Крав-мага. Система израильского рукопашного боя - Страница 11

На использование такого удара ногой влияет то, что большинство боев в реальности завязываются на очень близком расстоянии, не давая возможности с легкостью его задействовать. Однако бывает (хотя и редко), что противник наступает с расстояния. Также случается, что можно создать зону (и это более вероятно), позволяющую провести такой удар ногой.

Если есть место и время отступить назад от противника, следует сделать это. Оказаться в безопасности – дело первостепенной важности в любой ситуации. Случается, конечно, что расстояние между вами и атакующим имеется, но его недостаточно для безопасного отхода. В таких случаях лучшим выбором может быть вступление в бой и использование атаки соперника: сделайте шаг вперед в его направлении, чтобы начать движение для удара ногой.

Делая шаг, перенесите вес на левую ногу и начните замах правой, готовясь к нанесению удара – выпада.

Подняв колено вверх, сделайте скользящее движение стопой опорной ноги. Это перенесет вес вперед, добавив удару движущей силы. Не нужно делать подскок или прыжок, следите за тем, чтобы сохранялся контакт с землей.

Что придает удару мощности, так это расчет времени. Движение вперед продолжается после того, как стопой произведен удар по противнику. Однако, когда происходит замах ногой и она толкает соперника, вам потребуется закрепить положение опорной ноги, чтобы иметь твердую основу для возвратного движения. Чем ближе к противнику вы находитесь, тем глубже можете провести удар ногой.

Как только нога попала в цель, закрепите опорную ногу и продлите удар, отпихивая противника назад. Развернув стопу таким образом, чтобы большие пальцы смотрели вбок, а не прямо на противника, вы проведете бедро еще на несколько дюймов в сторону соперника, увеличив выпад.

В случае столкновения с агрессивно и эмоционально настроенным человеком следует начать с вопроса самому себе: эта ситуация преднамеренная или случайная? При умышленных действиях нападения/насилия агрессор спланировал и/или организовал ситуацию и рассчитывает на получение результата. Это может быть, например, грабитель, который приобрел оружие, выбрал место, жертву и хочет отобрать бумажник или кошелек и т.п. При спонтанном насильственном действии у соперника не было заранее разработанного плана нападения. Скорее, ваши действия или поведение – реальные или неверно истолкованные – привели его к проявлению агрессии и насилия. Возможно, вы пролили на него выпивку, или «подрезали» на дороге, или вклинились в очередь перед ним. Ущерб может быть надуманным или реально полученным, но убежденность в несправедливом к себе отношении означает, что человек зол, а следовательно – опасен. Одно из существенных отличий спонтанных действий от предумышленного насилия – в первом случае у агрессора нет плана действий. Он не знает, чего хочет – в отличие от грабителя или сексуального маньяка, которые имеют очень ясные цели и стремятся их достигнуть.

В предумышленных агрессивных действиях у вас есть на выбор два варианта: уступить требованиям нападающего или противостоять им, а значит – сражаться. Если грабитель требует ваш бумажник, можно отдать его или применить физическую силу. Пытаться отговорить его от ограбления – неверный выбор. Поскольку при спонтанном акте насилия агрессор не нацеливался на конкретный результат, у вас, вполне вероятно, будет возможность предложить ненасильственные решения и альтернативы. Если вы непредумышленно пролили на кого-то выпивку, ему неизвестно, что в этой ситуации будет лучше для него. В какой-то момент он может почувствовать, что единственным вариантом будет применить насилие по отношению к вам. Однако, если вы действуете правильно, он может прийти к пониманию, что существуют пути мирного разрешения ситуации. Например, он может принять от вас выпивку в качестве возмещения ущерба и деньги на химчистку, и т.п.

Агрессивно настроенный человек сможет принять к рассмотрению ненасильственные варианты развития ситуации только при условии снижения накала его эмоций и возбуждения. Это является целью и задачей процесса мирного разрешения конфликта.

Большую роль в процессе коммуникации играет язык тела – по результатам некоторых исследований – до 67 процентов всей коммуникации происходит на этом языке. Если вы пытаетесь разрешить ситуацию мирным путем и сделать так, чтобы агрессор рассмотрел ненасильственные варианты развития событий, вам потребуется принять положение тела, которое бы не представляло угрозы и было умиротворяющим, но одновременно не выражало бы чрезмерное смирение. Вам также необходимо занять хорошее расположение и быть готовыми иметь дело с агрессором, если он даст понять, что собирается начать атаку. Если вы выглядите агрессивно настроенными (сжимаете кулаки и т.п.), вы можете дать нападающему повод для опасений за свою безопасность, вытащить оружие или ударить вас.

Вы можете изменять положение рук в зависимости от того, что именно вы хотите сообщить нападающему. С ладонями, направленными вниз, ваше «послание» будет более успокаивающим и умиротворяющим.

Если вынести ладони прямо перед собой, вы подадите отчетливый знак, что нападающему следует оставаться на месте и не приближаться. Если у вас впечатление, что противник близок к тому, чтобы применить силу, необходимо выдвинуть руки в это положение.

Если опрокинуть на человека выпивку, он, скорее всего, разозлится. Возможно, он почувствует дискомфорт и унижение и подумает, что это несправедливость, которую следует устранить и исправить. Такому сложному сочетанию мыслей и чувств не хватает практической направленности. Человек знает, случилось что-то «неправильное», но как исправить ситуацию – не знает, поэтому может выбрать насильственные действия, как единственный возможный путь.

Эмоции и злость задействуют совсем другие части мозга для интерпретации происходящего вокруг и для выбора вариантов действий, в отличие от ситуаций, когда человек спокоен. Если говорить упрощенно, мозг теряет способность размышлять и делать выводы, входя в более «животный», примитивный режим восприятия происходящего. Теория «триединого мозга» (Пола МакЛина. – Прим. ред.) считает, что, в зависимости от эмоционального состояния, у нас работает одна из трех частей мозга: «неокортекс» (центр психики, который располагается в коре головного мозга, определяющий умение создавать абстрактные понятия, говорить и мыслить словами. – Прим. ред.), «лимбический мозг (или «мозг млекопитающего»; участвует в регуляции функций внутренних органов, обоняния, инстинктивного поведения, сна и бодрствования и т.д. – Прим. ред.) и «рептильный мозг» (регулирует большинство автономных функций, таких как дыхание, пульс и температура тела. – Прим. ред.). Важно отметить при обсуждении триединой системы мозга в данном контексте, мы говорим о поведенческой модели, не эволюционной, каковой она была изначально представлена. Мне нравится представлять эти три части как мозг человека («мыслящий»), мозг собаки/волка («лимбический/млекопитающего») и мозг змеи («рептильный»). Это дает дополнительную точку опоры, когда имеешь дело с агрессивно/эмоционально настроенными индивидуумами: «Как бы расценила собака мои действия/поведение? А змея?»