Курган. Дилогия (СИ) - Страница 89

– Давайте, ребята! – негромко произнес он. Но охотники и без его слов уже били в сторону костров: сначала в бочки, потом в викингов. В лагере нарастало смятение. Вестфолдинги не понимали, что этим утром случилось с их послушными рабами. Но разбираться некогда. Со стороны пасущегося невдалеке конского табуна раздался тягучий хриплый рев страшных беров. Это венды-охотники, изображая гнев лесных хозяев, погнали лошадей на лагерь, внося смятения еще больше.

Вроде все сделано как задумано. Велислав пустил в небо еще одну горящую стрелу – сигнал отхода.

– Все! Уходим! За мной ребята!

Подхватив легкие копья-сулицы, охотники припустили к лесу. Велислав на мгновенье оглянулся и увидел, что остальные тройки не мешкают и стремительно несутся прочь от лагеря. Вторую горящую стрелу увидели все.

А тем временем в лагерь бруктеров врубилась дружина виннетского князя. Они отвлекала внимание викингов. Но этого не требовалось. Вестфолдингам не до нападавших альтидцев. Уцелеть бы самим! Ошалевшие викинги отбивались от бруктеров, но… На одного вестфолдинга сразу набрасывалась дюжина – а то и больше – дикарей. А на месте изрубленных появлялись новые и новые! То, как использовали бруктеров викинги, обернулось обратной стороной: дикари одолевали своих поработителей числом. Уцелевшие вестфолдинги не могли изменить ход битвы, но сделали ее еще более ожесточенной. Гудел рог, звенели мечи. Викингам все-таки удалось сплотиться в единый отряд-вепрь, и сейчас ожесточенно отбиваясь, они медленно двигались на закат.

Ощетинившаяся копьями дружина виннетского князя тоже отходила к лесу. Но на нее никто не нападал.

Велислав не стал смотреть, чем кончится дело. И так все ясно.

Казалось, весь этот необычный налет занял немного времени, но к его концу уже почти рассвело и из-за леса, на крае голубеющих небес, алела заря нового дня.

Подходя к лесу, Велислав увидел, что в поле выходят альтидские войска. «Наверно для боя строятся, – мелькнула мысль, – но ведь это не нужно – мы победили». Остановившись, Велислав стал поджидать вендских охотников. Они подходили к лесу издалека, с разных сторон: ведь после налета все бросились врассыпную, кто куда – лишь бы подальше от лагеря. Велислав тревожно вглядывался в каждое лицо. Потом просветлел: все живы. Когда охотники собрались, Велислав улыбнулся и весело спросил: – Ну, как? Удачно поохотились? Все целы?

Впрочем, последний вопрос был ни к чему. И так ясно, что, отстрелявшись, все успели уйти целыми и даже невредимыми.

– Целы, целы! Стрелять несложно, главное ноги унести! – отозвался задорный голос.

– Ну и ладно. Отдыхаем, друзья. Мы свое дело сделали. Нападать на Альтиду некому.

Велислав вгляделся вдаль.

К лесу подходила виннетская дружина. А вот в ней были раненые и даже, кажется, убитые. Кого-то несли на составленных копьях. Дружинники бились в самом лагере. Немудрено: ни в одном бою без жертв не обходится. Но ярко-красный плащ князя Молнезара Велислав увидел издалека.

Вчера вечером Велислав убеждал князя, что не стоит выделяться. Ведь его дружина пойдет не в большую сечу, а в легкий налет – для того, чтобы отвлечь внимание. Поэтому уместный в большом бою яркий приметный плащ был совсем ни к чему. «Эх, князь! – подумал Велислав.– Упрям! Не переубедишь. Впрочем, в темноте красный цвет не так заметен, как при солнце…»

Князь заметил Велислава. Отдав приказ шедшему рядом сотскому, он повернул к вендским охотникам. Дружина князя Молнезара пошла дальше, а виннетский князь и молодой венд поспешили друг другу навстречу.

– Ну что, Велислав! Победа?!

– Победа, князь! Ты только взгляни, как они там друг друга молотят! Я думаю, скоро от викингов и следа не останется!

Князь, щурясь, смотрел вдаль, на пыльное облако. Оттуда долетал шум сражения.

– Ничего не вижу! Ну и зрение у тебя, охотник!

– Так ведь и я не вижу, князь! Просто знаю!

Они рассмеялись. Князь похлопал Велислава по плечу.

– Отдохнуть бы, в баньку сходить, да дело до конца не доведено. Подождем.

