Литературоведческий журнал №36 / 2015 - Страница 13

Во второй половине XVI в. сифилис получил репутацию болезни, при которой происходит ежедневное умирание. Поэтому далее Донн по частям анатомирует отмершие части тела мира: кожу, глаза, нервы, сердце. Ситуация близка публичным демонстрациям на Ламли-лекциях по операционной хирургии и анатомии106. Донн на протяжении «The First Anniversary» постепенно демонстрирует отмершие части тела мира, не причиняя ему боли, поскольку он погружен в летаргию.

Таким образом, сифилис вместил в себя все болезни. Господь наказал человека за извращение Божественной любви. И если, по версии Фракасторо, человек заразился через отравленную Деву, то, по версии Донна, он может искупить свою вину через Добродетельную Деву, которая умерла, будучи невинной, и теперь ее душа обретается на небесах вместе с Девой Марией. Именно сифилис отражает современное состояние мира от первого пришествия Христа до Страшного Суда: он не жив и не мертв – он онемел. Образ Элизабет Друри подчинен логике пророка Захарии: «Возвеселись, неплодная, нерождающая; воскликни и возгласи, немучившаяся родами <…> На малое время Я оставил тебя, но с великою милостью восприму тебя» (Ис. 54: 1,7). Бен Джонсон по этому поводу иронизировал, что подобных похвал достойна только одна Дева Мария. Донн на это ему ответил в духе неоплатонизма, что он описал Идею Элизабет Друри107.

Таким образом, Шекспир и Донн воспринимают сифилис как болезнь, поразившую современный им мир, но они не называют эту болезнь, хотя точно описывают ее симптомы. Это связано с тем, что сифилис воплотил в себе все болезни мира, а все болезни мира являются частью сифилиса, и практически каждый становится хоть частично поражен им. Оба поэта видят причины сифилиса в извращении природы человека и божественного закона любви, поэтому женщина оказывается вратами этой болезни. Шекспир причиной этого видит страсть к золоту, которая порождает в богатых и бедных алчность, лесть, зависть, обман и предательство. Эти грехи поражают общество древних Афин от политиков до философов и проституток. Донн же придает сифилису универсальный характер, им болен не только современный человек, общество, государство, но и вся Вселенная, поскольку макро- и микрокосм еще мыслились связанными через Великую цепь бытия. Но если у Шекспира женщина – это только распространитель семян болезни, то у Донна целомудренная Дева призвана вернуть миру здоровье. Мизантроп Тимон Афинский не видит источника искупления, не верит в возрождение мира, тогда как текст Донна еще свидетельствует о надежде и вере в человеческий род после пришествия Христа.

Статья посвящена разработке понятия «ключевая фабульная схема» на материале драматургии Шекспира. В результате анализа 36 пьес, вошедших в Первое фолио (1623), автор приходит к выводу о том, что наиболее распространенную фабульную схему в трагедиях и комедиях Великого барда можно сформулировать следующим образом: мужчина (в большинстве случаев муж) ревнует женщину (чаще всего жену) и напрасно (почти всегда).

Ключевые слова: Шекспир, ключевая фабульная схема, Первое фолио, Л.Е. Пинский.

Peshkov I.V. To the problem of the unity of Shakespeare’s plays. The key scheme of plot

Summary. In the article the notion of the key scheme of plot has been elaborated concerning the First Folio canon of Shakespeare’s plays (1623). By analyzing of each of the thirty six plays of the canon the author comes to conclusion that the most frequent scheme of plot in Bard’s comedies and tragedies can be formulated as follows: The man (usually a husband) puts his jealousy to the woman (usually a wife), which is absolutely innocent (almost always).

Размышляя о цельности шекспировской драматургии вообще и о принципах сюжетостроения драм Шекспира в частности, невозможно обойти стороной работы крупнейшего отечественного шекспироведа XX в. Л.Е. Пинского, отражающие его концепцию этой цельности и его представление об этих принципах. В предисловии к последней, посмертной, книге Пинского со знаменательным названием «Магистральный сюжет»108 А.А. Аникст писал:

«Шекспир допускает много разных подходов. Л. Пин-ский выбрал то, что можно назвать монистической точкой зрения. Для него творчество Шекспира – некое грандиозное художественное единство. Поэтому ключом к анализу его творчества может служить лишь некий единый общий принцип. Эту функцию у Л. Пинского выполняет понятие магистрального сюжета. Впервые понятие магистральности как генерализующего принципа появилось у Л. Пинского уже в книге «Реализм эпохи Возрождения». Там речь идет о магистральной теме. Это понятие, однако, недостаточно четко, ибо касается лишь идейной направленности произведений. Пинский же искал понятие, которое было бы синтетичным, охватывало бы и содержание, и форму. В этом существо понятия магистрального сюжета» [с. 9].

Понятие магистральный сюжет (далее МС) полностью развито Пинским в книге «Шекспир. Основы драматургии»109, где на эту понятийную магистраль нанизаны исторические хроники и трагедии драматурга. Ученый планировал вернуть в книгу и раздел «Комедии», изъятый по просьбе издательства, но не дожил до переиздания. Однако как раз в цитированной книге с предисловием Аникста этот пробел восполняется, и концепция Пинского охватывает, таким образом, всю драматургию Шекспира:

Цель этой книги <…> – выяснение единства, тематического и структурного, драматургии Шекспира: того, что дает основание говорить о «шекспировском стиле» драмы [с. 4].

И тем не менее концептуальная магистраль Пинского не совсем едина, потому что понятие МС для каждого шекспировского жанра разное: автором вычленяется МС хроник, МС комедий и МС трагедий.

МС хроник определяется в главе 2, которая так и называется «Магистральный сюжет»: «Своеобразие хроник для Шекспира и его современников – прежде всего в предмете, в их государственно-историческом сюжете» [с. 12]. Затем тут же следует уточнение: «Сюжет хроник – реальный исторический факт, то, что в самом деле происходило и засвидетельствовано историками».

Далее МС хроник еще дробится, для первой тетралогии это «династические распри Алой и Белой розы», а для второй – «политические события предыдущей эпохи, породившие эти распри» [с. 16]. Напомним, что первая тетралогия – это три части «Генриха VI» и «Ричард III», а вторую тетралогию составляют «Ричард II», две части «Генриха IV» и «Генрих V». А в целом:

Магистральный сюжет хроник – конец средневекового государства и становление государства Нового времени в Англии – не укладывается в рамки одной пьесы о политических деятелях одного поколения. Действующие лица переходят из одной хроники в другую [с. 17–18].

Уже из раздела о хрониках видно, что МС, по Пинскому, как это верно заметил Аникст, действительно некое формосодержательное единство, причем единство исключительно широкое, так что после этого исследователь получает возможность проанализировать в двух следующих главах основное содержание обеих тетралогий и еще двух обрамляющих тетралогии хроник, оставаясь в пределах единого МС, а в пятой главе перейти к понятию фона: «Государственный сюжет сопровождается в хрониках сценами фона, картинами национально-народной жизни, почвы жизни государственной» [с. 37].

Таким образом, в разделе о хрониках понятие сюжета берется в самом широком смысле, какой только допускает это слово, и порой приближается к понятию содержания цикла художественных произведений, хотя иногда термин «сюжет» работает в качестве традиционного литературоведческого понятия («состав основных событий произведения»).