Крылья - Страница 2

– Не переживай, детка, – сказал Пэт, когда Уна печально отвернулась от него. – У нас родилась здоровая малышка. В один прекрасный день она станет для тебя настоящим утешением.

– А как насчет тебя? – спросила она с несчастным видом. – Ты же не можешь всю жизнь в одиночестве заниматься аэропортом.

– Придется тебе и дальше помогать мне с заправкой самолетов, – пошутил он и вышел из комнаты, чтобы освежиться глотком виски. В конце концов, он его заслужил.

В течение следующих шести недель Пэт был так занят, что у него просто не оставалось времени на семью, как не оставалось его и на то, чтобы оплакивать сына, который прихотью судьбы оказался здоровой, хорошенькой дочерью. Когда же он наконец обратил на нее внимание, та практически удвоилась в размерах, а Уна вновь обрела девичью фигурку.

Малышка тем временем росла настоящим рыжеволосым дьяволенком. Если мать и сестры не бросались к ней по первому капризу, ее вопль могли слышать в отдаленных уголках штата.

– Такой горластой у нас еще не было, – заметил как-то Пэт после бессонной ночи. – Легкие у нее дай бог!

– День выдался жаркий, и у малышки поднялась температура. – Его жена без труда находила объяснение, почему детишки были не в настроении.

Через неделю, в один из таких же удушливых июньских дней, Пэту пришлось встать на рассвете, чтобы совершить небольшой рейс в Чикаго. Когда он вернулся домой, оказалось, что прибыла срочная почта, и через два часа ему вновь предстоит отправиться в путь. В такие дни Пэт больше всего жалел о том, что у него нет помощника, который взял бы на себя часть обязанностей. Работы искали многие, но не каждому он мог доверить свои бесценные самолеты.

– Нет ли свободных самолетов, мистер? – прозвучал вдруг чей-то голос. Пэт хотел было сказать, что нанять можно его, но не его самолеты, но затем поднял голову и расплылся в широкой улыбке. На пороге стоял совсем еще молодой паренек с челкой, которая падала ему прямо на глаза.

– Что, парень, не можешь позволить себе парикмахера?

Ник Гальвин был на редкость привлекательным молодым человеком с густыми черными волосами и ярко-голубыми глазами. Всю войну он сражался с Пэтом в 94-м эскадроне. Ник отправился в армию в семнадцать лет и был сейчас лишь годом старше. Несмотря на возраст, в эскадроне он по праву считался одним из лучших пилотов. Пэт и вовсе относился к нему, как к родному сыну.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, с улыбкой разглядывая гостя.

– Да вот решил проведать старого друга. Хотел посмотреть, не растолстел ли ты за мирное время. Это твой самолет стоит у ангара?

– Мой. Купил его год назад вместо ботинок своим детишкам.

– Полагаю, Уна была в восторге. С Уной Ник встречался в Нью-Йорке сразу после войны, и та была очарована его внешностью и манерами. – Неужели она еще не сбежала от тебя? Особенно после того, как ты притащил ее в эту глушь? – спросил он, присаживаясь у стола.

Пэт рассмеялся и покачал головой:

– Я и сам боялся чего-то подобного, но она все же решила остаться. Даже не спрашивай меня почему. В то время мы жили с ней в развалюхе, в которую мой дед не поселил бы и корову. Но Уна – замечательная женщина. Одна из лучших.

У самого Ника не было близких. Родители его умерли, когда пареньку исполнилось четырнадцать. Три года он прожил в приюте, а затем ушел на войну. Этот год стал одним из лучших в его жизни. Однако сражения кончились, и он вновь оказался предоставлен самому себе.

– Как детишки? – спросил Ник с искренним интересом.

– Прекрасно, – немного помедлив, ответил Пэт. – В прошлом месяце родился еще один. Снова девочка. Думали, на этот раз будет мальчик, но ошиблись.

– Что, Ас, придется тебе рано или поздно сажать на самолет девчонок? – пошутил Ник, но Пэт только покривился.

– Забудь об этом. А как насчет тебя? На чем ты летаешь в последнее время?

– Да на чем придется. Хожу вот от аэропорта к аэропорту в поисках работы. У тебя уже есть кто-нибудь в подсобных? – с тревогой поинтересовался он.

