Королевский подарок - Страница 27

Ошарашенный Дед вышел из ступора, хватанул ртом воздух и рванулся к двери, ведущей в подвал. Вначале Никита решил, что тот побежал запоздало прятаться. Через некоторое время он заподозрил, что внизу опять началось что-то интересное, и уже собрался последовать за стариком. Но тут ступени лестницы зазвучали в обратном направлении. Дед появился на пороге гостиной с пыльной бутылкой в руках. Для начала он подозрительно огляделся и даже потянул носом воздух. Убедившись, что путь свободен, старик решительным шагом направился на кухню.

– Черт побери! – проворчал он, трясущимися руками вкручивая штопор. – В этом доме не стало никакого покоя!

В такой нервный момент он имел полное право хлебнуть прямо из бутылки, однако у старого пьяницы, видимо, были свои принципы. Он налил до краев высокий стакан и выпил залпом почти половину. После этого, обмякнув, опустился на стул и устало прикрыл глаза.

– А ты, оказывается, крепок, Дед, хоть и немолод. Другой на твоем месте хлопнулся бы в обморок, – Никита одобрительно засмеялся, но тут же замолк, потому что Дед поднял голову, взглянул прямо на него и мрачно спросил:

– Хочешь выпить?

После безмолвной паузы Никита протянул руку к бутылке. Холодное стекло, запах красного вина – все казалось настоящим. Старик качнул головой в сторону полки с перевернутыми чистыми стаканами. Никита послушно взял один, налил себе немного и вернул бутылку Деду.

– Давно ты меня видишь? – спросил он нерешительно.

– Не помню. Сейчас мне кажется, ты был здесь всегда, хотя это очень странно, потому что я ничего о тебе не знаю. Как тебя зовут?

– Никита. А тебя?

– Эдвард, – наконец-то Дед обрел нормальное имя. Он протянул свой стакан в сторону гостя, они чокнулись и выпили. Вино было приятное, с фруктовым оттенком. «Разве можно во сне чувствовать вкус? – подумал Никита. – Похоже, я сошел с ума».

– Иногда мне кажется, что я теряю рассудок, – эхом отозвался на его страхи Дед. – Ты тоже видел ящера на балконе?

Никита кивнул.

– И что ты об этом думаешь?

Это был слишком трудный вопрос. Никита промычал в ответ что-то неопределенное.

– Вот и я ничего не понимаю. Все это кажется таким реальным. И в то же время абсурдным. – Старик читал его мысли. – Присаживайся. Хочешь перекусить?

Никита взмахнул было рукой, чтобы остановить его, но Эдвард уже вскочил со стула и начал хлопотать.

– Я, молодой человек, очень люблю готовить. Особенно для гостей, – забормотал он, ныряя в холодильник. – У меня здесь есть все, что нужно. Эту прекрасную кухню я спланировал сам. И всю мебель тоже сделал сам. Полностью, от начала до конца.

Никите показалось, что Дед снова начал разговаривать сам с собой. Однако через минуту тот обернулся, и стало понятно, что контакт не прерван – старик ожидал похвалы.

– Неужели?! – подыграл Никита. – Это поразительно! Я и подумать не мог!

– Да, я многое умею делать! – расплылся Эдвард, ставя на стол керамическое блюдо с половинкой пирога. – Этот корнуэльский пирог я испек вчера для моего друга Жана-Кристиана. Он, как и я, живет один после того, как очередная жена оставила его, но почти не готовит дома. Покупает готовую еду в супермаркете, иногда ужинает в ресторанах.

Старик разогрел пирог в микроволновке, быстро накрыл на стол и сам уселся напротив Никиты.

– Попробуй! Гарантирую, что захочешь еще! – хвастливо сказал он, кладя на его тарелку большой кусок.

Пирог оказался вполне съедобным, хотя, вопреки ожиданиям старика, добавки Никита не попросил. До сих пор во сне он мог резвиться, не опасаясь последствий. Статус невидимого наблюдателя полностью его устраивал, с ним он чувствовал себя в полной безопасности. Теперь пришла пора отвечать за свои слова и поступки.

– Очень вкусно! – на всякий случай похвалил он. Довольный Дед снова потянулся за его тарелкой, но Никита поспешно отодвинул ее в сторону.

