Ледяные страсти - Страница 26
– Ты мог бы сразу мне сказать, – сквозь зубы выдавила Регина.
– Ты не спрашивала, – пожал плечами дядя Джафар. – Пойми, Регина, каждый сам зарабатывает себе на жизнь... как умеет... Я умею так...
– А о нас ты подумал? Что будет с моей карьерой, как же Света?
– При чем тут карьера и Света? Посмотри, на улице девяносто первый год. Все изменилось. Этого не надо бояться. А Света даже похвастается подружкам, что отец кооператив открыл. Она девочка умная, быстро поймет, что к чему. Еще годик-другой тут поживем, а потом – уедем. Франция, Германия, Америка – куда захочешь. Думаешь, что я вас смогу бросить? Нет такого... и не будет... Я вас теперь никуда не отпущу, а будет надо, и силой верну.
Тут Джафар обернулся и, увидев Свету, вытаращившуюся на него во все глаза, сказал:
– Такие вот дела, цыпленок... Люблю я вас с мамой очень... А она все никак понять этого не может. Ты-то мне веришь?
– Да, – сказала девочка. – Мама, не сердись, папа что-нибудь придумает...
– Папа? – переспросила Регина. – Иди, детка, в свою комнату. Нам нужно поговорить.
Но Света только сделала вид, что ушла, сама притаилась тихонечко и подслушала почти весь разговор. Дядя Джафар говорил о каких-то теневых лимонах и арбузах, о какой-то легализации, амнистии, реабилитации и снятии каких-то судимостей. В общем, Света почти ничего не поняла, особенно о теневых фруктах. Но это было неважно, главное, что взрослые наконец помирились. Мама сказала Джафару, что он, может, и прав, а он ей, что любит ее сильно-сильно.
Пришла еще одна зима, но Регина оставалась непреклонной.
– Никаких танцев не будет! Лед – это бег, стремление, – горячась, объясняла она шестилетней уже дочери. – Нет, нет и нет! Чтобы «танцевать на коньках», нужно не только умение, а также новые наряды, прически... А ты целыми днями в одних и тех же джинсах бегаешь, на мальчишку похожа... Нет, дочка! Партнера под твой рост найти будет сложно, и вообще... хватит спорить.
Дядя Джафар смотрел с улыбкой. «Хочешь танцевать, значит, будешь» – и долго разговаривал с Региной.
– Нет, – говорила она.
– Посмотрим, – улыбался Джафар.
– Ну пожа-алуйста, – подпрыгивала от нетерпения Света.
Наконец счастливый день настал. Джафар принял решение. Света, Регина и он пошли записывать девочку в секцию фигурного катания.
– Кататься будешь одна, – заявила мать. – Попробуй... Не понравится тебе. Зачем зря партнера обнадеживать...
Но девочка как завороженная прижимала к груди белые конечки, без напоминаний ездила через пол-Москвы на тренировки и даже просила увеличить ей нагрузки. Часто сама прыгала она в своей комнате перед зеркалом под Игоря Корнелюка, стараясь повторить на полу то, что не получалось на льду. Сначала Свету просто хвалили за невероятное упорство и феноменальную трудоспособность, потом тренеры все чаще стали поговаривать, что у нее есть талант, и в конце концов выставили девочку на городские соревнования для новичков.
Дядя Джафар радовался, заказывал дочери самые красивые наряды, баловал ее и называл «маленькой ледяной феей», Света летала на крыльях, даже Регина, противница фигурного катания, начала угадывать в своей дочери будущую великую фигуристку.
...Однажды на тренировке к Светлане подошла красивая, высокая женщина.
– Здравствуй, дружок, как тебя зовут? – спросила она.
– Света! – Девочка смело посмотрела на собеседницу. – А тебя?
– А меня – Анна Сергеевна. Только взрослым надо говорить «вы», – сказала женщина, пряча улыбку. – Послушай, милая, где твоя мама?
– Мама уехала со своими конькобежками в Швецию. А дядя Джафар пошел покупать мне собаку. Большую, оранжевую. Пока мама вернется, а у нас собака уже будет. А еще я хожу в школу в первый класс, – выпалила Света
– Очень хорошо. А что ты любишь больше, чем на коньках кататься?
