Любовь на десерт (сборник) - Страница 17

Уилл покачал головой. Тень печали в его глазах испугала девушку: неужели она затронула слишком тяжелую тему для разговора?

— А ты?

— В разводе, — сказала она. — Уже два года.

«Тяжело и болезненно», — хотела добавить она, но мужчина не стал вдаваться в подробности. К счастью, в этот момент подошел официант с их заказом: крабовый салат для нее, паста с томатами для него.

Когда они попробовали свою еду и обменялись впечатлениями о высоком качестве блюд, Уилл произнес:

— Я хочу купить картину.

— А ты уже выбрал, какую именно?

— Ну, посмотрел несколько, но хотелось бы сначала услышать твой совет.

— Конечно.

Натали снова ощутила твердую почву под ногами.

— Картина будет для себя или кому-то в подарок? От этого многое зависит: люди часто не осознают, что картина, которую они собираются купить, будет висеть перед глазами много лет — надеюсь! — и необходимо сразу продумать, где…

— Для меня, — сказал он, прерывая ее на полуслове. — Картинка будет висеть на самом лучшем месте у меня дома, и надеюсь, что ты согласишься посмотреть и выбрать, куда ее повесить. Я полагаюсь на твое экспертное мнение.

Натали почувствовала, как вспыхнули щеки, причем непонятно, по какой причине. Это была не обычная просьба. Казалось, Уилл видит ее колебание, поэтому медленно продолжил:

— Я не праздный гуляка, Натали. — Он первый раз назвал ее по имени. То, как произнесли это его губы, показалось девушке очень сексуальным. — Я куплю картину. Как я понимаю, судя по отсутствующему ценнику, обнаженная девушка не продается.

Она покачала головой.

— Сейчас она не продается. Нет.

— Но однажды ты можешь изменить свое решение. Однажды ты решишь, что можешь продать ее человеку, который хочет видеть тебя обнаженной, день за днем.

Сейчас его голос был медово-золотым, и снова Натали почувствовала пульсацию между ног. Уилл словно был кукловодом, а она — куклой, танцующей на веревочках его предпочтений.

— Однажды я могу передумать, — наполовину прошептала, наполовину прохрипела она. Мужчина откинулся на спинку стула, его глаза были темнее и глубже самого океана, раскинувшегося за окном ресторана.

— Я буду с нетерпением ждать этого момента. А пока, Натали Крейн, я буду довольствоваться серией картин «В публичном доме».

Она кивнула. Он знал, как обрадовать ее: любая картина из этой серии стоила в два раза дороже, чем все остальные в коллекции.

— Значит, придешь? Можешь захватить с собой своего надзирателя, если боишься оставаться со мной наедине.

— Я не боюсь, — солгала она, отвечая на вызов в его глазах колючим холодом, которого не испытывала на самом деле. — Я приду. Когда ты будешь меня ждать?

— Лучше сейчас. — Уилл махнул рукой, подзывая официанта, чтобы расплатиться за них обоих. — Сегодня ты свободна?..

— …Ты совсем из ума выжила? А что, если он маньяк-убийца с топором? — вскричал Антон, когда она рассказала ему о своих планах. Несмотря на то, что время будто замедлилось, там, в ресторане, они пробыли всего около часа. Натали вернулась в галерею примерно в два.

— Он не убийца, дорогой. Он уважаемый музыкант и композитор.

— Пфф, наверняка это просто легенда, чтобы заманить тебя в свое логово, где он завяжет тебе глаза, засунет в рот кляп и будет делать с твоим нежным девичьим телом все, что пожелает.

Натали опять почувствовала пульсацию в промежности от одной мысли о завязанных глазах и кляпе во рту. Нет, Уиллу не потребуется все это, чтобы добраться до ее тела и осуществить любое свое желание. Хватило одно касания пальцами — и она была абсолютно беспомощна в ресторане. Только Богу известно, что с ней будет, когда девушка окажется одна у него дома, на его территории.

— С чего ты взяла, что он композитор? — прервал Антон ход ее мыслей. Она бросила на него сердитый взгляд.

— Я проверила с телефона, у него есть свой сайт, он зарегистрирован на LinkedIn[2]. В Интернете есть несколько упоминаний о нем, — довольно ответила Натали, помахивая мобильным.

