Мажор по соседству (СИ) - Страница 1

Таисия

— Твоя собака?

Обернувшись на приятный мужской голос, я оцепенела. Ох, нельзя быть таким красивым! Это надо запретить…

Передо мной стоял незнакомый парень. Высокий, спортивного телосложения. В клетчатой рубашке с закатанными руками, надетой поверх майки, облепившей грудь и пресс. На длинных ногах красовались модные ботинки, небрежно расшнурованные, создавая расслабленный вид. У него темно-русые волосы, темные ресницы, прямые брови и потрясающие глаза. Вот просто бездонные! Синие, пытливые, внимательно. Бесстыжий взгляд этих синих глаз оценивающе скользнул по мне сверху-вниз и обратно.

Этот красавчик меня пристально, с интересом разглядывал, и к щекам прилила краска в тот же миг. Я не привыкла, чтобы мной интересовались такие парни. Ну, таскается за мной Ванюшка. Он даже симпатичный. Только мне он не нравится. Кривозуб!

Парень, который меня разглядывал, был точно не из деревенских. Местных-то я всех знаю…

— Собака — твоя? — повторил он еще раз, кивнув на песика, который крутился возле его ног.

О боже! Я так засмотрелась. что с первого раза даже вопрос не расслышала. Только со второго раза смогла вникнуть в сказанное. Я перевожу взгляд вниз, куда небрежно указывает пальцем парень и замечаю кудряша, который прячется возле ног парня.

Сердце мгновенно подскакивает вверх! Бросаюсь вперед, схватив малыша. Это он! Значит, не зря мне сказали, что видели моего песика на одной из улиц, где живут состоятельные деревенские. Этот тоже здесь, одет небедно. Может быть, в гости к кому-то прикатил? Наверное, к Чарским… Машина возле их дома припаркована.

— Да, это мой! Тэрри! — говорю с укоризной, обняв щеночка. — Больше никогда не убегай! — перевожу взгляд на парня. — Спасибо, что ты его нашел!

— Что, мы уже на “ты”? — поднимает брови.

Он продолжает меня разглядывать, теперь уже пристальнее, буквально взгляда на сводит. С каким-то намеком…

Не понимаю, что он от меня хочет!

Краснею, смутившись.

— Ладно, я пошутил. Расслабься. Хорошо, что хозяйка нашлась.

Делает паузу и продолжает с какой-то новой интонацией, лишенной игривых ноток.

— Оооочень хорошо. Теперь я знаю, кто отмоет мою тачку от зловонных куч этой псины… Вперед! — машет рукой.

Парень открывает дверь салона пошире и показывает на сиденье.

— Вон там куча. Бери перчатки и убирай дерьмо за своей собакой. Она пробралась внутрь, когда дверь была приоткрыта, и нагадила!

— ЧТО?! Придумываешь! И это мальчик, а не девочка.

— Хоть гермофродит. Мне плевать!

Лицо парня ожесточается.

— Дерьмо есть дерьмо. Убирай за своей псиной.

— Ты путаешь что-то! Тэрри не мог. Он воспитанный мальчик!

Прижимаю к себе трясущегося той-пуделя, подаренного мне старшей сестрой. Я всегда о таком мечтала! Мечта исполнилось этим летом. Я назвала щенка Тэрри, хотя по документам он Теодор.

Я могла бы поверить, что Тэрри что-то разгрыз. Но нагадить в помещении?!

— Тэрри не мог! — продолжаю защищать пса. — Ни за что! Он живет у нас в доме, уж я-то знаю, что пес никогда не гадит на обивку.

— Мог. Еще как мог. Приступай!

Красавчик швыряет в меня перчатки и ставит на капот машины очиститель для салона.

— Ты только посмотри, какая там куча огромная. Мой песик такую бы не навалил.

Парень в ответ лишь сцепил челюсти плотно и посмотрел на меня с нетерпением и злостью:

— Послушай! Ты… Мне нужно было в город свалить. Теперь я не могу это сделать, потому что тачка дерьмом воняет. Может быть, для вас, деревенских, привыкших навоз нюхать, запах дерьма и не чувствуется совсем. Но меня буквально наизнанку выворачивает. Тачка люксовая, салон из дорогой кожи. Натуралка, не дермантин! Так что давай решим этот вопрос быстро. Отмоешь тачку, и мы в расчете.

