Легенда о лиловом драконе (СИ) - Страница 16

Беанна задумчиво осмотрела комнату в поисках решения неожиданной задачи. Косу Ариане, даже самую плохонькую, заплести было невозможно: ее волосы едва достигали середины шеи и отнюдь не отличались густотой. Беанна попробовала пустить по лбу вышитую ленту. Положение улучшилось, но отсутствие у девятилетней девочки главной женской красы весьма смущало и вызывало лишние сомнения. Беанна снова задумчиво уставилась на сундук, в котором хранились ставшие ненужными вещи. Из одних она выросла, другие просто не оценила и сразу забросила в дальний угол. К ним относилась и надетая сейчас на Ариану рубашка — совсем простая, без единого украшения — Беанна такие вещи не признавала. Или вот еще — купленный отцом где-то в дальних краях шаперон — льняной чепец с отворотами и пелериной. Хедину почему-то показалось, что старшая дочь будет в нем очаровательна. Беанна радостно расцеловала отца, сердечно поблагодарив его за подарок, и… засунула шаперон на самое дно своего сундука — не приведи Ойра, кто-нибудь увидит ее, прекрасную Беанну, в этом уборе заурядной горожанки, тогда конец созданному идеальному образу. И как отцу только в голову пришло, что Беанне захочется скрывать свои великолепные золотые локоны? Это же не Арианы вихры, которые…

Беанна осеклась и бросилась к сундуку. Только бы мать не выкинула: она любит время от времени копаться в дочкиных вещах и избавляться, как она говорит, «от всякой ветоши». Шаперон, конечно, к ветоши отнести было нельзя, но…

Издав возглас радости, Беанна вытащила на белый свет странный головной убор, похожий на оторванный вместе с воротником капюшон. Ариана никогда не видела этой вещи на старшей сестре и не представляла, что это такое и откуда взялось. Но Беанна, не утруждая себя объяснениями, нахлобучила чепец Ариане на голову, потом несколько минут колдовала с замявшимися отворотами и непослушной Арианиной челкой и наконец подтолкнула сестру к большому придверному зеркалу. Ариана перевела взгляд на свое отражение и обомлела. Там не было и намека на привычного взъерошенного Райана. На нее смотрела аккуратная, испуганная и очень симпатичная девочка, словно впервые в жизни вышедшая с мамой в город и теперь очень беспокоящаяся за то впечатление, что она произведет на окружающих.

Лил будет сражен!

— С-спасибо! — срывающимся голосом произнесла Ариана. — Ты просто волшебница!

— Я знаю, — улыбнулась Беанна. — Но, если ты не посрамишь Тилу с его ватагой, я от тебя отрекусь.

Ариана смущенно потупила взгляд, но вовсе не из-за того, о чем подумала Беанна. Она завралась и только теперь задумалась о том, что будет, если старшая сестра вдруг решит поинтересоваться у мальчишек об их мифическом споре. Обычно Беанна делала вид, что попросту не замечает Арианиных знакомых, но с Тилой вполне могла завести беседу. И узнать, что никакого спора не было. И вот тогда Ариане на самом деле не поздоровится: уж чего-чего, а лжи Беанна не прощала.

— Я… хорошенько потренируюсь и обязательно их обыграю, — пообещала Ариана и тихонько улизнула из комнаты под предлогом вечернего туалета. На самом же деле ей нужно было остаться одной, чтобы сочинить новый план и не попасть впросак перед Беанной. Делом это было непростым, но теперь ей хотя бы не придется кривить душой перед близким человеком. С мальчишками можно идти на таран: иного обращения они и не приемлют. Главное — набраться наглости и напористости. И тогда дело выгорит!

Поднялась Ариана еще раньше обычного — даже до того, как проснулась мать, — быстро собралась, захватив с собой оружие, и отправилась на ту поляну, где Тила с товарищами отрабатывали боевые навыки. Мальчишек в столь раннюю пору там, разумеется, не было, но Ариана на это и рассчитывала. У нее имелось несколько часов, чтобы освежить в памяти основы военной науки, которые вдалбливал в нее отец, и довести до совершенства секретные приемы, которыми Хедин, не дождавшись сына, щедро делился с младшей дочерью. Едва ли не впервые в жизни Ариана отрабатывала эти приемы с удовольствием и даже каким-то воодушевлением. Ей очень хотелось утереть нос мальчишкам, которые — а эта часть истории оказалась невыдуманной — на самом деле отказывались принимать Райана в свои игры. Впрочем, с тех пор, как появился Лил, их заносчивость Ариану больше не задевала. У нее был такой друг, какой никому из ребят и не снился. И Ариана готова была ради него на все! Даже бросить вызов самому Тиле!