— Кто угодно может создать себе сайт, наивная девочка.

— Да, но не все остальное. Я в состоянии позаботиться о себе, Антон. И вообще, не думаю, что в этом городке может орудовать серийный маньяк.

— Нельзя недооценивать прибрежные городки. Ты что, не помнишь Агату Кристи?

Она рассмеялась.

— Если ты так беспокоишься, можешь пойти со мной. Будешь сидеть в машине и вызовешь полицию, если я не вернусь в положенное время. Скажем, через двадцать восемь минут тридцать секунд, подойдет?

— Я сегодня вечером занят. — Он нахмурился и посмотрел на нее. В его взгляде она заметила искреннее волнение, и ей стало стыдно за насмешки.

— Извини. Я буду аккуратна, обещаю. А еще он сказал, что купит что-нибудь из серии «В публичном доме».

Немного успокоенный, Антон сказал:

— Пришли сообщение, когда вернешься домой. Если не напишешь, я буду вынужден отправиться на поиски.

— А ты не собираешься сегодня ночевать дома?

— Скорее всего нет. Я встречаюсь с Миком. Мы поедем в ресторан, а поскольку речь шла о паре бокалов вина за ужином, то я планирую вызвать такси. Если хочешь, можешь после своего свидания присоединиться к нам.

— Спасибо, но не думаю, что получится. Я еще не знаю, сколько пробуду там. — Чтобы Антон меньше волновался, она дала ему адрес Уилла и потом наблюдала, как он пристально изучает карту местности, чтобы убедиться: новый знакомый живет в приличном районе.

— Я напишу, когда буду дома, — пообещала Натали. — Но я никак не могу понять, почему ты так нервничаешь. Он ведь такой же клиент, как и остальные.

— Нет, он не такой. Он опасный, — ответил Антон полушутя. — Никогда не верь бритоголовым мужчинам, мой ангел.

Позже, когда девушка подошла к двери дома Уилла Фалькона, то задавалась вопросом, что же имел в виду Антон. Он был мастером невзначай обронить слово-другое, но почти всегда в этом был более глубокий смысл.

Уилл жил на первом этаже перестроенного дома в районе парка Квинс, который, по словам Антона, был одним из самых живописных предместий Борнмута. По дороге сюда Натали проехала мимо гольф-клуба, где люди играли под лучами заходящего солнца. Дорога была широкой, по обеим ее сторонам выстроились ровные ряды домов, некоторые из них — с маленькими садиками, некоторые — с большими воротами и укатанными подъездами.

Натали тщательно подбирала одежду и теперь была уверена, что смогла добиться нужного результата. Ее костюм сочетал в себе профессиональное — кремовый льняной пиджак — и личное — ее любимое платье шоколадного цвета на бретельках. Равнодушно, но женственно. Единственный откровенный намек на свидание — туфельки цвета фуксии на высоком каблуке. Теперь она могла быть на одном уровне глаз с Уиллом. Это должно добавить девушке уверенности в себе.

Пока она ждала ответа на звонок в дверь, то наслаждалась ароматом роз, цветущих в палисаднике. Вокруг розового куста было несколько рядов пионов и петуний. Очевидно, кто-то ухаживал за этим цветником. Может, сам Уилл?

Наконец он появился перед ней.

— Добрый вечер, — улыбнулся мужчина. — Добро пожаловать в мой дом.

Он галантно шагнул назад и пропустил ее внутрь. За дверью оказался просторный холл с деревянным полом и большим зеркалом в золотой раме. Шикарный минимализм. Почему-то Натали такого не ожидала.

— Позволь забрать твой пиджак?

Уилл стоял достаточно близко, чтобы она смогла уловить аромат одеколона — немного острого, но приятного. Девушка сняла жакет и отдала ему в руки. И только в этот момент она поняла, что у нее оголены плечи, а платье хоть и доходит до колен, но все же плотно облегает талию и бедра, привлекая к ним излишнее внимание. Возможно, она выбрала не лучший вариант наряда.

— Выглядишь превосходно, — сказал Уилл. Что ж, может, наряд не так уж и плох.

— Ты тоже. — Он был одет не в шорты с футболкой, как при первой встрече, а в оливкового цвета брюки и темно-коричневую футболку-поло. В таком виде мужчина казался еще более загорелым.