Курган. Дилогия (СИ) - Страница 90

Бруктеры остановились. Их предводитель бросил на землю дубину и щит, воздел кверху руки, показывая, что они пусты и что зла от него ждать не надо. Неожиданно для альтидцев он что-то загорланил низким, рыкающим, схожим с ревом хищного зверя, голосом.

– Что это он голосит, князь? – тихо спросил Велислав. Он напряженно вслушивался, но не мог разобрать ни слова. – Мне его наречье неведомо.

– Спрашивает, не те ли мы люди, что напали на них ночью и учинили великий разбой над их врагами – викингами.

– На каком языке он говорит?

– По-фризонски, но какой-то он не такой. Смутный… Я сам с трудом разбираю. Сейчас попробую ответить.

Князь набрал в грудь побольше воздуха, и стал что-то громко кричать.

Казалось, бруктер напряженно вслушивается. Затем он сделал несколько шагов вперед, все так же показывая пустые руки. Еще два дикаря тоже сложили оружие и стали рядом с предводителем.

– Ну, Прозор, придется тебе за главного быть, – усмехнулся князь Молнезар. – Они хотят поговорить мирно. Надо этим воспользоваться.

– Я с ним пойду, князь. – Велислав положил на землю лук, снял с пояса длинный охотничий нож. – Мало ли что… Знаешь, князь, я немного разумею язык вестфолдингов. Когда первый раз в разведку ходили, я слышал – викинги с бруктерами по-своему говорили.

Князь Молнезар отцепил от пояса меч. Положил на землю щит. Кивнул сотскому – мол, ты за главного, смотри в оба.

– Все пойдем. Их трое, и нас трое.

Альтидцы и дикари медленно пошли навстречу друг другу. Встретились на полпути. Предводитель бруктеров снял с плеч косматую шкуру и размашисто бросил ее на земли. Затем плотно на нее уселся, указав своим товарищам, чтобы садились тоже. Что ж, в ногах правды нет. О важном говорить – надобно хорошо расположиться.

Князь Молнезар неторопливо расстегнул бляху своего красного плаща и так же размашисто бросил его оземь. Усевшись, показал на место возле себя. Велислав и Прозор не заставили себя ждать. Все проделали так же, как и бруктеры. Даже чуть ли не все движения повторили. Видимо бруктерам это понравилось. Их предводитель, оглядев Прозора, прищелкнул языком и улыбнулся. Молодой богатырь улыбнулся в ответ. Кажется, разговор получится.

Первым заговорил князь Молнезар.

– Ты спрашивал – кто мы? Да, мы те люди, которые обстреляли вас ночью. Наша земля лежит за этими лесами. – Молнезар повел рукой, показывая на лес за спиной. – Мы ее защитники. Мы не били в вас. Мы стреляли в вестфолдингов. Ты понимаешь меня, воин?

И тут же он повторил это по-фризонски.

Бруктер захохотал.

– Конечно понимаю! Ты говоришь так же, как те бородатые люди, что нас сюда вели. Мы понимаем, что они говоря. Мы можем говорить как они, и как наши соседи – фризоны. Мы с ними иногда меняемся вещами.

Велислав безмолвно, одними глазами спросил у князя дозволения. «Мол, князь, не гневайся. Дозволь и мне слово молвить». Молнезар медленно прикрыл глаза – говори.

– Ты говоришь они вас вели? Как они вас вели? Вы им подчинялись? Вы шли по своей воле?

Темноликий бруктер насупил брови, в его глазах заплескалось пламя.

– Нет, не по своей! Бородатые! Они пришли на наши земли давно. Выплыли из ночного тумана на реке. Много, очень много солнц назад. Два раза по две руки. – Бруктер дважды показал растопыренные пальцы на обеих руках. – Их привел краснолицый воин с красными жесткими волосами. Они пришли на красивых золотых лодках. Бородатые сказали, что их земли больше нет и им негде жить. Они попросили у нас убежища. Мы приняли их. Бородатые построили себе дома. Учили нас, как надо делать лучше, как плавить бронзу и как быстро разводить огонь. Мы долго жили в мире. Мы не мешали и помогали друг друга. Наши земли велики и обширны. Но они не такие как ваши. У вас холодно. Бородатым у нас трудно было выжить. Они называли себя сыновьями Одина. Это их бог. Он любит войну. Бородатые хотели, чтобы мы пошли воевать для их бога. Мы не пошли. У нас свои боги. Наши боги не любят войну. Так мы жили несколько лет. Потом красноволосый куда-то ушел на своей золотой лодке и долго не возвращался. Когда он вернулся, то перестал быть предводителем бородатых. Их вождем стал его сын. Его звали Халли. Он всегда носил с собой большой топор. Потом красноволосый снова исчез и больше не вернулся. Бородатые уплывали на своих золотых лодках вниз по реке. Они проходили сквозь туман и возвращаясь привозили с собой женщин. У них была разная кожа. И черная, и белая как у вас. Эти женщины рожали бородатым детей. Потом был большой праздник. На него собрались великие вожди со всей нашей земли и много других сильных людей. Бородатые угостили нас пьянящим напитком. После того как мы выпили его, мы стали им подчиняться.

