Красавица Миррил, чудовище Миррил (СИ) - Страница 17

– Я тебя даже в чём-то понимаю… – согласился Дирок. – Это из-за него Марконий нанял меня следить за твоей «аппетитной задницей». Я его тоже по своему ненавижу… Но, с другой стороны, если бы граф нанял кого-то другого, то ты давно бы уже была мертва…

– Чего? – удивлённо подняла брови Миррил.

– Ну… – замялся Дирок. – В общем, мне бы не хотелось, чтобы с тобой что-то случилось…

– Ты что, смотришь на меня как на что-то большее, чем работу? – поразилась девушка. От Дирока она уж совсем не ожидала такого.

– Ну… – ещё больше смутился телохранитель. – Я к тебе… привык, что ли…

– Как в висок бить кулаком, так не привык, – сказала Миррил и тут же разозлилась на себя, ведь сказать она хотела совсем другое…

– Собирай остатки еды, – сухим, как пески Вечной пустыни, голосом проскрипел Дирок. – Нам предстоит долгая дорога. В Мистор.

В ближайшем посёлке Малый Лантыр беглецы продали машину уж за очень низкую цену, чему несказанно возрадовался один фарк – неприлично толстый фермер с мозолистыми руками и культёй на месте рудиментарной руки в низе живота. Его засаленное морщинистое лицо буквально лоснилось лукавством и счастьем. Он был так доволен, что даже не взял дополнительных денег за походный рюкзак, набитый снедью, одежду, тщательно отобранную по размеру из тряпья его многочисленной семьи, и пышный кучерявый парик со своей лысой головы. К совету перекрасить машину и сменить номера фарк отнёсся с большим пониманием…

Полагать, что марка машины и цифровой знак неизвестны наёмникам, охотящимся на Миррил – чистейшей воды тупость. Одно дело стремглав помчать к Римбарану на машине, позаимствованной у убитых Дироком наёмников. Другое – возвращаться на ней же в Мистор. Город, кишмя кишащий легальными наёмниками, так и мечтающими урвать себе смачный куш, не приложив на поиски и малейших усилий. Конечно, от беглецов такого безрассудного поступка мало кто ожидает, если ожидает вообще. Но каждый уважающий себя наёмник обязательно изучает дела всех заказанных, поступающих в общую базу данных Гильдии Легальных Наёмников. А особо ответственные, так вообще делают слепки заказов на голопроекторы и время от времени изучают лица потенциальных жертв. Так что лишний раз искушать судьбу не следовало бы.

В парикмахерской «У Альбертиньо» дешёвыми и покрытыми кое-где ржавчиной ножницами неприятная на вид женщина в застиранном халате состригла Миррил её длинные волнистые волосы. С новой короткой причёской бывшая магиня стала похожа на красивого тринадцатилетнего мальчика-блондинчика.

После насилия над волосами, Миррил искала лишь одно утешение – баню. Ей так хотелось по-человечески помыться, попариться и привести, в конце-то концов, себя в порядок! На пути последнего утешения непреклонной горой возрос Дирок: нельзя принимать баню с травмой головы, пусть и заживающей. Дошло до истерики, но, как и всегда, Дирок успокоил Миррил силой и поволок в постоялый двор, в котором они сняли комнатку на одну ночь.

Бывшей магине пришлось довольствоваться убогими капельками общественного душа и куском дешёвого мыла, пахнущего увядающими фиалками с примесью гуталина.

Вечером Дирок запер Миррил в комнате, чтобы та не вздумала побежать в баню или ещё куда. А сам отправился в ближайшую питейную – заводить знакомства с представителями местного воровского сословия.

Деревянные столики с облупившейся краской, густой, едкий дым дешёвого табака, кислое, что тысяча лимонов, лицо бармена, недоброжелательные взгляды отдыхающих и молоденькая грудастая официантка, наивно мечтающая встретить в этой дыре своего волшебного принца на белой паровой машине… В общем, всё как в любом баре захолустных городишек.