— Вот, значит, как! — становится трудно дышать от возмущения.

— Да, именно так. Завела питомца, неси за него ответственность.

— Но это не мой пес! — от обиды на глаза даже слезы навернулись.

Почему?! Обидно не только за Тэрри, но и за себя — немножко. Я-то решила, что нравлюсь этому красавчику, а он… какашки меня хочет заставить убирать. Что за несправедливость?!

— Значит, так!

Подойдя ко мне, парень забирает пса у меня из рук, сделав это так ловко, что я опомниться не успела.

— Отдай! Отдай…

Красавец опускает руку с щенком по ту сторону забора, опустив его в цветочную грядку.

— Частная территория! — заявляет. — Получишь, когда приберешь!

— Гад! Ненавижу тебя… Ты… Откуда ты вообще взялся?!

— Из столицы, — закатывает глаза. — Откуда еще?

Наверное, только там такие придурки водятся!

— Быстрее начнешь, быстрее закончишь.

Тэрри начинает завывать жалобно из-за ограды. Я бы перемахнула через забор. Но это же дом Чарских — местные чинуши. Не дай боже сделаешь шаг за забор без приглашения…

Поэтому мне ничего не остается, кроме как взять перчатки и прибрать кучку, выбросив ее в мусорный бак. Потом я залезаю с ногами в салон и начинаю чистить обивку. Парень наблюдает за мной, не сводя пристального взгляда, обходит машину кругом, застывает возле забора с деланно безразличным видом.

Но я чувствую, как меня сзади начинает припекать и понимаю, что пока я стою на четвереньках в просторном салоне, он смотрит на меня сзади, как будто оценивает.

Вот же… козел! На попу мою в коротких джинсовых шортах пялится! Без зазрения совести!

Махнув губкой еще раз по тому месту, где была наложена, кучка, я покидаю салон машины и делаю то же самое, что делал этот хам: ставлю очиститель с губкой на крышу и швыряю в него перчатки.

Перчатки шлепнулись по широкой груди парня и упали на землю.

— Все!

— Подожди, проверю.

Он подходит к салону вразвалочку, разглядывает пристально.

— Все? — спрашиваю еще раз. — Отдай мою собаку. Живо верни!

— Кажется, все. Собаку верну… — пауза. — Ну, может быть, потом я тебя еще покатаю.

Хмыкает.

— На заднем сиденье.

Снова пауза.

— Разок-другой… Тебе же есть восемнадцать, куколка?

Таисия

Мое лицо покрывается алыми пятнами.

Я пунцовее стремительнее, чем цунами накрывает волной прибрежные пляжи. Заливает алым не только лицо, но и часть шеи и даже плечи.

Судя по ухмылке парня, он это видит и расценивает как то, что я от него без ума.

Он подходит ко мне ближе и стряхивает пылинку какую-то с моих волос, ведет пальцами ниже, пропуская пряди между пальцев и чиркает по плечу, рядом с повисшей бретелькой от топа.

Узкая лямка постоянно слетает. Красавец возвращает ее на место. Подушечки его пальцев ласково касаются кожи. Но создается впечатление, будто он не поправляет на мне топ, а напротив, снимает его.

Раздевает.

Его бесстыжий, горящий взгляд меня точно раздевает, мамочки!

Никуда не спрятаться от волны, охватившей тело целиком.

Дышать становится трудно. Горло охватывает колючим спазмом, кровь шумит ушах.

Во рту пересохло.

— Так что насчет покататься, куколка? Тебе есть восемнадцать?

Я немо киваю.

— Стас. Чарский, — он мягко обхватывает мою ладонь и пожимает ее своими пальцами, смотря при этом в глаза. — Придешь в восемь сюда же…

Рассматривает меня с головы до ног, задерживаясь взглядом на коленках.

— И надень юбочку покороче. С такими ножками грех не носить юбки.

Подмигнув, он отходит.

Я на вялых ногах делаю шаг в сторону, колени, словно желе, трясутся.

Голова плывет, как в тумане!

Не понимаю, что со мной творится. Никогда такого не было.

Я и ответить могу. Могла, вернее сказать. Сейчас же ничего! Язык, словно разваренный вареник, во рту распух.

— Собаку-то хоть забери! — звучит со стороны насмешливо.

Ой.

Тэрри!

Вот балда…