– Почем вы стали подчиняться? Как? – спросил Велислав.

– Мы будто уснули. Нам снилось, что мы идем войной в другие – холодные страны. Мы сжигаем города и убиваем людей. Убивать нам велят бородатые. Они нас этому быстро научили. Красноволосый предводитель, который давно сгинул, и его сын Халли забрали наши души. А сегодня мы внезапно проснулись. Но не все. Те, кто остался спать – умер. Мы сами их убили. Когда я проснулся, то напал на Халли. Но он смог убежать. Хотя и с отметиной от моей дубины. Я снес ему ухо. Мы убили многих бородатых, но некоторые все же убежали. Они умеют воевать. Теперь мы хотим вернуться к себе. На вашей земле холодно. Даже сквозь сон мы ощущали холод. Солнце у нас светит совсем не так как здесь. Наше солнце теплое…

– Возвращайтесь, – сказал Велислав. – Вам тут делать нечего – это не ваш мир…

– Ваша земля там, – показал князь Молнезар в сторону заходящего солнца. – Идите туда.

– Мы уйдем, – легко согласился бруктер. – Мы уйдем утром. Если вы будете в нашей земле, то разыщите меня. Меня зовут Ценур. Я великий охотник в наших землях. Еще вы их называете Земли Мрака. Но у нас лучше, чем тут…

Утром бруктеры получили все зерно, что удалось собрать за ночь с ближайших деревень и кой-какие другие съестные припасы. К полудню дикари ушли в сторону закатных земель…

После победы князь Молнезар зазвал дорогих гостей в Виннету на пир. На нем были и старейшины родов, и князья и воеводы. Словом все те, кто в трудный час поспешил на помощь вендским лесам, а стало быть и Альтиде. Столы ломились от яств, хмельные напитки текли рекой.

– Ну Велислав! Ну хитрец! – в разгар пира воскликнул старейшина рода Лисиц. – Жаль, что ты не нашего рода. Ты – как мудрый старой лисовин! Все наперед знаешь! Старой, – повторил старейшина смакуя это слово. – А пусть теперь тебя зовут Старой! Велислав Старой! Старой – покрытый великой славой. А? Как, люди! И будь ты отныне в нашем роду таким же желанным, как и в своем. Будь ты и рода Рыси, и рода Лисиц!

– А Прозор? – улыбнулся Словута Хват. – Что ж вы его забыли! И тебя богатырь мы тоже в свой род примем. Будешь и ты наш: и рода Снежной рыси, и рода Лося. А вот с прозваньем знаменитым погоди пока. Еще успеешь себя славой покрыть. Прозванье – оно на всю жизнь дается!

– Дайте и мне сказать, почтенные! – торжественно сказал князь Молнезар. – Все вы знаете, что это за воины. Радостные, в ратном труде ярые – как светлый солнечный бог Ярила! Он новую жизнь земле дает, вот и они так же дали жизнь Альтиде! Измыслил я небывалый чин сделать. И назначить этим чином этих двух молодцев. В бою они ярые, а стало быть – бой яры! Много в Альтиде воевод, тысяцких. Но таких как эти охотники нет. Поклонитесь людству, бояры!

С той поры так и пошло – боярин Велислав Старой. Тогда это имя и чин он получил навсегда. Но они с Прозором так и не привыкли, что их кличут боярами. Молодые охотники стеснялись, краснели. Их место в лесу, а не в княжеских палатах.

А вендские леса, закатную часть Альтиды, те народы, по которым прошла война, стали называть леса Рыси. А так как не все иноземцы могли правильно выговорить это слово, то в устах их оно стало звучать как Рось, или Русь. Земля рыси. Земля Русь…

Велислав же, держа данное виннетскому князю слова, стал наставником его сына – маленького княжича Добромила. Наставником не в воинском деле – нет! – тут и без него хватало опытных воителей.