Механизированная история (СИ) - Страница 30

Я схватился за голову, разом вспомнив все. Ярость с новой силой забурлила в крови, поднимая из глубин сознания вспышки гнева. Да как он мог?! Почувствовав скачок моего настроения, Гера и Деметра угрожающе заворчали на Нилау и полезли за почесушками ко мне, чтобы успокоить. Сердце яростно билось в груди подстреленной птицей, запуская пальцы в серую шерсть, медленно выдохнул. Почему наши отношения такие сложные?

Со смешанными чувствами смотрю на лу-ни. Чертов телепат был в моей голове. Он знает много лишнего, теперь понимает образ моего мышления, мои чувства. Впервые за долгое время мои щеки залились жгучим румянцем. Понятия не имею, как именно он воспринимал мои воспоминания, но я сам неосмотрительно скидывал на Нилауэня самые щепетильные и яркие свои воспоминания. Вместе с чувствами.

— Идиот! — вслух обругал себя, хватаясь за голову. Не поддался бы ты эмоциям, мы бы не валялись здесь! В последнее время так много нового узнали друг о друге. Слишком часто Нилауэнь поддавался импульсам чувств, толкающих на безбашенные поступки.

Уж больно партнер высокого о себе мнения. Довел себя до опустошения всех резервов ради одной лишь моей памяти. Что творится у меня в голове, амфибия знает, а вот в его… Это проблема. Но главный вопрос — что делать мне? Это же кирдык полнейший! Все мои желания, мечты, надежды… пакости и дурные выходки! Нилауэнь знает все. Почему на Нимбусе не порют детей? Потом же такое дитятко вырастает.

Любого другого я размазал бы по стенке, не задумываясь. Подтверждая мои слова, рука трансформировалась в пушку, хищно заблестев в свете ламп. Но этот упертый Электрический Скат прет по бурелому, врезаясь рогами в деревья, лишь бы своего добиться.

Если бы эта белоручка не раскинулась передо мной аки умирающий лебедь, хорошей драки было бы не миновать. Так и чешутся руки дать телепату под дых. Скоро огнем начну дышать от досады и ярости, вызванной бессилием.

Да меня же можно теперь шантажировать по самое не хочу. Конечно, Нилау сделает это не со злым умыслом, а в сугубо личных интересах, но легче от этого мне не становится. Но все это отговорки.

Вина перед Нилауэнем и сожаление — вот самые сильные чувства. Не закрути я интрижку с Тхай Исом, ничего бы такого из ряда вон выходящего не произошло. Кажется, друг воспринимает это куда глубже и больнее, чем раньше. Хотя какой к Космосу друг?! Ревность, секс, эти ебанные слова о любви, которые я так и не смог выкинуть из головы! Можно мне сойти с рельса «от друга к любовнику»? Игра в шараду должна прекратиться!

Болезненно ущипнул перепончатое ухо партнера. Идеальной нос недовольно сморщился. Отлично, он в себе. Никакой комы и сверхсильного истощения. От мыслей меня отвлекло громкое урчание в животе. Я его не ждал, но голод постучался в двери. Сколько же спал, что готов съесть и целую корову? Не меньше суток — столько бы потребовалось чипу для восстановления адекватности восприятия или еще чего-то в этом роде.

Потянулся к лежащему на тумбе планшету. Легко установил с ним связь и позвал через импровизированный разговорник Синта Максталисса с просьбой принести одежду и еду, да побольше. Истарши радостно откликнулся и, заверив в недолгих сроках, отключился. Окей, ожидаю.

Воспользовавшись положением дел, отодвинул бессознательное тело Нилау к краю и сам с комфортом растянулся рядышком. Зефира была предназначена для нагов, и место оставалось еще на три меня, но его благополучно заняли чешуйчатые дамы, так же бесцеремонно потеснив меня. Пожмякал довольных жизнью и мной в частности собак. И чуть не подскочил, вспомнив о важном.

Совсем с Нилауэнем забыл о Тхайро Исталиссе, Алерайо и Гремучих. Требовательно потянулся к нашей с истарши связи и с удивлением наткнулся на молчание в астрале. Были только ниточки, связывающие нас с амфибией, две связи с гончими и… все. Из горла вырвался недоумевающих хрип. Мрак, меня глючит? Или из-за вмешательства телепата чип сломался? Позвал еще раз.