– Подождем, князь, – весело согласился Велислав

– Пошли к воеводам, им тоже надо знать, как дело было…

К полудню пыльное облако осело. Незадолго до этого наблюдатели увидели, что из него вырвалось несколько десятков всадников и нещадно гоня лошадей поскакали на закатную сторону. Погони за ними не было. А над стойбищем бруктеров кружили черные тени. Стервятники знают: битва – это добыча, пир. Надо только дождаться.

– Викинги! – восторженно крикнул кто-то из воевод. – Ноги уносят! Ну-у дела! И биться не стали, чтобы в Валгаллу с кровавым мечом придти! Непохоже на них.

– Наверно такие викинги, – вполголоса сказал князь Молнезар. – Они с самого начала честь не блюли. Чужими руками бились…

– Князья! Воеводы! Ну что, добьем врага, пока он слаб? – предложил полоцкий князь. – Чтобы после этого разгрома даже смотреть в альтидскую сторону боялись!

– А стоит ли, князь? – слегка удивился Велислав. – Викингов нет, опаивать бруктеров некому. И вести их дальше некому. Да и не пойдут они дальше. Вы же знаете – не по своей воле шли. Хорошо бы с ними перетолковать. Может, их едой, какой ни на есть снабдить? Разъяснить – где они, путь домой указать? Добро худо переможет. Не устоять худу против добра…

– Угу, верно говоришь, – согласился полоцкий князь. – Только хорошо добро тому делать, кто его помнит. А вот вспомнят ли потом дикари, что мы к ним с добром отнеслись?

– Позже узнаем, что они дальше делать хотят. Пусть остынут. Им под викингом несладко приходилось. Как живы-то до сих пор, как от бескормицы еще ноги таскают?

– Вечером к ним пойдем, – невозмутимо сказал князь Молнезар. – Велислав прав. Сначала добром. Ну а если… – что «если», он не договорил. – Одна рука его сдавила черен меча, а вторая сжалась так, что хрустнули пальцы.

К вечеру Велислав и Прозор и князь Молнезар поскакали к лагерю бруктеров. За ними ехала сотня доверенных княжеских дружинников. Князь Молнезар решил окончательно закрепить победу. Хотя воевать вроде никто не собирался. Бруктеры, после того как перебили викингов, так и не сделали ни одной попытки куда-либо двинуться: ни на восход, ни на закат.

Копыта коней мягко ступали по высокой траве. За день земля пропеклась. Бездонное, безоблачное небо истекало зноем. Но люди как будто не чувствовали жары. Порой казалось: все, что произошло сегодня ранним утром – всего лишь сон. Чудесный радостный, но сон. «Хорошо, что все кончилось, – стряхнул наважденье Велислав. – Эвон, какое пекло! А ведь они сегодня бы двинулись! Точно! Лес запалили бы… Эх!»

Не проехав и половины пути, дружинники пустили лошадей неспешным шагом. Пусть дикари видят, что воины едут к ним не спеша, с добрыми намерениями. Когда до лагеря оставалось не больше версты, альтидцы остановились.

– Может спешимся, князь? – предложил Велислав

Молнезар повернулся к своей дружине. Поднял руку.

– На землю, воины! Пусть видят, что мы с миром!

Спешившись, дальше не пошли. Стояли настороже. Малейшая опасность, и воины взлетят на своих скакунов. Но все обошлось. От лагеря в сторону альтидцев также неспешно направилось несколько десятков дикарей. Прозор, морща лоб, пересчитывал. Потом обернул изумленное лицо к Велиславу.

– Их сотня, и еще три бруктера! Как и нас! Точно, войны не хотят!

Впереди бруктеров шел высокий, чуть ли не на две головы выше остальных, дикарь. Узловатые пальцы его левой руки сжимали увенчанную шипами дубинку, а правая держала круглый узорчатый щит. Он вряд ли полностью прикрыл бы грудь дикаря. Она была настолько широка, что щит в его руке казался каким-то несерьезным, чуть детским. Прозор даже завистливо крякнул. Он считал себя настоящим богатырем. И по праву, – вендских лесах он еще не встречал равных ему и по мощи, и по стати. «Пожалуй, я бы его одолел, – утешился молодой венд. – Но бороться нам точно не дадут, не то время, чтобы поединки устраивать…» На плечах бруктера висела мохнатая шкура неведомого вендским охотникам зверя. Остальные дикари подстать предводителю: тоже обмотаны шкурами и так же вооружены – дубинками и щитами. Только что ростом поменьше, и не такие здоровые.