Ловкие женщины - Страница 3

– Это я.

– Вот и хорошо. – Журчание прекратилось. – Представляешь, сейчас какая-то женщина покупала у меня миндальные пирожные. Высокая и худая. Тусклые рыжие волосы. Красивые глаза. Она была у тебя?

– Да, но это не клиентка. Так что можешь не читать мне проповеди о ее немедленном спасении. Она временно заменит Линни.

– Что-то в ней есть такое… Бьюсь об заклад, она по гороскопу Дева. Назови дату ее рождения.

– Ни за что. Ужин в восемь?

– Да, пожалуйста. Нам нужно поговорить. Лу думает, неплохо бы осенью попутешествовать автостопом по Европе.

– Только через мой труп. Я оплатил ее учебу в первом семестре.

– Пойми, Гейб, ты не имеешь права диктовать своей дочери, как жить.

– Имею. Ей всего восемнадцать. Слишком рано бродить по Европе в одиночку.

– Мне было столько же, когда я вышла за тебя.

«И взгляни только, к чему это привело!»

– Хлоя, она идет в колледж. Если ей там не понравится, поговорим после первого семестра.

– Хорошо, – вздохнула Хлоя. – Кстати, насчет Девы…

– Нет, – отрезал Гейб и повесил трубку. Прелестная дочь-блондинка вознамерилась прошвырнуться по дальним странам, где на каждом углу торчат хищники-мужчины, а прелестная бывшая жена-блондинка гадает по тем самым звездам, которые повелели ей развестись с ним. Ну и дела!

Он снова принял таблетку аспирина, только на сей раз запил ее «Гленливетом», припрятанным на всякий случай в нижнем ящике стола. Совсем как отец. Придется предпринять что-то в отношении Хлои и Лу, не говоря уж о Джеке Дайсарте и Треворе Огилви. Единственная радужная перспектива во всей этой безнадеге – возможность очередной раз переспать с Хлоей, что всегда приятно.

«Приятно? – Гейб на миг замер. – Иисусе, а где же страсть?»

Хлоя тут ни при чем. Она все та же. Значит, дело в нем самом. Он перевел взгляд с бутылки на пузырек.

«Видно, я окончательно выдохся, если не могу дотянуть до конца дня без лекарств и спиртного».

Действительно, он злоупотреблял «Гленливетом» и аспирином. Хорошо, что не амфетаминами и крэком.

Взгляд упал на снимок на стене: отец в обнимку с Тревором Огилви, сорок лет назад. Оба широко улыбаются, салютуя фотографу стаканами с виски.

«Прекрасная старая традиция».

Как говорил отец, Тревор – парень что надо, но привык прятать голову в песок, не замечать проблемы, пока она не взорвется прямо под носом.

«Ты оставил мне больше, чем половину агентства, отец».

Ничуть не обрадованный этой мыслью, Гейб спрятал стратегические запасы в ящик стола и принялся искать среди бумаг свои заметки. Чертовски приятно сознавать, что в понедельник придет секретарь. Агентству просто необходим человек, который будет беспрекословно выполнять приказы и облегчать ему жизнь, как Хлоя, когда была у него секретаршей.

Гейб с досадой взглянул на треснувшее стекло. Как бы там ни было, он уверен: Элинор Дайсарт облегчит ему жизнь. А если нет, он тут же уволит ее и не посмотрит на то, что она бывшая невестка самого важного клиента. Не хватало, чтобы еще одна психопатка действовала на нервы. Он сыт истериками по горло.

А в это время Нелл, сидя за большим обеденным столом в крошечной квартирке дома на противоположной стороне парка, живописала недавние приключения:

– И стоило мне направиться к двери, как жалюзи с грохотом свалились на пол, а на стекле стала видна огромная трещина.

Будучи опытной рассказчицей, она с невозмутимым видом наблюдала, как ее невестка Сюз Дайсарт икает от смеха, платиново-прекрасная даже в минуты ничем не сдерживаемой радости.

– Может, он решит, что окно разбили с улицы, – предположила Марджи, другая невестка Нелл. Маленькое некрасивое личико сияло неизменным оптимизмом. – Если ты сама не признаешься, он наверняка никогда не узнает.

Вынув из сумки маленький серебряный термос, Марджи долила в кофе соевого молока.