– Спасибо! Я больше не могу!

Старик недовольно пожевал губами, но через мгновение дежурная улыбка вернулась на его лицо.

– Вот и Жан-Кристиан вчера съел только один кусок! Боится располнеть! Он уже немолод, ему почти восемьдесят пять, но он каждое утро целый час делает гимнастику. По-прежнему хочет нравиться девушкам!

Тут Эдвард игриво подмигнул.

– Жан-Кристиан был женат много раз. Знаешь, Никита, если человек с воображением работает в модной индустрии, – а мой друг был директором по рознице в крупной международной компании, – его участь предопределена. У Жана-Кристиана были женщины во всех крупных городах Европы. Периодически он делал попытку остепениться, женился на очередной красотке, но вскоре уходил на следующий круг – новое увлечение, развод, несколько лет в свободном полете и очередной брак. В результате к моменту выхода на пенсию он остался совершенно один. Его бывшие жены и дети оказались разбросаны по миру. Никто из них не желал иметь с ним никакого дела.

Старик вдруг осекся и с подозрением взглянул на Никиту.

– Тебе, наверное, неинтересно?! – полувопросительно сказал он.

– Очень интересно! – воскликнул Никита. Болтовня Эдварда давала ему время освоиться в своей новой роли. – Продолжай, пожалуйста!

– Ну, хорошо! Раз ты так просишь! Дед разлил по стаканам остатки вина.

– Мой друг Жан-Кристиан поселился в Лантерн по той же причине, что и я: красивое место, удачное расположение, хороший климат. Однако остановить свою кипучую личную жизнь он был не в силах. Возможности завести роман здесь, в Лантерн, довольно быстро иссякли, и примерно лет пятнадцать назад он начал регулярно, несколько раз в год, ездить за любовными утехами в Юго-Восточную Азию. Ну, ты знаешь, о чем я говорю!

Никита понимающе кивнул: какой же современный человек не слышал о секс-туризме?!

– Однажды из очередной поездки Жан-Кристиан вернулся с юной женой. Он заплатил ее родителям символический по нашим меркам выкуп и увез с собой во Францию. Ты не думай, Никита, он здесь оформил с ней официальный брак! Жан-Кристиан был честным человеком, хоть и довольно невоздержанным. Однако они прожили вместе совсем недолго. Примерно через полтора года девушка тихо умерла, оставив Жану-Кристиану новорожденную дочь. Врачи ничего не смогли сделать: никакой известной науке болезни у нее так и не нашли. Жан-Кристиан говорил, что его жена была ангелом, поэтому Господь забрал ее к себе. А по моему мнению, это был ее способ бежать. Непонятно только, почему она просто не попросила развода.

Повисла пауза. На некоторое время Дед снова ушел в себя, однако вскоре продолжил:

– Жан-Кристиан оказался в незавидной ситуации. Снова один, только теперь с младенцем на руках. Он оставил ребенка с няней и поехал в Азию за очередной женой.

В ответ на поднятые брови Никиты старик предостерегающе поднял вверх руки.

– Знаю! Знаю! Это выглядело странно! Но Жан-Кристиан решил, что так будет лучше для дочки: девочке нужна была мать. К сожалению, его план провалился. Новая жена, как и предыдущая, здесь не прижилась. Помня свой недавний печальный опыт, Жан-Кристиан купил ей билет на самолет, дал денег в качестве компенсации и отправил назад к родным. Его дочь забрала социальная служба. Власти посчитали, что пожилой отец не в состоянии обеспечить ребенку необходимый уход. Так оно, в общем-то, и было.

Эдвард вздохнул.

– Как раз в этот период мы с Жаном-Кристианом и познакомились. Только представь, какие пересуды вызвала в деревне его история! Я оказался одним из немногих, кто тогда открыто его поддержал. Мне было плевать, что думают другие, кроме того, мог ли я осуждать человека с неудавшейся личной жизнью?! Жан-Кристиан оказался хорошим другом. Он француз, при этом отлично говорит на английском – на протяжении всех этих лет он помогает мне в общении с официальными органами и переводит документы. К своему стыду, я так и не выучил французский!

Никита уже допил вино и почувствовал себя немного свободнее. Пытаясь немного пригасить драматическую тональность беседы, он легкомысленно воскликнул: