Леди Сирин Энского уезда - Страница 14

– Это материал защитил тебя от ножа?

Я на миллиметр отодвинулась. Тема «гидракостюма», кажется, немного ее отвлекла.

– Конечно, иначе у нас не было бы никаких преимуществ перед хуманами.

Руби рванула мою блузку, резким движением отбросила ее.

– Ты такая мягонькая и пухленькая. Мурр… Обожаю!

– А ты такая мужественная, – мурчала я в ответ, лихорадочно придумывая новую тему для разговора. – И такая важная персона. Амулет у тебя – закачаешься!

И тут я вспомнила, что в ящике телефонной тумбочки у меня лежит баллончик с перцовым газом. И если я успею…

– О да! – гордо сказала Руби. – Только невинная дева может управлять Скольжением Душ. Янтарная Леди из сотен претенденток выбрала меня.

– Значит, ради этого артефакта ты отказалась от мужчин?

– Кому нужны мужчины, когда есть такие лапушки, как ты…

Меня спас звонок телефона. Я выскользнула из-под фейки и зашарила по карманам. Мобильник лег в руку билетом к спасению.

– Извини, назойливый поклонник, – улыбнулась я и рявкнула в трубку: – Ты не вовремя! Я же просила больше ко мне не приставать!

– Ты не перезвонила, – осторожно проговорил Ларс. – Торговый центр в восемь?

– У меня другие планы, никак с тобой не связанные.

– Ты не одна? – Мой абонент, кажется, начал что-то понимать.

– Не твое дело, с кем и чем я занимаюсь! Ты за все время знакомства не смог мне доставить и половины тех ощущений, которые я получаю сейчас.

Руби, развалившись на диване, удовлетворенно улыбалась.

– Другие мужчины? – протянул блондин насмешливо. – Неужели тебе было мало меня, дорогая?

– Кому нужны мужчины, – выпалила я, уже отчаявшись что-то до него донести.

– Не плачь, я все понял, – наконец смилостивился поганый шовинист. – Слушай. Они в любом случае потащат тебя к переходу. Не сопротивляйся. Там я вас встречу.

– Как поживает моя по… кошка? – запнувшись, спросила я.

– Кошка Жанина Геннадиевна в полном порядке, – отрапортовал Ларс. – Ее очаровательный новый друг Алишер сейчас как раз прощается с ней у ее подъезда. А как моя живность?

– Нормально.

– Сбереги его, он очень полезен.

– Да, хорошо.

Руби, нервно почесываясь, прислушивалась к разговору. Я поняла, что надо заканчивать.

– Иду, дорогая, – медовым голоском пропела я. – Еще минуточку…

Из трубки донесся хохот.

– Так я тебя от секса оторвал? Приятных впечатлений! Поговаривают, что Руби знает толк в удовольствиях.

– Козел!

– И я тебя обожаю.

Я собиралась нажать на отбой, но блондин еще что-то говорил.

– Рябина… Найди что-нибудь из этого дерева – карандаш, брусок – все что угодно.

– Зачем?

– Только этим можно убить фейри.

И он первым отключился. Черт! Как же я его ненавидела в этот момент! «Черт!» – подумала я еще раз, кожей ощутив призывный взгляд феи Руби. Что нам на такой случай советовал инструктор по самообороне? «Если изнасилования не избежать, расслабьтесь и попытайтесь получить удовольствие». Опять же бесценный опыт и все такое.

Я сама удивлялась своему спокойствию. Вместо того чтобы звать на помощь, выбить окно и выпрыгнуть с шестого этажа или просто попытаться позвонить в милицию с мобильника, я тупо отдалась на волю случая. Скорее всего, я не до конца поверила в происходящее. Чувствовать себя персонажем японского рисованного мультика раньше не приходилось. Фейри, чародейство, Господин Зимы… Ну бред, честное слово! Откуда в наших более чем средних широтах эта экзотика? Я скорее поверю в леших с домовыми, чем в подлунные танцы маленького народца. Хотя глобализация, ассимиляция, проникновение культур… Может, в этом все дело? К тому же Бабу-ягу мне еще видеть не приходилось (баба Нюра в гневе не считается), а фея – вон она – сидит на диване, выгнув спину, и требовательно призывает меня к себе. Я широко улыбнулась и выхватила из ящика баллончик. Атака!

Никогда не начинайте распылять газ в помещении. Никогда! У меня перехватило дыхание, слезы потекли просто водопадом. Я закашлялась и схватилась за горло. Фея, серебристо рассмеявшись, приблизилась ко мне. Вокруг ее головы едва заметно мерцала защитная сфера.

– Глупая полукровка! – Она выбила из моей руки опустевший баллончик. – Ты должна лизать подошвы моих сапог за то, что я выбрала тебя. А вместо этого…

Фея ударила меня в живот раскрытой ладонью, я отлетела к стене. Удар, хруст плечевого сустава, и я обессиленно сползаю на пол.

Меня раньше никогда не били. И этот первый раз мне совсем не нравился. Руби сдернула с пояса украшенный драгоценностями жезл. Зажужжав, из него вытекла дорожка темного тумана. Фея взмахнула получившимся хлыстом. Щеку обожгло резким ударом, я схватилась за лицо и закричала, почувствовав под ладонью кровь.

– Я научу тебя покорности, грязная хумановская полукровка, – приговаривала фея, осыпая меня ударами.

Я прикрыла голову руками и съежилась у стены.

– Вы слишком шумите, – прикрикнул с кухни Эмбер. – Заканчивай, Руби, нам пора идти.

– Я еще займусь твоим воспитанием, – пообещала фея, дезактивируя свой чародейский хлыст. – Поднимайся!

Эмбер отставил опустевшую сахарницу.

– Переход готов. Поймайте кто-нибудь Пака, маленький проныра пойдет с нами.

Руби вытянула руку, зеленый упал в подставленную ладонь дохлой мухой.

– Мои крылья…

Фея рассмеялась и подула на него. Пак захлебнулся писком и застыл. Его тельце стало серебристым и блестящим. Я подумала, что еще пару дней назад с удовольствием носила бы на груди такой оригинальный кулон.

– Держи, – будто прочитав мои мысли, скомандовала фея. – Своих хуманов положено одаривать безделушками.

Желтые глаза Эмбера не мигая смотрели, как я снимаю с шеи подвеску со знаком зодиака и продеваю серебряную цепочку между зажатых в беззвучной мольбе рук малыша.

– Мне нужно одеться, – проговорила я в пространство.

– Зачем? – Эмбер явно получал эстетическое удовольствие от черного кружевного лифчика, в котором меня и притащили на кухню. Ах да, еще были джинсы и светлые туфельки. – Руби набросит на нас морок, и ни один хуман не заметит нас.

– Амулет почти истощился, – недовольно возразила фея. – Я давно не подпитывала его свежими душами.

– Возьми старуху, – отмахнулся Эмбер, накидывая мне на шею скользящую петлю удавки, которую он снял с пояса. – Сапфир!

Третий паладин появился будто из воздуха.

– Все спокойно.

– Хорошо, сейчас Руби зарядит артефакт и…

Сапфир пожал плечами и сел на табурет, тот хрустнул и раскололся. Низкий истошный рев разнесся, казалось, на весь микрорайон. Зубчатый обломок деревяшки прошил тело паладина насквозь и вышел из бедра. Фонтаном брызнула кровь – зелено-золотистая и липкая даже на вид. Запахло жасмином.

– Он умирает! – растерянно проговорил Эмбер. – Это рябина…

Руби склонилась над пострадавшим. Спиральная раковина на ее груди пульсировала.

– Твоя смерть послужит делу Дома Лета, – шепнула фея.

Сапфир смотрел на нее с ненавистью, изо рта у него текла кровь. Когда все было кончено, на сером линолеуме моей кухни остались только лохмотья черного комбинезона и лужица золотисто-зеленой жидкости. Нелепая смерть соратника паладинов почему-то совсем не расстроила.

– Ну сколько можно, – нетерпеливо переминался на пороге Эмбер и, как бы играя, затягивал на моей шее удавку. – Пошли, переход не может быть открыт бесконечно.

– Старуху тоже надо осушить, – возразила Руби. Фея стояла на коленях у неподвижной бабы Нюры.

– Глупо оставлять ее в живых. Мы и так наследили.

– Оставь ее в покое, – закричала я. – Не трогай! Твой амулет и без нее полон. – И захрипела, почувствовав, что не могу дышать.

– В присутствии высших фейри не положено говорить, пока тебя не спросят, – почти ласково объяснил Эмбер. – Ты поняла, дева? Если поняла, кивни.

Я качнула головой и резко ударила паладина в солнечное сплетение. С таким же успехом я могла бы пытаться расшибить лбом стену. Фей отвесил мне пощечину, я поскользнулась на липком полу и упала. Удавка дернулась, впиваясь мне в шею. В желтых глазах я увидела свою смерть, но он расслабил руку, впуская в мои легкие воздух.