Ледяные страсти - Страница 49

– Это все пока домыслы, – буркнул Денис.

– Версии, – поправил шефа Щербак.

– Ну ладно, версии. Панова нужно раскручивать.

– Прижимать его нужно, – сказал Макс.

– Прижимать, раскручивать – все едино, – откликнулся Денис. – Но на чем его прижать? Если бы он хотел рассказать о деньгах, он бы уже рассказал, а не строил из себя невинного младенца и не божился Демидычу, что ни сном ни духом. Предложения есть?

Предложений не было. Но подал голос Никита:

– А мы еще про Джафарова забыли...

– Джафарова? – переспросил Щербак.

– Да, действительно, – сказал Макс. – Тут Никита просил выяснить, кто такой Джафаров, который, по словам секретарши Фадеичева, стоит за Рудиной. Так вот Джафаров – это еще один вор в законе по кличке Ястреб.

– Час от часу не легче, – фыркнул Демидыч.

– Но пока я мало что о нем знаю. И возможно, он к нашей истории отношения не имеет, – успокоил Макс.

– И вы думаете, я стану с вами разговаривать? – Георгий Сванидзе надменно ухмыльнулся.

Денис выловил его вечером после тренировки на выходе с катка. У Сванидзе теперь была новая партнерша – Марина Шишкина, тренировки продолжались, но, если верить прессе, шансы прилично выступить на чемпионате мира у этой пары были нулевые. Дай бог попасть в десятку сильнейших. Сванидзе, похоже, мнение прессы разделял полностью. Во всяком случае, вид у фигуриста был как у безнадежно больного или окончательно разуверившегося в себе человека. На лице ничего, кроме бесконечной апатии.

Правда, когда Денис представился и попросил уделить ему несколько минут, Георгий встрепенулся, гневно сверкнул темно-карими кавказскими глазами и даже выругался, но это была всего лишь короткая вспышка. Через секунду ему уже снова было наплевать на все, в том числе на себя.

– Пойдемте выпьем где-нибудь кофе, – предложил Денис.

– Не хочу я кофе, – отмахнулся фигурист, – выкладывайте, зачем пришли.

Денис улыбнулся:

– Ну не кофе – сока или пива, вы пьете пиво?

– Ага! И водку, и коньяк, и абсент, и еще я нюхаю кокаин и заедаю его галлюциногенными грибами, – огрызнулся Сванидзе. – А скоро куплю пистолет и застрелюсь!

– Но не на улице же нам разговаривать? Холодно.

– Значит, замерзну и умру от крупозного воспаления легких.

Он капризничал как избалованный ребенок, но Денису все-таки удалось его уговорить зайти в «Макдоналдс». Благо ресторанчик был в двух шагах.

– Я хотел поговорить о том, как вы однажды вечером, спровоцировав дорожно-транспортное происшествие, чуть не угробили Алексея Панова. – Денис пошел на разговор со Сванидзе скорее по инерции. Чем дальше, тем меньше хотелось ему защищать Панова, зато крепло желание вывести фигуриста на чистую воду. И чем черт не шутит, решил он, а вдруг Сванидзе расскажет что-то такое, чего они до сих пор не знали.

– Я?! – расхохотался Сванидзе. – Если бы захотел, я бы угробил!

– Но вы ведь ездили по доверенности на красной «десятке», зарегистрированной на имя Регины Чирковой? – О том, что такая доверенность существовала, Макс узнал совершенно точно.

– Ну ездил.

– А Панова подрезала именно красная «десятка». И номера свидетели видели – та самая красная «десятка» Регины Чирковой. И Панов только чудом остался жив...

– Да идите вы! Бегите в ментовку, сдавайте меня! Нате, ешьте, мне теперь все по фигу!

– Остыньте, – попросил Денис. – Выпейте водички. И если вам действительно все равно, тогда, может, расскажете, как еще пробовали наказать вероломного Панова?