Дирок сел за единственный свободный стул у барной стойки между сизокожим толстяком человеком и карликом йорком, подложившим под тощий зад (если ту точку тела, на которой он сидел, можно было так назвать) стопку книг. Бармен нарочито не замечал наёмника, ведя с толстяком бессмысленный разговор про удой скота. Оказывается, в этом квартале козы дали молока на пять целых и две десятых процента меньше, чем в прошлом. Должно быть, причиной этому послужило отсыревшее сено, которым непорядочные фермеры пичкали бедняжек козочек. Ай-я-яй! Зато коровы в этом сезоне побили все рекорды…

Подождав немного, Дирок щёлкнул пальцем прямо перед лицом бармена, не излучавшим и капли заинтересованности удоем рогатого скота. Толстяк тут же умолк и вперил исполненный злобы бычий взгляд на наёмника. Бармен тоже повернулся, но лицо его оставалось таким же непроницаемо кислым.

– Графин светлой наливки и лимон, – приказал Дирок, игнорируя злобный взгляд сизокожего толстяка.

– Сегодня, энто, двойной тариф, – квакнул в ответ бармен.

– Графин светлой наливки и лимон, – повторил Дирок.

– У нас, энто, нет городской отравы, – поведал бармен и пожевал губами. – Яблочный, энто, самогон.

– Давай самогон, – кивнул Дирок.

– Как скажете, энто, как скажете, – и без того кислое лицо бармена сделалось таким, словно ему, бармену, весь мир был пожизненно должен. Потянув время, он всё-таки поставил на стол стакан, бутыль самогона и миску с яблоками.

– Это не лимон, – наёмник кивнул на яблоки.

– Энто, тебе не городская рыгаловка, энто, знаешь ли, честная питейная, энто, –засуетился бармен, – двадцать пять красненьких с тебя, энто.

Дирок протянул три десятки. Налил полный стакан и повернулся к толстяку, всё так же по-бычьи глядящему на него.

– Ну что, мужик, выпьем за знакомство? – спросил Дирок и плеснул до краёв самогона в пустующий стакан толстяка.

Фермер смешался. Злость в его взгляде постепенно сошла на нет, сменившись здоровым любопытством.

– А чё, чёб не выпить, коль человек хороший? – после мучительно долгих размышлений ответил он.

– И мне, и мне налей, – пропищал сидящий по правую руку йорк и протянул щупальце с пустым стаканом.

– А не рановато ли тебе, малыш? – спросил Дирок. На вид йорку не было и сорока лет – совсем ещё ребёнок…

– Он у нас, энто, пташка ранняя, – заступился за коротышку бармен и положил на стол пятёрку сдачи.

Дирок кивнул бармену, сделав вид, что не увидел купюру:

– А ты будешь, или на работе?

– Одну, энто, можно, – лицо бармена было всё таким же кислым, но в глазах загорелся огонёк.

– Ну, за знакомство мужики, – сказал Дирок, чокнулся со всеми и осушил стакан залпом. Крепкий самогон заставил его прослезиться, но это лишь от непривычки. А закусывать яблоком оказалось совсем и неплохо…

Вскоре они уже вовсю распивали бутыль за бутылью, заедая крепкое пойло яблоками. К ним присоединилась чуть ли не половина посетителей. А почему бы и не присоединиться, когда приезжий угощает? Коротышка йорк всё косился на пятёрку, лежащую на столе. В конечном итоге не выдержал, и, выбрав момент, когда, по его мнению, никто не видит, свистнул купюру себе в карман. От внимания Дирока это не ушло незамеченным.

У хмельных и дружелюбно настроенных собутыльников Дироку не составило труда разузнать, где можно добыть себе и своей подруге поддельные паспорта. Кроха йорк шепнул ему на ухо, что знает нужных людей (кто бы сомневался?) в соседнем городке Вакхан-Утур. Воодушевлённый щедростью угощений Дирока (и свистнутой пятёркой красненьких), йорк попросил у бармена телеграф (правда, за послание заплатил Дирок) и передал весточку кому следует. Вскоре получил зашифрованный ответ. Подлинное сообщение имело следующий характер: «Завтра вечером у здания центральной библиотеки заказчика будут ждать люди с уже готовыми паспортами. Всё, что будет нужно – лишь вклеить туда фотографии и поставить поверх печати, которые невозможно отличить от настоящих. Разумеется, за срочность и цена выше…»

Дирок вернулся в номер под утро. Дверь была открыта – кто-то взломал замок. Наёмника бросило в ледяной пот, крепкий самогонный хмель тут же улетучился, словно и не было его вовсе. Неужели эти твари добрались до неё? До бедняжки Миррил? Убили её во сне? Ох, нет, этого не может быть, нет! Нет! НЕТ!!!