Машина различий - Страница 59

ора
взглянуть правде в глаза.
- Все не так просто, как вы думаете, - возразил Мэллори. - Вы не
знакомы с политикой Королевского общества. Я - катастрофист*. А когда дело
доходит до раздачи должностей и наград, заправляют всем униформисты*. Люди
вроде Лайелла* или этого проклятого дурака Радвика.
- Чарльз Дарвин - лорд. Гидеон Мэнтелл* - лорд, а его игуанодон -
просто креветка по сравнению с вашим бронтозаврусом.
- Не говорите дурно о Гидеоне Мэнтелле! Он - величайший ученый, каким
когда-либо славился Сассекс, и он был очень добр ко мне.
Годвин заглянул в свою пустую кружку.
- Прошу прощения, - сказал он. - Мне не следовало высказывать свое
мнение так откровенно, я и сам это понимаю. Здесь не дикий Вайоминг, где все
мы сидели у лагерного костра, не зная чинов и различий, и чесали языками о
чем ни попадя.
Он снова надел дымчатые очки.
- Но я хорошо помню ваши теоретические рассуждения, как вы объясняли
нам смысл этих костей. "Форма определяется функцией". "Выживают наиболее
приспособленные". Новые формы идут в авангарде. Сперва они могут выглядеть
необычно, но природа испытывает их в борьбе против старых, и если они устоят

и победят, то их потомки унаследуют мир. - Годвин поднял взгляд. - Если вы
не понимаете, что эта ваша теория имеет самое прямое отношение к моим
конструкциям, то вы - совсем не тот человек, каким я вас считаю.
Мэллори снял кепку.
- Это мне следует просить у вас прощения, сэр. Простите мне мою
дурацкую вспыльчивость. Надеюсь, вы всегда будете говорить со мной
откровенно, мистер Годвин, будут у меня на груди ленточки или нет. И да не
стать мне никогда настолько ненаучным, чтобы закрывать глаза на честную
правду. - Он протянул руку.
Годвин ее пожал.
На ипподроме запели фанфары, и тут же шум толпы стал громче,
напряженнее. Люди устремились к трибунам, словно гигантское стадо - на
водопой.
- Пойду сделаю ставку, о которой мы тут спорили, - сказал Мэллори.
- А мне пора к ребятам. Зайдете к нам после гонок? Чтобы разделить
выигрыш?
- Непременно.
- Позвольте, я отнесу буфетчику вашу кружку, - предложил Годвин.
Отдав механику кружку, Мэллори зашагал прочь.
Расставшись со старым другом, Мэллори тут же пожалел о своем
неосторожном обещании. Десять фунтов - огромные деньги, в университете ему
хватало такой, ну, может, чуть большей суммы на год.
И все же, размышлял он, шагая к палаткам букмекеров, Годвин -
великолепный механик и честнейший человек. Нет никакой причины сомневаться в
его оценках исхода гонки, а человек, крупно поставивший на "Зефир", может
покинуть этим вечером Эпсом с суммой, равной доходу за несколько лет. Если
рискнуть тридцатью фунтами или сорока...
У Мэллори было в банке почти пятьдесят фунтов - большая часть его
экспедиционного бонуса. Еще двенадцать фунтов он держал при себе в
пропотелом парусиновом поясе, надежно затянутом под жилетом.
Ему вспомнился несчастный отец, одержимый безумием шляпника,
отравленный ртутью, трясущийся и бессмысленно бормочущийОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com