Механизированная история (СИ) - Страница 35

Вывел в голове общую статистику и диаграммы. М-да, это мое тело. Чип услужливо подкинул последние ячейки памяти. Выводы неутешительные. Суки из Терра Сел вживили нам с Нилау не просто ген хозяев, а заставили структуру ДНК стать максимально и допустимо похожей на геном истарши. И даже метаморфический ген взяли у змеелюдов Гнезда Аспидов. Откуда я сделал такой вывод? А у меня обнаружились жабры.

Не просто покровное дыхание, а жабры. Вот зашибись, всегда мечтал. “Код Шторма” был не просто разработкой сверх существ, но и экспериментом по применению вживленных генов и облучением, вызывавшим нужные мутации. Я не врач и не ученый, моих обобщённых знаний в генетике не хватит, чтобы объяснить произошедшую метаморфозу.

Но то, что спусковым крючком послужил яд Гремучего, попавший в мое тело — факт. Организм искал способ противостоять смертельному даже для “Кода Шторма” яду. Спасибо вам, ебнутые ученые и чешуйчатые червяки! Чип нашел альтернативу, и теперь я не гуманоидное существо, а очень даже рептилия.

Вот уж мечта всей жизни. Интересно, сколько времени мой организм эволюционировал или мутировал? Вопрос на засыпку. Но параметры и характеристики нового тела не могли не радовать. Чип не позволил утратить навыки и умения человеческого тела. Моя компьютерная составляющая умудрилась переплести инстинкты змеи в мозги без острых углов и проблем к взаимодействию. Я все еще киборг-телохранитель, но еще и змей. Укрепленный скелет не пришел в негодность, кто-то умелый даже помог мне и перенес в кости укрепляющую конструкцию и новые каналы для геля провел, да еще и к общей нервной системе подключил. Красота!

Новые приобретённые органы были конфеткой. Кроме ядовитой плоти и крови, я обзавелся парой ядовитых клыков. И тремя парами обычных клыков, напоминавших зубы акулы или Нилау. Так, рыбья диета, все понятно. Вибриссы змеелюдов мне были не нужны, чип сам раскинет контрольную сеть и войдет в астрал. Ультрафиолетовое зрение у меня было, а вот теплового нет. Надо будет поэкспериментировать на досуге. Внутренние органы тоже изменились, но лишь немного. Их и в Терра Сел неплохо поприпарировали. Добавьте к обновлениям прочную чешую и алмазной твердости когти. С точки зрения воина, я больше получил, чем потерял. И так быструю реакцию усилили змеиные инстинкты.

Это все, конечно, хорошо, но как меня примет лу-ни? Что скажут онр Вергари, увидев пополнение в рядах истарши? Я в конце концов свободный! На Унакалхаи есть мощнейшие компьютеры и локаторы. И мой звонок обязательно дойдет до Солнечной Системы. Хочу увидеть лица родителей. Самая главная моя цель на протяжении пятнадцати лет. А тут нате, мама, я стал змеей. М-да. Пизда рулям, а не звонок родителям.

Закончив самобичевание, я зашевелился, дернул пальцами. Тело пришло в движение, отдал команду на открывание. Крышка медблока открылась сама. Открыл глаза, выныривая из противной и вязкой заживляющей субстанции. Инстинкты подсказали мне, как привести свою змеиную часть в движение. Выжав волосы от противной дряни, я выскользнул на пол. Ощущения хвоста вместо ног казались странными, но осложнений и отторжений во мне не вызвали. С опаской покосился вниз.

Верхняя часть мало изменилась. Все такая же бледная, с линиями шрамов и протезом. Только у боков прятались под защитной складкой жабры. Пупок почему-то остался на месте, хотя у остальных нагов я его не видел. Чуть ниже ямочки пупка начиналась гладкая ромбовидная чешуя ярко-желтого цвета. Обернулся, осматривая свое новое достоинство. Интересно, брюшко — если так можно выразиться — было желтым, со спины шла серебристо-сизая чешуя. Выдавая мое волнение, кончик хвоста вдруг перевернулся и свился в спиральку. Красную. Внизу, сантиметров семьдесят, кончик змеиной конечности был красным. Ради любопытства перевернулся на спину. Низ хвоста имел три плавно перетекающих друг в друга расцветки. Первая ярко-желтая, потом кремовая и вызывающе-красная. Кажется, такая расцветка была у королевской ошейниковой змеи из аспидовых. М-да. Дорассмотреть себя до конца мне не дали.