Пэт покачал головой, внимательно разглядывая своего гостя. Ник был из числа тех, кто всегда любил рисковать – и собой, и самолетами. Ему нечего было терять, в отличие от Пэта, который вложил в этот аэропорт все до последнего цента.

– Ты по-прежнему идешь на риск при любой возможности? – спросил он у Ника. Это качество не раз выручало парня в военные времена, но сейчас, в мирной жизни, оно было уже ни к чему.

– Только по необходимости, – сказал тот, не отводя взгляда. Он и правда стал осторожнее в последнее время. Вдобавок, он всегда относился к Пэту с большим уважением и не стал бы рисковать его самолетами.

– Смотри, если выкинешь какой-нибудь номер, я без раздумий вышвырну тебя за дверь, – сухо заметил Пэт. – Мне не нужен человек, способный разрушить весь мой бизнес.

Помолчав, он добавил со вздохом:

– По правде говоря, работы тут вполне хватит на двоих. Если контракты на почту будут поступать с той же скоростью, мне одному просто не справиться. В последнее время я только и делаю, что летаю. Порой по ночам, а зимой еще и в плохую погоду. И никому нет до этого дела – главное, чтобы почта была доставлена вовремя.

– Смотрю, ты тут по горло завален делами, – улыбнулся Ник. Его это устраивало, поскольку он отчаянно нуждался в работе. Пэт же с радостью готов был переложить на него часть своих обязанностей.

– Я мог бы начать с ночных рейсов, – предложил Ник. – Это позволило бы тебе проводить больше времени с Уной и детьми.

– Неплохая мысль, – заметил Пэт. – Хотя ночами тут бывает довольно шумно. Такой горластой дочки у меня еще не было.

– Как ее зовут? – с любопытством спросил Ник.

– Кассандра Морин. Но мы зовем ее Кэсси. Сам видишь, – добавил он с извиняющимся видом, – тебе придется найти комнату в городке, так как лишнего места у нас просто нет. Разве что койка в ангаре, где я держу «Дженни».

– Пойдет. На улице лето, и спать я могу хоть на поле.

Без долгих разговоров Ник перебрался в ангар, а месяцем позже выстроил себе домик. Размерами тот напоминал хижину, но Нику этого было довольно. Почти все свое время он проводил в полетах, помогая Пэту строить его бизнес.

И дела у них шли весьма успешно. Слава о двух летчиках, работающих возле Гуд-Хоуп, разошлась по всей округе. Заказы сыпались один за другим, принося неплохую прибыль.

А потом случилось то, чего никто уже не ожидал. Спустя тринадцать месяцев после рождения Кэсси на свет появился Кристофер Патрик О’Мэлли. Даже второе пришествие не произвело бы в семействе О’Мэлли такого переполоха, как рождение этого крохотного существа.

– Похоже, пора мне собирать вещи, – заметил на следующий день Ник с мрачноватой усмешкой.

– О чем это ты? – испуганно взглянул на него Пэт. Он с размахом отпраздновал рождение сына и теперь мучился сильным похмельем.

– Я так понимаю, что с появлением на свет этого парня мои дни здесь сочтены.

– Ты прав, – рассерженно проревел Пэт, – твои дни сочтены на ближайшие пятьдесят лет. Так что проверь-ка лучше почту, которую нам доставили сегодня утром.

Ник полностью оправдал надежды Пэта: он летал в любую погоду и при любых условиях, однако рисковал не больше, чем рискнул бы на его месте сам Пэт. И к самолетам он относился с тем же трепетом, что и его старший друг. Если бы не Ник, Пэту вряд ли удалось бы достичь такого процветания в делах.

Следующие семнадцать лет промелькнули незаметно. За это время число самолетов в аэропорту О’Мэлли увеличилось с двух до десяти. Два из них купил Ник. Еще шесть приобрел Пэт. Он не раз просил Ника стать его партнером, но тот предпочел остаться наемным работником. По его собственному утверждению, это избавляло его от лишней головной боли.

А вот с личной жизнью у парня не заладилось. Женился Ник в возрасте двадцати одного года, но уже через шесть месяцев его восемнадцатилетняя жена сбежала к родителям в Небраску. Она всем сердцем возненавидела Иллинойс и все, что было связано с самолетами. Ее тошнило всякий раз, когда Ник брал ее в полет. И когда жена наконец сбежала, он вздохнул с величайшим облегчением.