– Никак не пробовал.

– Что, совсем никак?

– А что вы на меня еще повесить собираетесь? Морду ему кто-то разукрасил, ребра пересчитал?

– Не только морду и ребра. Квартиру его подожгли, по телефону звонят с угрозами...

– Вешайте что хотите, – отмахнулся Сванидзе, – только больше я ничего не делал. Я Светку уговаривал, думал, она обиделась просто, завелась, а теперь остановиться не может. Господи, хоть бы его убил кто-нибудь!

Подобные возгласы и плаксивый тон, коим они произносились, явно не красили джигита и настоящего мужчину. Но Денис, разумеется, свое мнение оставил при себе.

– Как думаете, кроме вас, кому-нибудь могло прийти в голову переубеждать Панова с помощью кулаков, аварий, поджогов и прочими силовыми методами?

– А как его еще надо было переубеждать? Слов он не слушает!

– И вам известны такие факты?

– Да что вы в этом дерьме копаетесь? Он уже все испортил. Теперь, если ему даже ноги переломать или голову открутить, все равно Света ко мне не вернется...

– Ну а пока была надежда, что Панов одумается?

– Да все его прессовали наверняка. Вы хоть представляете, чего эта их любовь будет стоить?

– Нет, не представляю, расскажите.

– Ну для Весталовой и Карпова – это просто супероблом. Они впервые в жизни такой товар перспективный в руки заполучили, практически чемпионат мира в кармане – и нате вам! Конечно, они Лешке гадости какие-нибудь устраивали. Может, мордоворотов и не посылали бить его, но про Светку сплетни всякие сочиняли, и вообще. Наши Сергеевна с Анисимовной тоже, между прочим, рассчитывали, что мы со Светкой за золото поборемся. И им Панов поперек горла... Да мало ли. Короче, не хочу я больше об этом, застрелиться хочу. Пистолетик продайте, а? Вы же сыщик, у вас есть?

В кармане у Сванидзе заверещал мобильный телефон. Он нехотя достал трубку, поднес к уху и скорчил удивленную мину:

– Это вас, сыщик.

Денис взял у него мобилу. Первым делом взглянул на табло, там мигала надпись «номер не определен».

– Грязнов? – незнакомым, приятным баритоном заговорила трубка. – Твой Сева у нас. Отдай четыреста тысяч, и ему ничего не будет.

Денис не успел даже рта раскрыть, а из динамика уже посыпались короткие гудки.

– Георгий, вам голос знаком?

– Который звонил? Не знаком. А чего это он вообще на мой телефон вам звонит? – возмутился Сванидзе.

– Я сам бы хотел это знать.

Денис записал номер мобильного Сванидзе, запомнил время, в которое был звонок, и помчался в офис. Макс обязательно должен пробить, откуда звонили. Не может быть, чтобы это было невозможно.

Но не успел Денис войти в контору, как его мобильный ожил в кармане. Он опрометью бросился в кабинет, нашарил в ящике стола присоску, стремительно подключил диктофон и на пятом звонке, глубоко вдохнув, чтобы скрыть волнение, ответил.

Звонили не похитители. Звонила Инга.

– Денис, почему вы так долго не отвечали? Мне только что звонил Алексей, – затараторила она взволнованно. – У него что-то случилось, он сам не свой. Просил меня обязательно приехать на каток. Даже не просил, требовал. Кричал, что это вопрос жизни и смерти. Денис, вы меня слышите?

– Слышу.

– Денис, что случилось? Вы же все время рядом с ним, что произошло?

– Насколько мне известно – ничего. Во сколько он просил приехать?

– После одиннадцати. Точнее не сказал. Я, конечно, поеду, но боюсь. Я даже не знаю, что и думать.

– Хорошо, я тоже подъеду к одиннадцати.

– Вы? Но он же тогда узнает...

– Не факт. Я что-нибудь придумаю.