Двери громко хлопнули, я резко вскинул голову, зашипел и попробовал длинным языком воздух. Моя амфибия удовлетворенно прикрыл глаза и выполз из полумрака медблока. Бирюзовые глаза со смесью удивления и растерянности смотрели на меня. Я молчал, сделав морду кирпичом, этого-то я и боялся. Стиснул зубы. Мои эмоции были закрыты для Нилауэня, и он не знал о моем смятении. Но вот в зрачках мелькнуло бесконечное облегчение и радость. Лу-ни легко подошел ко мне и буквально повис на шее. Обнимаю в ответ, все же открывшись.

— Не бойся, глупенький. Мне нравится любое твое обличие. Истарши из тебя вышел обворожительный, не сомневайся, — впервые за долгое время я увидел его слезы, но Нилау не дал мне ответить, — Как ты мог уйти один и оставить меня?! Три месяца без тебя такая мука. Или ты все еще зол на меня за мою выходку, Рэмори?! Пожалуйста, прости меня, любимый! Но это было необходимо, прости за боль. Не оставляй меня одного, слышишь, никогда больше.

— Нилауэнь… — сжимаю ладонями мокрые от слез щеки. Хриплый голос из-за неразработанных голосовых связок. Имя, застывшее на губах, имя, заставлявшее сердце сладко изнемогать и болеть так долго. Да, именно это произнесённое мной имя. Вот уж не ожидал от себя, но слова не нашлись. Да и не нужны моему эмпату слова. Я сполз на пол и, устроив свою любовь на хвосте, притянул к себе и поцеловал. Тонкие, но сильные пальцы сжали мои плечи, лу-ни обнял меня ногами. Не удержавшись, скинул на него всю свою любовь, нежность и страсть, моментально воспламенившуюся в жилах.

Нилауэнь отстранился, тяжело дыша. Зрачки пульсировали от нашего общего возбуждения. Белые волосы выбились из конского хвоста, но голубые перепончатые ушки были беззащитными перед моими губами.

— Рэмори, я хочу тебя. Сильно, — прохныкал лу-ни, впиваясь и терзая мой рот, требовательно толкаясь длинным язычком. Тихо застонал, разрывая на партнере серебристую тунику. Холодные стальные пальцы чувственно и нежно понежили соблазнительные розовые горошинки. М-м-м, почему его кожа стала на несколько тонов темнее? Мы же в космосе?

— Морской Дьявол! — восхищенно-возмущенно прошипел я, — Люблю тебя. Ты не лу-ни, ты сирена!

— Что, уже попался в мою сладкоголосую ловушку? — выгнул белую бровку, которую пересекал шрам.

— Да-да-да, — в исступлении прошептал, наблюдая, как Нилау встал передо мной, мой хвост был между его ног.

Прикусив губу, амфибия сама стала раздеваться. Уткнулся ему в живот, нежно оглаживая ладонями крепкие бедра. Подцепил пояс бриджей-лосин и дернул вниз, мученически выдохнув. Любимый никогда не носил нижнее белье. Хвостом обвил тонкую талию телепата и приподнял над полом, стаскивая штаны и легкие сандалии. Отстранился, любуясь своей лунной феей.

Хвостик Нилауэня предательски подрагивал. Приподнимаюсь на хвосте, бирюзовый взгляд кроет нежностью и вожделением. Партнер хватает кончик моего хвоста и, не сдерживаясь, начинает посасывать, имитируя минет. Урчу от удовольствия. Из одежды на нем только многочисленные браслеты, на щиколотках тонкие цепочки, на груди переплетение ярких бус. Моя водяная сорока.

Я бы разложил любимого прямо там, но в медблок беспардонно вломился посторонний. Наспех амфибия натянула штаны обратно и спряталась в змеиных кольцах, недовольно фыркнув в мою грудь. Недовольно рассматриваю сиркеори, взволнованно замершего в дверном проеме. Потянул носом, знакомый, полузабытый запах. Красные глаза так же удивленно изучали мое лицо, слипшиеся от геля волосы, хвост и недовольного Нилау, сверкающего злыми бирюзовыми очами, разорванную тунику. Белые щеки залились алым румянцем. Тонкие пальцы потеребили кончик фиолетового волнистого хвоста.

— Стучаться не учили, ЛН? — резко бросил лу-ни, садясь в моих объятиях.

— Я ждал не меньше тебя, Нилауэнь, — фыркнул в ответ парень, вильнув раздвоенным хвостом, не спуская пытливого взгляда с моего лица.

— Чего-тебе-то ждать, — насмешливо ответил любимый, укладывая голову на мое плечо. Фиолетовый сжал зубы.