Кровь - Страница 8

Женщина сквозь грохот стрельбы не услышала открывающуюся дверь. Почувствовав что-то неладное, она на всякий случай кинула взгляд через плечо – и увидела кулак Эрика. Террористка растерялась и не потянулась к оружию, а подняла руки к голове. Эрик быстро обхватил ее шею обеими руками и рванул голову вниз навстречу своему колену. К такому она не была готова. Колено с легкостью преодолело защиту, и вот уже второй противник отправился в тяжелый нокаут.

Оставшийся террорист, заметив неладное боковым зрением, с винтовкой наготове развернулся и оказался лицом к лицу с уже сократившим дистанцию Эриком. Тот понял, что здоровяка быстро не одолеть: он был выше на голову и значительно крупнее. К тому же по форме ушей и лица можно было понять, что он любил уличные драки чуть ли не с самого детства. Ладонь здоровяка перекрывала путь к предохранителю его винтовки, поэтому Эрику пришлось придумать более изощренный способ не дать себя застрелить.

Пользуясь остаточной силой движения, Эрик направил правую руку в сторону магазина винтовки. В мгновение ока магазин был отсоединен, а точнее говоря – выбит. Левая рука Эрика резким движением отклонила ствол вбок, как раз вовремя, чтобы досланная во время стрельбы пуля просвистела рядом, не оставив в его голове лишнего отверстия. Игнорируя оглушительный звон в ушах и не давая врагу опомниться, Эрик поднял согнутую в колене ногу и резким выпадом столкнул здоровяка с лестницы.

Громила потерял равновесие, но рефлексы предотвратили падение – в последний момент он схватился за перила, тело резко развернуло и понесло вбок. Столкновение с ограждением было не из легких: он растянул руку, сильно ушиб спину, а волосы затылка пропитались кровью. К несчастью для Эрика, этого было недостаточно. Ослепленный злостью и болью громила, забыв про оружие, даже не стал пытаться перезарядить винтовку или достать из кобуры пистолет. Двумя широкими шагами он преодолел расстояние до Эрика и сбил его с ног. Лицо террориста озарил хищный оскал, отдаленно напоминающий улыбку. Улыбка тут же погасла, как только он осознал ситуацию: это не он сбил противника с ног, а тот сам позволил себя повалить на пол. Рванув правую руку здоровяка к себе, Эрик обхватил террориста ногами и вдавил его шею в правое плечо, перекрыв этим сонную артерию. Гипоксия[3] быстро дала о себе знать, и в глазах громилы стало темнеть.

В этом состоянии он неожиданно вспомнил о своем оружии. Винтовка отлетела в сторону, еще когда он набросился на Эрика; пистолет был на правом боку, вне досягаемости для единственной свободной левой руки, а вот армейский нож в сапоге…

Неуверенным слабым движением террорист почти бессознательно замахнулся ножом. Эрик среагировал без промедления: он отпустил схваченную руку, расцепил захват и что есть силы пнул громилу ногой. Тот неуклюже повалился на бок, а Эрик быстро выхватил из кобуры лежащей на полу женщины пистолет и направил его на врага.

Громила замер, нож выпал у него из руки. Свобода была близка, оставалось только переступить через жизнь здоровяка… Но Эрик не мог. Он совершил роковую ошибку: посмотрел в глаза этого человека. Теперь спусковой крючок, который так легко поддавался во время учебной стрельбы, был недвижим. Так бывает у многих при первом выстреле по мишени: кажется, прилагаешь все силы, а курок застыл, словно каменный. На самом деле единственное, что сдерживает тебя, – это страх. Страх перед чем-то ужасным, незнакомым, которое неминуемо случится, приложи ты хоть чуть больше силы… А страх Эрика не был надуманным, он точно знал, что именно произойдет, нажми он на спусковой крючок. Руки его ослабли. «Просто ударю и пробегу мимо», – успокоил он себя.

Страх начал отступать, и Эрик был уже готов ринуться дальше, но поздно. Дверь за его спиной распахнулась. Удар, тьма…

После того как Рин потеряла Эрика из виду, она начала постепенно пробираться сквозь толпу, пока не оказалась в третьем ряду от выхода. Двое террористов, охранявших основной выход, находились в нескольких метрах от нее.