Тишина в эфире. Тхайро Исталисс онр Вергари больше не ощущался мной, как самое дорогое в жизни, не было желания защищать его жизнь, чтобы спасти свою. Змеелюд больше не был связан со мной. Чип не показывал его местоположение. Трясущимися руками дотронулся до шеи. И ничего не почувствовал. Словно и не было выбито на моей коже никакого клейма. Только серийный номер. Двадцать шесть. Быть не может!

Находясь в самом настоящем шоке, почти на грани нервного срыва, осторожно передвинул лу-ни и, приподняв белые волосы, озадаченно посмотрел и на его шею. От увиденного задергался глаз, я сочно матюкнулся, разразившись минутной тирадой. На точеной белой шее так же, как и у меня, было выбито число. Без всяких иероглифов. Наклонился, утыкаясь носом в плечо Нилау, ритмично дыша и успокаиваясь.

Резервы телепата и его возможности Терра Сел недооценила. Верхом его способностей было прочтение памяти и управление сразу тремя разумными. Никто и не додумался ставить ограничители или блоки. Единственное, что контролировало двадцать седьмого — программа, внедренная всему «Коду Шторма». Но все в ней предусматривалось для безопасности и комфорта хозяев. Да, мы не могли покончить жизнь самоубийством, убить дорогого для хозяина существа и противоречить его планам. Телохранители — игрушки, способные на эмоции, но не имеющие права их выражать. Для господина не существует слова «нет». Привязка не даст находиться от хранимого далеко больше трех дней, и то, это максимум. В дали от хозяина мы испытываем дискомфорт и неудобство, а потом и вовсе боль. Это действительно жизнь сиркеори.

Когда в палату вполз розовый питончик, мелодично позвякивая бусинками на многочисленных косичках, вздрогнул от зрелища, ненормально хохотавшего меня. Приветственно махнув рукой, я улыбнулся Смаку и жестом пригласил сесть на свободную зефирку. Мне было необходимо поговорить хоть с кем-то, чтобы поверить в реальность происходящего. Истарши тепло улыбнулся. Хоть Максталисс и был тут самым колоритным Аспидом, в его адекватности и человечности сомневаться не приходилось.

— Вот, как ты просил, — звонко произнес змей, бережно опуская поднос с целой горой еды на тумбу.

— Так быстро! Спасибо, Синт Мак! Я такой голодный! — улыбнулся довольному моей похвалой змеёнышу. Он изящно поклонился и грациозно скользнул на зефирку, удовлетворенно наблюдая, как принесенная им еда исчезает у меня во рту.

— Будь добр, расскажи, сколько мы тут лежим и вообще, какие новости на Унакалхаи? — вежливо попросил я, прежде чем вгрызться в ножку какой-то птицы. Зажаренной и одуряюще пахнущей, между прочим. В голове билось речитативом — свободен, свободен, свободен!

— Трое суток, Рэмори, — красные глаза выразительно уставились на меня, — То, что происходит между тобой и Нилауэнем, конечно, не мое дело, но эта разборка зашла слишком далеко. Когда вас нашли без сознания с почти не ощущаемым пульсом, у онр Вергари чуть удар не случился. Шанри Ашша силком вытащил Алерайо из каюты и начал допрашивать, причастен ли он к этому. А Тхайро Исталисс запугал Недри так, что бедняжка и носа из своего блока не показывает. А уж когда выяснилось, что вы повздорили между собой, братья Вергари начали грызться с друг другом. Еле растащили. Михша Схат отнял вас у Ашши и Исталисса. Все были подняты на уши, когда стало понятно, что неизвестно, что с вами приключилось, капитан притащил эльфида-доктора с Най Овл, и он со Схатом вас осматривал. Кутерьму развели знатную, весь экипаж до сих пор вверх хвостом ползает. Ты бы поскорее шел к Тхайро, он злющий, как демон из Иного.

— Очень злющий? — уточнил я, чувствуя, как по спине пробежался противный холодок.

— Говорю же, демон из Иного воплоти, — розовый питончик содрогнулся, выразительно сделав жест хвостом.

— А знаешь что, не говори никому, что я очнулся, — внезапно выдал, рождая новую безумную авантюру. Неизвестное до селе ощущение свободы и отсутствие ограничений плохо влияют на сознание.

— Рэм, да как можно?! — испугано дернулись вибриссы у истарши, — Меня же потом съедят с потрохами, если узнают!