Лист в небесах (СИ) - Страница 18

Лиф даже головой потряс от накатившего желания. Пугало не само желание, его-то как раз легко можно было объяснить гормонами, а непреодолимая тяга к насилию: альфу хотелось связать, искусать, зацеловать, облизать, возбудить до предела, насадиться на член и оттрахать так, чтобы его миниРойс, нафиг, отвалился с утра.

Лиф снял пиджак, скинул рубашку, спустил штаны и провел с нажимом пару раз по возбужденной плоти. Ткань трусов раздражала, но и добавляла трение.

— Черт, как хреново, — честно признался сам себе Лиф. До утра скорее у него отвалится хотелка с таким воздержанием. Скоро и штаны сложенной стопкой остались на стуле, как и трусы. Буш присел на кровать и приблизился к лицу спящего Ройса. Пристально рассматривал его, обводя взглядом каждую черточку, а потом потянулся пальцами и приподнял верхнюю губу.

— Какие у нас клыки есть, — провел подушечками пальцев по зубам, — чтобы омежек кусать.

И резко поцеловал приоткрытый рот, кусая до крови за верхнюю губу. Ройс лишь вдохнул сильнее.

— А теперь я тебя покусаю, Ройс Экарт, пущу тебе кровь, — плотоядно облизался Лиф. Схватил свой шелковый платок и привязал одну руку альфы к изголовью кровати. Для второй руки сгодился кушак от халата в ванной. Там омега лишь на секунду завис перед зеркалом, разглядывая свои безумные от похоти глаза. Нет, это было не просто течной похотью — Лиф хотел Ройса. Хотел до остановки сердца! Особенно такого — беспомощного. Власть над ситуацией окрасила страсть совершенно в другой цвет. Лиф и не подозревал, что его могло завести чье-либо подчинение в сексе.

— Нет, не чье-либо, а только твое, — тихо говорил омега спящему Экарту, оглаживая его плечи и грудь руками. Прошелся пальцами по темным соскам, потом залез сверху и лег на мощное тело, вдыхая дурманящий запах. Лиф провел влажную дорожку языком от груди до пупка.

— Горький, — промурчал омега и прихватил зубами сосок, представляя, как это мог бы делать Экарт с его телом. Такое зеркало действий невообразимо заводило и распыляло желание сильнее, а молчаливая покорность будила грубые фантазии. И Лиф решил, что имеет право реализовать их за все свои потрепанные нервы.

Оторваться сегодня раз и навсегда.

Он укусил второй сосок, вернулся к приоткрытому рту альфы и снова грубо поцеловал, выгибаясь и вводя в себя пальцы, также грубо толкаясь внутрь. Тихо зарычал, рассмеялся, когда почувствовал, как в него уперся член альфы и победно выпрямился.

— Значит, любишь погрубее, Ройс, — завел руку назад и погладил вставший ствол, тот дернулся в ответ. — Про твою нетерпеливость я и так знаю. Сегодня потерпишь.

Лиф провел по своему телу руками, щипнув соски, и спустил руки вниз, сжимая член у основания. Дыхание было рваным, пора было переходить к сексу. Омега сглотнул и потянулся к тумбочке, достав упаковки презервативов. Выбрал один и ухмыльнулся, когда латекс порвался.

— Вот же конь, — открывая упаковку самого большого размера. В этот раз получилось, и Лиф медленно опустился на альфу до самого основания, чтобы привыкнуть к габаритам. Потом ухмыльнулся, схватил порванный кондом и перевязал член Ройса у основания.

— Ты у меня сегодня кончишь, когда я позволю. — Экарт молчал, продолжая видеть сны.

Омега же, закрыв глаза, принялся насаживаться с разной амплитудой, вырывая из легких стоны удовольствия. Он то скакал, то замирал, до синяков хватаясь за руки альфы и прогибаясь, то совсем останавливался и целовал его, а потом начинал кусать, забываясь. В голове Лифа смешались все его эмоции к Ройсу: влюбленность, обида, желание, ревность. Омега будто пытался быть нежным, но в следующую секунду хотел доминировать и наказывать. От таких переходов его лихорадило и оргазм был бурным. Он охнул, перед глазами поплыло, да так, что ему пришлось лечь на альфу, а зубы сами впились в плечо. Тот что-то слабо рыкнул, быстро задышал, но вскоре снова затих.

Лиф устало приподнялся, стащил использованный презерватив и кинул его на тумбочку.

