Мастер Марионеток строит Империю (СИ) - Страница 51

— В надёжном месте, — ответил я, оглядываясь в поисках тапок.

— В каком именно?

— В надёжном. Это всё, что тебе нужно знать.

Её глаза вспыхнули.

— Маркус…

— Сначала тапки, — перебил я. — Где мои тапки? Ноги устали.

— Что?

— Тапки. Домашняя обувь. Такие мягкие штуки, которые надевают на ноги, когда приходят домой. У меня ведь есть тапки?

Лира смотрела на меня как на сумасшедшего.

— В гардеробной, — выдавила она наконец. — Слева от лестницы.

— Благодарю, душа моя.

Я направился к гардеробной. Лира двинулась за мной. С видом надзирателя. Приставленного к особо опасному заключенному.

Гардеробная. Шкафы. Полки. Вешалки. И тапки. Бархатные. Тёмно-бордовые. С золотыми кисточками на носках.

Я уставился на них.

— Это… мои?

— Из твоей деревянной головы всю память что ли вытрясло? Ты сам их выбрал, — в голосе Лиры сквозило презрение. — Год назад. Сказал, что они «подчёркивают статус».

Я взял тапок. Повертел в руках. Кисточка жалобно звякнула.

— Да уж. Статус они подчёркивают. Только какой именно?

— Надевай и пошли. Грызлик будет через час.

— Грызлик?

— Кредитор. Гоблин из Железного Банка. Ты издеваешься или реально всё забыл?

— У меня был тяжёлый месяц.

Я надел тапки. Кисточки волочились по полу, создавая шуршащий звук.

Позор. Абсолютный позор. Но удобно. Надо признать удобно.

Глава 18

「П р и в е т… н о в ы й… д р у г…」

Я шел по дому. Лира двигалась рядом, не отставая ни на шаг.

Я поглядывал по сторонам, изучая обстановку. Коридор… Гостиная… Столовая… Кухня… И везде признаки болезни.

Магический светильник мигал, как умирающий. Продукты в холодильном артефакте — я заглянул из любопытства — покрылись плесенью, хотя лежали там, судя по датам, всего пару дней. В углах скапливалась странная серая пыль. Она как будто шевелилась, когда на неё не смотришь.

— Дом в отличном состоянии, — заметил я.

— Не начинай, — процедила Лира. — В четвертый раз мастеров вызывать не буду. Если бы могли найти причину, уже бы нашли!

— М-м-м…

— Хочешь опять услышать эти сказки про «аномальный магический фон»? Или советы съехать? Как будто у меня есть куда! Я не вернусь в родовое поместье, меня уже тошнит от маминых взглядов!

«Хаос», — думал я. — «Где-то в доме источник. Разлом? Артефакт? Что-то пробудилось?»

Хочу найти его. Но пока непонятно, где искать.

— Кстати, — Лира остановилась. — Где деньги?

— Я же сказал. В надёжном месте.

— Маркус.

— Лира.

— Грызлик не шутит. Ты знаешь, что гоблины делают с должниками?

— Просвети.

Она приподняла бровь, как бы спрашивая: «мне точно надо это озвучивать?».

— Сначала конфискация имущества, потом долговая яма, — произнесла она. — А если сумма большая, то продадут в рабство на рудники.

— Звучит неприятно.

— НЕПРИЯТНО⁈ — она почти сорвалась на крик. — Это всё, что ты можешь сказать⁈ Неприятно⁈

— Ну, ещё «досадно». И «прискорбно». Подойдёт?

Лира уставилась на меня, пристально и изучающе.

— Что с тобой? — спросила она наконец. Голос уже был не злой, а скорее настороженный.

— В смысле?

— Ты… другой. Говоришь по-другому, держишься по-другому. Где вечные извинения? Где «я всё исправлю, дорогая»? Где…

— Жалкое нытьё?

Она осеклась.

— Я не это имела в виду.

— Имела. Но не волнуйся, я не обижаюсь. У меня был… просветляющий опыт. Меняет перспективу.

— Какой опыт?

— Долгая история. Кстати, — я огляделся, — где мой кабинет?

— Что?

— Кабинет. Место, где я храню деловые записи. Хочу сверить бухгалтерию.

Лира прищурилась.

— Ты забыл, где твой кабинет?

— Как я сказал, тяжёлый месяц.

— Маркус… — она какое-то время подбирала слова. — Ты пил или тебя по голове ударили? Точнее… по Ядру?