– Он детектив, – напомнила Нелл. – Искренне надеюсь, что он узнает, иначе он просто Элмер Фудд[2].

– О Господи, давно я так не смеялась, – пробормотала Сюз, переводя дыхание. – А что собираешься делать с ковром?

– Может, спрятать дырявую половину под письменный стол? – предложила Марджи, потянувшись к миндальному пирожному. – Если Гейб не увидит дырки, то ничего не заподозрит. Кстати, мне нравятся пирожные, но особа, что их печет, не желает делиться рецептом.

– Естественно: начнешь печь сама – не будешь покупать у нее, – заметила Сюз и, дождавшись, когда Марджи согласно покачает головой, торжествующе заключила: – Вот видишь! А ты, Нелл, ничего не ешь! – Она подвинула Нелл блюдо с пирожными. – Бери и рассказывай дальше. Каков твой новый босс? Какая у него контора?

– Ужасный неряха. Настоящий свинтус. Боюсь, полтора месяца уйдет на то, чтобы расчистить письменный стол.

«Тем не менее приятно думать, что получила возможность организовать чью-то жизнь. Снова быть в курсе событий. Пора идти вперед. И так уже засиделась».

– Ой! – Марджи нагнулась и посмотрела под стол. – Что это я задела? Почему здесь столько коробок?

– Это мой фарфор.

– Ты еще не распаковала свой фарфор? – возмутилась Марджи.

– Всему свое время, – вмешалась Сюз, взглядом велев Марджи замолчать.

Но та, разумеется, ничего не заметила.

– Если бы она вынула фарфор, то начала бы поневоле рассматривать его и привыкать…

– Бесполезно, – отрезала Сюз, по-прежнему в упор глядя на родственницу. – Мой «Дайсарт Споуд»[3] стоит в шкафах и все равно мне не нравится. Хотя, вполне возможно, его вид тут ни при чем. Мне его навязали. Уродство! Спасу от него нет.

Ей наконец удалось поймать взгляд Марджи, и та печально сообщила:

– А я люблю смотреть на свою посуду.

Это не прозвучало новостью. Ни у одной женщины на планете не было такой большой коллекции фаянса фирмы «Френсискан дизет роуз», как у Марджи.

Нелл попробовала заверить гостей, что у нее все в порядке, чем вызвала новую бурю сочувственных возгласов.

– Ну просто чудесно! – фальшиво прощебетала Марджи. – Новая работа и все такое. Ты же обожаешь работать.

Тон у невестки был несколько удивленный, словно подобная склонность представляла для нее загадку.

– Вообще-то я люблю заниматься собственным бизнесом, – поправила Нелл.

– Бизнесом Тима, – уточнила Марджи.

– Мы создали его вместе.

– В таком случае почему все досталось ему?

Нелл ужасно захотелось, чтобы Сюз снова осадила взглядом Марджи.

– А вот я с удовольствием пошла бы работать, – бросилась на помощь Сюз. – Не знаю, что бы мне хотелось делать, но после одиннадцати лет брака не помешало бы чем-нибудь заняться.

«В таком случае найди работу!» – едва не выпалила Нелл, уставшая от жалоб Сюз, но вовремя сдержалась. Ей стало стыдно. Сюз толковала о работе и ничего не предпринимала, чтобы ее получить, но ведь и Нелл сидела сложа руки, пока Джек не позвонил Маккене.

Марджи никак не могла успокоиться:

– Надеюсь, ты забрала половину тех мерзких стеклянных наград, которыми он так гордился?

Нелл старательно сдерживалась. Срывать зло на Марджи – все равно что пинать щенка.

– Ты о «сосульках»? Я оставила их в страховом агентстве. Было бы несправедливо…

– Тебе еще не надоела такая справедливость? – съехидничала Сюз.

«Надоела, и еще как!»

– Нет. Что касается новой работы, придется полтора месяца печатать и отвечать на звонки. Это не карьера. Что-то вроде практики, начало новой жизни.

– Это детективное агентство, – настаивала Сюз. – Думаю, ужас как интригующе. Сэм Спейд и Эффи Перин[4]. – Она мечтательно вздохнула.

– Это еще кто? – удивилась Марджи.

– Знаменитый детектив и его секретарь. Мы читали о них в колледже, когда изучали историю кино. Тогда мне казалось – лучшей работы быть не может. И одевались они безупречно. Нелл, да съешь ты пирожное!