Перетянутый член подрагивал, а кровь распирала его сильнее, требуя от органа наконец-то разрядится. Омега перетек ближе и хитро улыбнулся, предвкушая маленькую месть.

— Завтра тебе будет очень дискомфортно, — и вобрал в рот головку. Пальцы с силой оттягивали яйца. Лиф никогда не делал минет, но сейчас его заботило только то, чтобы удержать возбуждение альфы максимально долго. Но оказалось, это действо возбуждает не меньше. Ройса снова хотелось, а Лиф сегодня позволял себе все.

Снова презерватив, снова поза наездника, только в этот раз спиной к лицу Экарта, и снова грубые скачки до самого основания.

На пике удовольствия Лиф сдернул удавку со ствола и застонал от новых ощущений. Ройс кончал бурно и долго, расширившись внутри до предела. Омега даже слезть не смог, так и рухнул устало между ног альфы.

— Не спи, Лиф. Только не засыпай, — уговаривал себя измученный любовной игрой, Буш. Ощущения притупились, гормоны успокоились, возвращая мозг в нормальную работу, эмоции поутихли и случилось то, чего поначалу боялся омега, но что потонуло в омуте его желаний — он почувствовал стыд.

— Омежьи радости, я отымел Ройса Экарта.

Эта мысль отрезвила. Лиф быстро слез с кровати, выкинул следы секса, быстро ополоснулся, оделся, но отвязывать руки не спешил. Если что, успеет выбежать из номера. Теперь оставалось спрятаться в коридоре, дождаться пробуждения альфы, чтобы не переживать потом и тихо свинтить из номера. Для удобства он даже зеркало на коридоре развернул немного в сторону комнаты и теперь имел нужный обзор, не выдавая себя. Ждать пришлось долго, Буш уже перечитал все журналы, даже изучил рекламный ассортимент известного сексшопа, а Экарт продолжал дрыхнуть.

— Жалко маркера или красок нет, хоть на лице что-нибудь изобразил, — хихикнул омега, вспоминая, как сам проснулся с такими последствиями, когда уснул в гостиной около рисующего Рика.

Мысли о сыне окончательно выветрили отголоски секса в голове и заставили задуматься о непростом решении — когда следует сообщить?

«После праздников. Хватит тянуть кота за яйца».

Под утро, сидя на кожаном пуфе в коридоре и кивая головой от недосыпа Лиф Буш наконец-то услышал звуки пробуждения. Быстро взглянул в зеркало и увидел, как Ройс Экарт ошалело рассматривает комнату. Тихо выскочил за дверь и припустил в вестибюль, хихикая над собой. Кайл ему естественно сообщит, кто оставался с ним в номере, и Экарт будет крошить зубы от злости, но ничего сделать не сможет — доказательств нет. Не будет же он сообщать своему безопаснику, что с ним развлекались всю ночь.

Так думал счастливый Лиф…

Скрытая камера включилась, когда в номер вошли трое мужчин и выключилась за час до пробуждения Экарта, засняв более 7000 фотографий.

========== 13. Компромат или воспоминания ==========

Зима покрасила белой снежной краской улицы, покрыла ледяным лаком дома и заморозила воздух. Семейство Буш вернулось в свою квартиру от дедов, и Лиф блаженно растянулся в теплой ванне. Каникулы прошли отлично, весело и по-семейному. Омега внешне был бодр и счастлив, но ночью на него накатывали непрошенные воспоминания. С каждым днем стыд все больше поедал его, и Лиф понимал, что надо поговорить с Экартом. Попытаться как-то объяснить свои действия и при этом не прожечь от смущения пол в подвал.

— Хотя, как я вообще это могу сказать?! «Мистер Экарт, у вас красивый галстук, и кстати, я вас отымел привязанного», — Лиф поморщился и погрузился в воду по самый нос, пуская пузыри. Теплая вода расслабляла, мысли замедлились и стали тонуть в ароматной пене дремы. Омега домылся и решил продумать свои дальнейшие шаги после первого рабочего дня.

На работу Лиф ехал с огромной радостью. Снова утренний чай с Пропом, обсуждение зимних каникул, боевой рабочий настрой ровно до того момента, пока не позвонил Роберт. За праздники они общались только по телефону, встретиться так и не смогли, а теперь Лиф очень жалел об этом, потому что бы узнал новости раньше и, возможно, смог бы морально подготовиться. А сейчас… еле чашку в руках удержал.