Ловкие женщины - Страница 9

– Вы женаты? – удивилась Нелл.

– Нет. Но я хорошо знаю, что такое настоящая семейная жизнь.

– И что же именно?

– Обязательства друг перед другом на всю жизнь и никакого нытья. Поэтому я до сих пор холост. Мой девиз – «Живи мгновением!» Вас не затруднит перепечатать отчет?

– Конечно, нет. Кстати, не забудьте дать мне ежедневник. Хочу занести в компьютер список встреч с клиентами. И еще. Когда вы в последний раз брали деньги на мелкие расходы?

– Не помню, – пожал плечами Райли. – Кажется, в прошлом месяце. А что?

Нелл вынула коробку, раскрыла и достала расписки.

– Взгляните.

Райли недоуменно пролистал стопку листков.

– Это не мои.

– Знаю. По-моему, Линни подделала вашу подпись.

Райли присвистнул:

– И сколько она успела хапнуть?

– Вместе с другими чеками – больше пяти тысяч.

– А Гейб считает, наплевать и забыть. – Райли швырнул расписки в коробку. – Знаете, раньше он достал бы ее просто ради тренировки. Теперь не то.

– И что вызвало перемену?

– Женитьба на Хлое и рождение Лу. А когда-то он был… в точности Ник Чарлз[7]!

– Кто такой Ник Чарлз?

– А еще работаете в детективном агентстве… – Он вздохнул и поплелся в свой кабинет.

– Эй! – окликнула она.

Райли не отреагировал. Тогда, немного выждав, Нелл нажала кнопку переговорного устройства и поведала о визите Фарнсуорт, опустив предложение украсть собаку: пусть клиентка сама скажет.

Она откинулась на спинку кресла, переваривая новую информацию. Итак, Гейб Маккена женат на Хлое. Она попыталась представить их вместе. Абсурд: Люцифер рядом с Белоснежкой. И у них есть дочь? Как удалось смешать столь разные цепочки ДНК? Она и Тим идеально соответствовали друг другу, родили чудесного сына, а брак распался. Маккена и Хлоя занимают противоположные концы человеческого спектра – и по-прежнему живут вместе. Да, брак – воистину тайна, и ничего тут не поделать.

Она раскрыла дело Хот Ленч, в миру Джины Таггарт, которой преспокойно сходили с рук регулярные измены. В том-то и беда: люди творят все, что им заблагорассудится, зная, что никто их не остановит, что можно выйти сухими из воды.

Хот Ленч обманывает мужа, Линни ворует, тип в Нью-Олбани мучает собаку, Тим бросил ее (сердце Нелл сжалось при воспоминании о зеркале) – и все как огурчики. Никто ни за что не платит. Правда, на Тима нечего злиться: он играл честно, она сама виновата, что выглядит тысячелетней каргой. Нет, не стоит злиться…

Только сейчас, сидя в полутемной приемной, Нелл осознала, до какой степени ей хотелось кричать, бросать в мужа тяжелые предметы, обвинять, требовать: «Ты не смеешь уйти после двадцати двух лет брака, жалкий, ничтожный слизняк!» Слава Богу, она сдержалась. Истерики только усложняют жизнь. Ну набросилась бы она на Тима, когда тот сказал, что уходит, и развод из цивилизованной, упорядоченной процедуры превратился бы в дикий скандал. Допустим, она начала бы орать, швырять… В результате между ними никогда бы не установились дружеские отношения вроде нынешних. Допустим, она схватила бы его за…

– Нелл! – позвал Райли.

Она повернулась вместе с креслом лицом к его кабинету:

– Да? Что случилось? Не вопите! Почему просто не позвонить мне?

– Я звонил. Мне нужно уехать. Вернусь часам к пяти.

– О’кей. – Нелл нахмурилась, срывая на ни в чем не повинном Райли свою обиду на Тима. – Объясните мне, пожалуйста. Вот вы постоянно занимаетесь расследованиями. А почему вы ни разу не проверили Линни?

– Ну почему, проверили… Вернее, проверила моя мать, когда нанимала ее. У Линни были прекрасные рекомендации. От «Огилви и Дайсарта», совсем как у вас. Она должна была пробыть здесь всего месяц, пока ма не вернется. Поэтому встречи с клиентами и не были внесены в компьютер. Ма не любит компьютеры.

– Это многое объясняет. Значит, ваша мать уволилась?

