⁸. О том, что Юрий переводил к себе колонистов с юга и из других мест, говорит также и И. Д. Беляев¹⁴⁹.

Мы представили выше наши соображения о приемах княжеско-военной колонизации вообще; из последующего нашего изложения будет видно, что князья ростовско-суздальские именно употребляли те приемы, которые указаны нами. За отсутствием прямых летописных свидетельств, мы не имеем основания утверждать, что Юрий употреблял какие-нибудь иные способы для заселения своей области; косвенные свидетельства летописей дают нам, напротив, возможность заключить, что главный, так сказать, материал для заселения Ростовско-Суздальской земли Юрий Долгорукий имел в «повольниках» и «бродниках», – тех «сходцах», которые с давних пор стремились в Ростовскую землю. При частых походах Юрия на юг, оттуда очень легко могли приходить с ним в Ростовскую землю разные сходцы. Юрий, как мы увидим ниже, покровительствовал «больших людей» новгородских, держащих его сторону и переселял к себе в Суздаль их семейства. Так, во время смут в Новгороде после бегства Святослава Ольговича, постоянного союзника Юрия, в 1139 г., к Юрию в Суздаль бежали сторонники Святослава – Судила Нежатичь и Страждка. Двух главных сторонников Святослава, пособников его в бегстве, посадника Якуна и брата его Прокофья новгородцы заточили в Чудь. Юрий освободил их и привел к себе, а семейства обоих, еще раньше их освобождения, призвал в Суздаль и содержал в почете и милости¹⁵⁰. Такое обхождение Юрия с «большими людьми», конечно, не оставалось под спудом в Новгороде, а, становясь известным, оно давало еще больше возможности «молодшим людям», недовольным тогдашними частыми новгородскими смутами, искать защиты у Юрия и селиться в его области. Кроме того люди вроде Судили и Страждки, которые, по тону летописного свидетельства, были значительными лицами в Новгороде, убегали оттуда, по всей вероятности, не одни, а со своей челядью; относительно же семейств Якуна и Прокофья это можно сказать положительно.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.