– Всем стоять на месте и не рыпаться! – закричал один из них, но его было слабо слышно на фоне стрельбы в замкнутом пространстве и сотен взволнованных голосов. – Если кто-нибудь попытается выйти из кафе, стреляем без предупреждения!

Много раз Рин представляла себе, каково это – оказаться в эпицентре подобного события, но такого она и нафантазировать не могла. Ее переполняло множество вопросов, не имеющих ответа: «Где Эрик? Он в порядке? Что с нами будет? Нас спасут? Что нужно делать?» Все происходило слишком быстро, сердце в груди стучало все громче и чаще.

Загнанные люди пребывали в шоке: кто-то рыдал, кто-то молился, кто-то бился в истерике или причитал. Внезапно в уже замершей толпе возникло течение. Оно вело в сторону служебного выхода. Рин постаралась успокоиться и двинулась вместе со всеми, однако у самых дверей остановилась, почувствовав опасность – как раз вовремя. Автоматная очередь, крики… Те из вышедших, кто остался в живых, ринулись обратно в кафе. Рин втиснулась в стену, чтобы ее не унесло вглубь.

Террористы закончили зачистку верхнего этажа и теперь собрались у кафе с заложниками. Без маски был только один – тот, кто стрелял, – и, судя по его тону, он был главным.

– Оттащите тела! И разбудите мне этого красавца. – Лидер указал на избитого подчиненного, валяющегося в нескольких метрах от выхода из кафе.

Короткие, выстриженные клоками волосы, испещренное шрамами и ожогами лицо. Взгляд его был холоден и безразличен, никак не сочетаясь с отвратительной смачной улыбкой.

– И что же ты мне расскажешь, а, спящая красавица? – обратился он к приведенному в чувство террористу-неудачнику, которого поддерживали на ногах двое других.

– Пацан… Очень сильный… Я и оглянуться не успел… А он, как… Су-ка…

Рин сразу поняла, о ком он говорит, и сердце застучало еще быстрее. Эрик в порядке.

– И где же этот «сука, сильный пацан»? – елейным голосом поинтересовался главарь.

– Не знаю. Я не успе…

Его слова прервала пуля, вошедшая прямо промеж глаз.

Двое террористов, держащих сообщника, испугались и сразу отпустили его. Тело рухнуло на пол. Главарь встал и убрал пистолет обратно в кобуру.

Неожиданный поворот событий скорее обрадовал, чем испугал Рин. С ее души словно камень упал – «по крайней мере, Эрик сумел скрыться».

– Ну раз не знаешь – так не знаешь, – отпустил реплику главарь в адрес незадачливого подельника, затем обвел взглядом толпу и с наигранным добродушием спросил: – Может, кто-нибудь из вас знает? – Он выдержал паузу, все молчали. – Не может быть, чтобы никто ничего не видел… – Ухмылка безжалостного убийцы стала еще противней.

Сделав несколько шагов взад-вперед, он выхватил из толпы мальчика лет восьми.

– А ты? – спросил он мальчика, приставив ему пистолет к горлу. Тот, и без того перепуганный, замер на месте. – Только не говори, что не знаешь. Мы оба в курсе, к чему это приведет, – подмигнул террорист, указав в сторону трупа сообщника свободной рукой.

– Он ушел через пожарный выход! – выкрикнула женщина с третьего ряда.

– Так бы сразу и сказали. – Главарь отбросил мальчика обратно к толпе. – Разве там не должны были стоять двое наших? – все с той же игриво-вопросительной интонацией обратился он к одному из приспешников.

– Должны были, – подтвердил тот.

– Пойдем, проведаем их, узнаем, чем они там занимаются. – Оставив остальных охранять заложников, главарь направился с двумя подручными к двери.

У Рин перехватило дыхание. Время тянулось невероятно медленно. «Лишь бы ему удалось сбежать», – повторяла она про себя, как мантру, которая должна была повлиять на реальность. Увы: под шум стрельбы, идущей от эскалаторов, из дверей показался главарь и двое его подручных, несущих Эрика.

Рин задыхалась. «Что делать? Что делать?» – этот вопрос не оставлял ее, пока она смотрела, как Эрика несли в их сторону. Потом швырнули к стене. Из его горла вырвался тихий выдох со стоном. Он был без сознания, но глаза были слегка приоткрыты. Его руки безвольно повисли вдоль туловища.