– Ничего. Может, собаку буду больше любить... Сначала, когда я училась бегать по льду быстро-быстро, мне не нравилось, а теперь нравится...
– Это замечательно, – улыбнулась Анна Сергеевна.
После тренировки Света увидела, что Анна Сергеевна говорит о чем-то с Джафаром. Подбежав к ним, она вопросительно посмотрела на дядю Джафара.
– Света, это твой новый тренер – Анна Сергеевна Трусова. Теперь она будет учить тебя... И ты будешь кататься не одна...
– А как же Ира? И с кем я буду дружить? А с кем танцевать? С девочкой?
– Нет, милая. Танцевать ты будешь с мальчиком – его зовут Георгий... Жора, – сказала Анна Сергеевна.
– А Ира? Ей мы подарим букет цветов и скажем огромное «спасибо» за то, что она научила тебя кататься так хорошо, что известный тренер обратил внимание и пригласил заниматься с ним... – подвел итог дядя Джафар.
– Не с ним – с ними... – поправила его Анна Сергеевна, – с тобой, Света, будет заниматься еще замечательный хореограф Ольга Анисимовна Красовская.
– А собака?.. – Света все заглядывала Джафару за спину, но собаки там не было.
– А собака ждет в гардеробе. Собак на лед не пускают.
– Ей же там скучно!
– И вовсе не скучно. Ее развлекает Георгий, твой будущий напарник.
– Так побежали все вместе знакомиться!
Так Света познакомилась с Жорой. При знакомстве юный джигит поразил девочку тем, что, взяв протянутую для пожатия руку, поцеловал маленькие пальчики...
– Ты что, совсем? – обалдело посмотрела на него будущая напарница.
– Мне очень приятно познакомиться с вами. Вы очень хорошо катаетесь. Мне нравится, – ответил Жора и густо покраснел...
В ответ Света смущенно выдавила из себя «спасибо» и совершенно не к месту спросила: «А ты в салки на коньках умеешь...» В общем, контакт был установлен, дружба налажена, и дети с удовольствием проводили время между тренировками в играх, общении, спорах друг с другом.
Как-то так незаметно получилось, что Жорик начал провожать Свету с тренировок домой, благо жили они рядом, на соседних станциях метро. Она – на «Чеховской», он – на «Боровицкой». Джафар часто приглашал Георгия за стол, они все вместе пили чай, ели торты и конфеты...
– Вот вырастет Жорка, будет у тебя жених – верный, надежный, на руках тебя носить будет, – подмигивал он Свете.
Семилетняя красавица хмурила хорошенький маленький носик: «Не хочу за Жорку замуж, не пойду... Я с ним на коньках кататься буду... и в салочки играть.
– Ну посмотрим, катайся пока и ни о чем не думай, – улыбался Джафар, – я обо всем позабочусь.
Регина хмурилась: «Рано ей еще об этом думать. Пусть растет, учится...»
Но Джафар только улыбался: «Света – девушка ранняя. Уже красавица. От мальчишек отбоя нет».
Юная фигуристка краснела, вспоминая давние морские похождения, дулась на дядю Джафара, но обиды не запоминались, и Жора по-прежнему был в доме желанным гостем.
Однажды Света заболела, покраснело горло, засопливился нос. К вечеру поднялась высокая температура. Девочка несколько дней пролежала в бреду. Регина не отходила от ее постели, Джафар носился по аптекам, приносил разные соки и прочие витамины. Жора постоянно звонил по телефону и, получив отказ в визите, чтобы не заразиться, написал огромное письмо. Там было все – и «женюсь», и признание в любви, и прочие вещи, так не свойственные семилетнему мальчишке.
Находясь в гриппозном состоянии, Света погрузилась в мир иллюзий: кошмары накладывались один на другой. Вот дядя Джафар превращается в медведя, вот Жора хватает ее за руку и насильно заставляет делать то, что она с радостью делала с Валей и Женей, вот Регина кричит страшным голосом, а потом над домом пролетают красные вороны... А вот конь... Прекрасный белый конь с золотоволосым мальчиком на спине. Таким красивым, каких Света еще не видела. Мальчик улыбался ей во весь рот: «Давай кататься на коньках... Танцевать... Вместе...» – произнес он, но конь, взмахнув золотой гривой, резко дернулся в сторону и поскакал быстро-быстро...