Маршал Жуков - Страница 74

Еще раз подчеркиваю, нужно уметь держать себя в руках и не идти на соблазн, ни в коем случае не идти на авантюру Командир в своих решениях никогда не должен терять здравого смысла".

Именно в эти же дни пост у пили сведения о серьезной концентрации войск противника севернее, в Померании. Эта группировка угрожающе нависла над обнаженным правым флангом фронта Еще 23 января немецкие войска в Померании и у Берлина объединились в группу армий "Висла". Командовать ею Гитлер поставил шефа СС, всех карательных органов рейха Гиммлера.

Не расставшийся даже в это время с бредовыми иллюзиями насчет "силы" национал-социалистской идеологии, Гитлер верил, что назначение командующим архипалача единственный выход, суливший успех. Обращаясь к этим действиям фюрера, вероятно, самый влиятельный на Западе на сегодняшний день исследователь жизни Гитлера Дж Толанд писал в 1976 году: "Эта чрезвычайная группа армий предназначалась для того, чтобы остановить главный удар, наносившийся маршалом Г. К. Жуковым. Гудериан считал назначение Гиммлера идиотизмом, но Гитлер указал - рейхсфюрер единственный человек, способный быстро организовать армию, одно его имя воодушевит на борьбу до конца". Но давно уже иссякло время, когда фашистские лозунги и их живые носители вдохновляли вермахт...

Итак, в сгущающихся сумерках фашистского рейха Гитлер бросал против Жукова свой последний козырь - Гиммлера, который-де поведет войну воистину по-нацистски. Как именно? Гиммлер сразу поставил часовых по левому берегу Одера - стрелять в каждого, пытающеюся уйти за реку под натиском Красной Армии. "Но даже эти меры не могли заставить толпы истощенных, потерявших оружие солдат остановить громадные танки Жукова", - сказано в книге Ю. Торвальда "Разгром на Востоке" (1980). Тогда Гиммлер со сворой эсэсовских генералов, которых он привез с собой в штаб в Померанию, и задумал план, разгаданный Жуковым: ударить с севера во фланг 1-го Белорусского фронта.

Первоначально Жуков предполагал, что парировать угрозу удастся совместными действиями с сопредельным 2-м Белорусским фронтом. 31 января Жуков шлет донесение в Ставку:

"I. В связи с резким отставанием левого крыла 2-го Белорусского фронта от правого фланга 1-го Белорусского фронта ширина фронта к исходу 31 января достигла 500 км.

Если левый фланг К. К. Рокоссовского будет продолжать стоять на месте, противник, безусловно, предпримет активные действия против растянувшегося правого фланга 1-го Белорусского фронта.

Я прошу приказать К К. Рокоссовскому немедленно наступать 70-и армией в западном направлении, хотя бы на уступе за правым флангом 1-го Белорусского фронта.

2. Тов. И. С. Конева прошу обязать быстрее выйти на р. Одер".

В своих мемуарах Жуков лаконично напишет:

"На это донесение мы не получили от Верховного быстрого ответа и конкретной помощи".

2-й Белорусский фронт, основные силы которого были задействованы в Восточной , Пруссии, начал просимое Жуковым наступление 10 февраля Однако продвигался медленно, покрыв за десять дней всего 50 - 70 километров Гитлеровцы дрались насмерть. Что касается 1 го Украинского фронта, его войска сумели сломить вражеское сопротивление и выйти па реку Нейсе, то есть на уровень продвижения 1-го Белорусского фронта, только к концу марта.

Так случилось, что намерение Г. К. Жукова овладеть Берлином в середине февраля не осуществилось и война затянулась еще на несколько месяцев Так что? Г. К. Жуков неверно рассчитал? Нет, с военной точки зрения, как представлялось ему дело на конец января, он был абсолютно прав. В штабе 1-го Белорусского фронта в то время оценивали перспективы завершения вооруженной борьбы в Европе исходя из военной логики - Германия зажата между двумя фронтами. Как бы вяло ни велись там боевые действия, гитлеровцы вынуждены держать определенные силы на Западе Но вмешалась политика как действия Гитлера, так и наших западных союзников внесли крутые изменения в положении на Восточном фронте.

Ставка не так быстро ответила на донесение Жукова 01 31 января, ибо как раз в что время Сталин готовился к исторической конференции 1лав правительств СССР, США и Англии, которая проходила в Ялте с 4 по 11 февраля. На ней советская делегация указала, что в результате перебросок немецких войск с запада "на нашем фронте может дополнительно появиться 35 - 40 дивизий". Следовательно, необходимо "ускорить переход союзных войск в наступление на Западном фронте". Желательно сделать это "в первой половине февраля".

Руководители США и Англии заверили, что так и будет. Они высоко оценивают подвиги Красной Армии в начале 1945 года, лестные слова прозвучали и ча столом конференции, а вскоре после нее в связи с Днем Красной Армии 23 февраля 1945 года Черчилль публично, на весь мир заявил. "Красная Армия празднует свою двадцать седьмую годовщину с триумфом, который вызвал безграничное восхищение ее союзников и который решил участь германского милитаризма. Будущие поколения признают свой долг перед Красной Армией так же безоговорочно, как это делаем мы, дожившие до того, чтобы быть свидетелями этих великих побед". В несколько менее цветистых словах выразил такое же мнение Рузвельт.

Гитлеровцы знали о Ялтинской конференции, которая провозгласила решимость покончить с фашизмом. В Берлине, однако, судили о позиции Запада по делам. Там помнили о прошлом - затягивании "второго фронта" - и видели настоящее" американо-английские армии явно не торопились. Германская разведка перехватила директиву объединенного комитета начальников штабов США и Англии, отданную 24 января 1945 года американским и английским командующим в Европе- "Советский Союз на Востоке достиг успехов, которых не ожидало англо-американское командование. В случае дальнейшего быстрого продвижения на запад может возникнуть обстановка, в высшей степени нежелательная для правительств США и Англии... Наши военные меры должны быть таковы, чтобы дать возможность немцам укрепить их восточный фронт, что может быть достигнуто главным образом за счет ослабления их Западного фронта".