– В июле она решила отправиться на две недели во Флориду и наняла Линни. А когда оказалась во Флориде, решила, что хочет там остаться. Вот нам и пришлось взять Линни на постоянную работу. У нас не было причин ей не доверять.

– Полагаю, что так, – согласилась Нелл. – Просто обидно, что она с легкостью обвела вас вокруг пальца.

– Да, вижу, вы так и кипите.

– Я человек спокойный, – возразила Нелл, – и скандалов не закатываю.

– Ну-у-у, так не интересно. – Райли вышел из кабинета, положил ей на стол ежедневник и направился к двери. Вдруг, явно что-то вспомнив, остановился. – Вы обедали? Я могу посидеть на телефоне, пока вас не будет.

– Я не голодна.

– Ладно. Если Гейб спросит, я работаю над квартальным отчетом.

– Для кого?

– Тревор и Джек. Пресловутые Огилви и Дайсарт, поверенные в суде. Тревор потребовал проверять каждые три месяца, что делает его дочь.

– Он нанял вас следить за Марджи?! – ахнула Нелл.

– Нет, за Оливией, младшенькой. Марджи – это ведь старшая дочь от первой жены? Марджи, очевидно, ему проблем не создает.

– Я и забыла об Оливии, – пробормотала Нелл, вспомнив избалованную сводную сестру Марджи. – По-моему, они с Марджи почти не общаются. Значит, Тревор заставляет вас следить за Оливией?

Райли кивнул:

– По-видимому, таково его представление об отцовской заботе. Не понимаю, как ему удается избежать инфаркта во время чтения отчетов. Оливия проводит время в свое удовольствие. Да, пока не забыл, мы не будем спасать Булочку.

– Кого?

– Вашего несчастного песика. Правило номер два: мы не нарушаем закон.

– А существует и первое правило? – поинтересовалась Нелл, но ответа не получила, дверь захлопнулась.

– Очень вежливо, – заметила она, раскрыла ежедневник Райли и принялась вводить данные в компьютер, стараясь не думать о собаке, Хот Ленч и остальном несовершенном, отчаянно нуждающемся в исправлении мире.

– Признай, здесь стало чище, – заявил Райли, входя на следующее утро в кабинет Гейба.

Старший партнер пребывал в крайне дурном настроении.

– Так чисто, что ничего нельзя найти, – пробурчал он, перебирая бумаги на столе. – Она все сложила в стопки!

– Женщины любят порядок, – наставительно заметил Райли, садясь в кресло и вытягивая ноги. – Ищи во всем хорошее. Теперь она взялась за ванную. Видишь, сколько преимуществ?

– Она обязательно найдет способ испортить мне день.

– Надеюсь, ты понимаешь: ее придется взять вместо Линни.

– О Боже! – Гейб, в принципе согласный с Райли, не желал думать о Нелл. – Итак, что было вчера?

– Я проследил за Хот Ленч. Джина опять изменила мужу. Какой сюрприз!

– Мы его знаем?

Райли покачал головой:

– Никогда раньше не видел. Деловой костюм, до ужаса безвкусный галстук. Смотрит на Джину таким собачьим взглядом, словно лучшего в его жизни не случалось. Если бы он только знал! Кстати, она помахала мне и попросила передать тебе привет.

– И люди полагают работу детектива развлечением, – вздохнул Гейб.

– А что там у «О и Д»?

Гейб передал вчерашний разговор.

– Джек снова шляется по бабам? – процедил Райли. – Вижу, урок ему не впрок.

– Смотри на вещи трезво. – Гейб снова вздохнул. – Не думаю, что кто-то из них виновен. Тревор наверняка лгал, объясняя, в чем именно их обвиняют. Вряд ли у него есть силы бегать на сторону.

– Верно, – согласился Райли. – На Тревора это не похоже. Он лишний раз задницу не поднимет.

– Клянусь, он соврал, будто она требует деньги. По-моему, он встречался с ней.

– А Джек знает?

– Может быть. Сначала мне позвонил Бадж Дженкинс. Вслед за ним – Джек, который попытался замять дело. Просил не начинать расследования, пока мы не потолкуем. Третьим был Тревор. Хотел отменить встречу. Интересно, что будет, когда Бадж столкнется с проблемой, о которой нельзя посудачить, а Джек – с такой, которую не пересидишь.

– Итак, Тревор и Джек что-то скрывают, Баджа в свои делишки они не посвятили, – ухмыльнулся Райли. – Не хотел бы я оказаться на его месте.