Манёсю - Страница 102
Изменить размер шрифта:
1757
Песня, сложенная при восхождении на гору Цукуба
“Если б мог я усмирить
Горькую тоску в пути,
Где зеленая трава
Изголовьем служит мне!” —
Так подумав, в тот же день
На Цукуба я взошел.
И когда взглянул я вниз,
То увидел пред собой,
Как в долине Сидзуку
С белоснежных обана
Облетают лепестки,
Крики громкие гусей
Стали холодом звучать,
И на озере Тоба,
В Ниихари,
Поднялась
От осенних ветров вдруг
В пене белая волна…
И когда я посмотрел
С высоты Цукуба, здесь,
Вдаль на эту красоту,
Грусть, что мучила меня,
Что росла в душе моей
Много долгих дней в пути,—
Вмиг утихла и прошла!
1758
Каэси-ута
Хочу нарвать я алых листьев клена,
Чтобы послать их юным девам мог,
Что на полях осенних
У подножья горы Цукуба
Жнут созревший рис…
1759
Песня, сложенная в день Кагахи при восхождении на гору Цукуба
На горе на Цукуба,
Где живут среди пиков орлы,
Среди горных отрогов,
Где струятся в горах родники,—
Зазывая друг друга,
Девы, юноши вновь собрались
У костров у зажженных,
Будут здесь хороводы водить,
И чужую жену буду я здесь сегодня любить,
А моею женою другой зато будет владеть.
Бог, что власть здесь имеет
И правит среди этих гор,
Дал на это согласие людям
Еще с незапамятных пор.
И сегодня одно про себя хорошо разумей:
Упрекать ты не смеешь, И мучиться тоже не смей!
1760
Каэси-ута
Поднялись — и все закрыли облака.
У горы, где власть имеет бог мужей,
Дождь все время моросит,
Промокну я,
Но домой уйти я не могу!
1761
Песня, воспевающая оленя
Среди гор Микаки,
Что поднялись ввысь
Против славных Каминаби гор,
Где богов могущественных чтят,
Средь осенних хаги, что цветут в горах,
Собираясь спать с любимою женой
И жалея, что в долинах ночь
Утру место уступить должна
И наступит скоро час зари,
Посреди осенних распростертых гор,
Заставляя эхо громыхать,
Все зовет к себе олень жену,
И все время горько плачет он!
1762
Каэси-ута
Завтра ночью вряд ли встретятся они…
Потому средь распростертых гор,
Заставляя эхо громыхать,
Все зовет к себе олень жену
И все время горько плачет он!
1763
Песня принцессы Сами
Не оттого ль, что поднялись высоко
Горные вершины в Курахаси,
Выходящую с ночною темнотою
Светлую луну
Так трудно мне дождаться!
1764
Песня о танабата
На извечных небесах
Возле берегов струящейся реки,
Где теченье верхнее ее,
Перекину я жемчужный мост!
У теченья нижнего ее
Приготовлю я тебе ладью.
Пусть дожди идут
И ветры будут дуть,
Ветры дуют пусть
И дождь идет,
Чтобы ты подол не промочил в пути,
Чтобы мог всегда ко мне прийти,
Перекину я жемчужный мост!
1765
Каэси-ута
Среди Реки Небес
Встает густой туман,
Любимый мой, которого я жду,—
Все думая, что нынче будет он,—
Как видно, уж ведет ко мне свою ладью!
ПЕСНИ-ПЕРЕКЛИЧКИ
1766
Песня, сложенная, когда Фуру Тамукэ отправился в провинцию Цукуси
О, если бы любимая моя
В браслет бы превратилась дорогой,
На руку левую,
Подальше, за рукав,
Надел бы тот браслет и взял его с собой!
1767–1769
Три песни Нукикэ Обито, сложенные им, когда он, прибыв на службу в провинцию Цукуси, сблизился с девицей Химоноко из провинции Будзэн
1767
В стороне Тоёкуни
Вот Кахару—мой родимый дом!
С девой, что зовут Химоноко — Дитя шнура,
Связан крепко нитями шнура,
Потому Кахару — мой родимый дом!
1768
На полях, где ранний рис растет
Близ селенья Фуру, в Исоноками,
Не видать колосьев,
И любви не видно:
Эти дни на сердце я ее таю!..
1769
О, если жить
Всегда в такой тоске,
То даже эту жизнь,
Что жемчугом сверкает,
Совсем не жаль мне будет потерять!
1770–1771
Две песни, сложенные на пиру у реки Мивагава, когда царедворец Омива был назначен губернатором в Нагато
1770
О, даже если перестанут течь
Реки Хацусэ мчащиеся воды,
Что опоясали собою горы, где боги царствуют,—
Ведь даже и тогда
Я не смогу забыть о нашем пире!
1771
О, проводив тебя, оставшись здесь один,
Как буду я, наверно, тосковать,
Когда вдали исчезнешь, горы перейдя,
Где дымкой стелется
Туман весны…
1772