Я улыбнулся. Марионетки не пьют, но лучше ей об этом не напоминать.

— И то, и другое. Просветление — болезненный процесс.

Пауза.

— Второй этаж, — сказала она наконец. — Третья дверь справа.

— Благодарю.

Я направился к лестнице.

— И ещё, — голос Лиры догнал меня. — Котёл.

— Какой котёл?

— Котёл магического отопления. В подвале, если ты вдруг и это забыл. Гудит как умирающий дракон. Ты обещал починить месяц назад.

— И?

— И не починил. Как обычно.

Я остановился на предпоследней ступеньке и обернулся.

— Починю.

— Что?

— Котёл. Починю. Сегодня.

Лира смотрела на меня так, будто я пообещал достать луну с неба. И уже начал подбирать лестницу подлиннее.

— Ты. Починишь котёл.

— Да.

— Ты, который однажды разломал дверную ручку, пытаясь её починить?

— М-м-м-м… ручка была бракованная.

— Она была новая!

— Значит, бракованная с мануфактуры.

Я развернулся и продолжил восхождение по лестнице.

— Кабинет. Бухгалтерия. Котёл. В этом порядке, — сказал жене демонстративно громко.

— А деньги⁈

— Какие деньги? А-а-а, деньги. Деньги. Когда придёт Грызлик, позови.

Лира осталась внизу, злая и растерянная. И совершенно сбитая с толку.

Арли наконец пришла в себя. Догнала меня на втором этаже.

— Хозяин, — прошипела она. — Эта… эта… женщина!

— М-м?

— Она назвала меня молью! МОЛЬЮ!

— Технически, молью в трико.

— Это ещё хуже!

— Согласен.

— И она не знает, кто я! Не знает! Три миллиона подписчиков! И она не знает!

— Ужасно. Хотя те парни из Ордена Равновесия тебя тоже не узнали.

— Ты издеваешься⁈

— Немного.

Я остановился у третьей двери справа и легонько толкнул.

Кабинет Маркуса, маленький и захламлённый. Стол, заваленный бумагами, шкаф с книгами. Кресло, продавленное до неприличия. Уютненько.

И, что важнее, никаких жучков. Я проверил Нитями. Чисто.

— Так, — я закрыл дверь. — Арли, забудь про обиды. У нас работа.

— Какая работа?

— Найти всё, что Маркус скрывал от жены. Записи, письма… Все контакты, короче.

— А что мы ищем конкретно?

Я сел за стол и начал перебирать бумаги.

— Всё, что объяснит, почему тварь из Бездны знала его по имени.

Творческий беспорядок. Так это называют вежливые люди. Я бы использовал другое слово. Короче и точнее.

Бумаги громоздились на столе, на полу, на подоконнике. Пустые бутылки из-под зелий с этикетками типа «Бодрость духа» и «Ясность мысли». Огрызки яблок и груш. Смятые салфетки. Носок. Почему один?

И посреди всего этого великолепия Оно… Массивная хреновина, блестящая плоским темным корпусом. Ещё один связь-кристалл, только большой?

Какое-то время я честно пытался разобраться в этом бумажном бедствии. Счета из «Железного Банка» с угрожающими красными печатями и процентами, от которых у любого нормального человека случился бы инфаркт. Целая пачка проигрышных билетов с виверн-гонок. Мутные расписки о вложении средств в «стартап по производству самозатачивающихся зубочисток».

Маркус жил на широкую ногу, но нога эта стояла на очень тонком льду. Над выгребной ямой. Информации было много, и вся она кричала об одном: парень был не просто банкротом, он был талантливым идиотом.

Некоторые из документов меня ОЧЕНЬ заинтересовали. Надо будет позже ознакомиться с ними плотнее.

Однако вскоре мне надоело копаться в хрониках чужого финансового падения. Моё внимание всё настойчивее притягивало магическое устройство, занимавшее половину стола.

Я подошёл ближе, разглядывая его. Изогнутый кристаллический экран. Переливающаяся подсветка: синяя, фиолетовая, снова синяя. Гладкая панель с непонятными символами. Какие-то светящиеся руны по краям.

Магия. Я чувствовал её, сложную и многослойную. Но… странную. Не похожую ни на что из моего прошлого. Дикое количество информации, спрессованной в крошечное пространство. Как будто кто-то запихнул целую библиотеку в шкатулку.