Тила был сыном хорошего знакомого отца и отличался просто невероятным самомнением, а также презрением ко всякому, кто хоть сколько-нибудь уступал ему в росте и обхвате бицепсов. А поскольку к тринадцати годам Тила почти достиг габаритов Хедина, к числу несчастных, обойденных его вниманием, причислялся любой мальчишка. В случае хорошего настроения Тила великодушно дозволял очередному претенденту на дружбу вступить в его свиту. Большинство ребят были этим счастливы, на Арианина женская натура бунтовала против подобного раболепства и Тилу обходила стороной, лишь изредка позволяя себе едкое замечание в адрес его эскорта. Тила смотрел на это сквозь пальцы, относясь к Ариане как к неоперившемуся сыну уважаемого им человека. Иногда ему даже приходило в голову взять Райана под свою опеку, но Ариана всеми правдами и неправдами открещивалась от подобного счастья. Воспитателей ей вполне хватало дома, а другом ни Тила, ни кто-либо другой из его окружения становиться не собирался.

Ариана работала с таким усердием, что потеряла счет времени и едва не пропустила момент появления мальчишек. Кое-как наспех переодевшись в женское платье, она схватила лук и прицелилась в центр самодельной мишени.

В таком виде ее и застали явившиеся на ежедневную тренировку Тила с сопровождающими. Изумление от нахальства незнакомой девчонки, которая без всякого стеснения пришла на чужую территорию и вела себя так, словно являлась здесь хозяйкой, было настолько сильным, что мальчишки просто онемели. В полной тишине было слышно, как рассекла воздух пущенная Арианой стрела и как острие воткнулось в деревянный круг, попав аккурат в середину. Кто-то из ребят тихонько присвистнул. Тила издал звук, похожий на кряканье.

— Энда подери! — выругался он, стараясь взять себя в руки и с ходу показать, кто здесь главный. — Что эта малявка здесь делает? — грозно поинтересовался он у собственного эскорта и обвел мальчишек глазами. — Кто притащил сюда младшую сестру?

Ответа на вопрос не последовало: ребята испуганно переглядывались между собой, но никто не знал, что сказать. Тила упер руки в бока и раздраженно нахмурился. Его не столько возмутило присутствие на их тренировочной площадке миниатюрной девчонки с луком, сколько это затравленное молчание его товарищей. Что он, зверь какой, чтобы поднимать руку на девчонку? Ну, припугнул бы чуток ее и ее нерадивого братца, да и разошлись бы с миром. Но теперь, глядя на отводящих глаза ребят, Тила начинал злиться. — Я спрашиваю, — резко повторил он, — чья это…

— Меня спроси! — звонким голосом оборвала его Ариана и смело посмотрела на здоровенного Тилу. — Я отвечу!

Тот даже вздрогнул от неожиданности. Эта козявка еще и говорить смеет!

Он подбоченился и криво усмехнулся.

— Ну, давай, ответь, чья ты такая и кто тебе позволил околачиваться на нашей территории?

— На вашей территории? Тю-у-у, — Ариана перекинула лук в другую руку и привычным движением оперлась на него. — Еще что придумаете? Поделите лес на кусочки и на каждом табличку поставите, кому туда не входить?

Тила вытаращился так, словно она по меньшей мере превратилась на его глазах в дракона. Ариана осеклась: уж не перестаралась ли? Тила, конечно, никогда в жизни не обижал девочек, но ведь и девочки наверняка ни разу не говорили с ним подобным образом.

— Извини. Я нездешняя. В гости приехала. Правил ваших не знаю, — покаялась она прежде, чем Тила сообразил, что ответить на предыдущее заявление. — Не хотела грубить. Просто тренировалась.

Тила сам не понял, почему вместо того, чтобы спустить на маленькую нахалку всех собак, он вдруг решил принять протянутую ему руку примирения.