«Кондор» оставляет следы - Страница 12

— Ты только не нервничай, — сказала она, — но случилось вот что: машина, в которой ехали Орландо и Моффиты, попала в катастрофу. Так что отправляйся немедленно в больницу при университете имени Джорджа Вашингтона.

Исабель сразу почувствовала, что дело гораздо серьезнее, чем его изобразила секретарша. Она хотела ехать в больницу на своем автомобиле, но поняла, что не в состоянии. Тогда она вызвала такси, хотя это и означало лишнюю потерю времени.

Движение по Массачусетс-авеню было прервано, и это еще больше усилило ощущение, что случилось нечто непоправимое. Они поехали в объезд и наконец добрались до больницы, где Исабель с ужасом узнала о смерти Орландо и Ронни.

Ее провели в палату. Открыли лицо Летельера, откинув край простыни, которой было укрыто его тело. Исабель потом так расскажет об этом:

«Больше всего меня потрясло, что Орландо, видимо, успел понять, что происходит. Его лицо было удивленным, оно как бы говорило: «Они это сделали, они все-таки это сделали…»

«Они» — это, в частности, чилийская хунта.

Компартия Чили в специальном заявлении констатировала:

«Орландо Летельер посвятил себя деятельности, направленной на расширение движения солидарности с чилийским народом в Соединенных Штатах, посвятил себя защите политических заключенных и пропавших без вести. Он всемерно помогал нашему героическому народу, ведущему борьбу. Вот почему хунта подписала ему смертный приговор».

Органы юстиции США, как было заявлено, немедленно начали расследование совершенного преступления. Тем не менее на протяжении полутора лет — с сентября 1976 г. по февраль 1978 г. — напрасно было бы искать на страницах газет или журналов каких-либо конкретных сообщений о результатах этого расследования. Между тем, как уже рассказывалось во введении к этой книге, буквально через неделю после убийства специальному агенту ФБР Роберту Шерреру удалось дознаться о причастности «Кондора» к покушению на чилийского патриота. Более того, вскоре в руках у американской юстиции оказались показания кубинского контрреволюционера Орландо Боша, арестованного в Венесуэле в связи с другим преступлением «Кондора» — взрывом пассажирского самолета, принадлежавшего Кубе. Бош на допросе коснулся «дела Летельера» и назвал имена некоторых своих соотечественников-террористов, замешанных в убийстве «посла чилийского сопротивления в США». Достаточно было бы потянуть за эти нити — и очень быстро распутался бы весь клубок! Но, увы, показания террориста вкупе с докладной агента ФБР были отправлены под сукно, поскольку следствию стало известно, что смертоносный механизм «Операции Кондор» был приведен в действие по указанию ЦРУ и чилийской хунты: следы вели к диктатору Пиночету и к генералу Вернону Уолтерсу, в те времена вице-директору ЦРУ, а ныне послу по особым поручениям администрации Рейгана. Уолтерс, как сообщают Дж. Динджес и С. Ландау, непосредственно помогал в подготовке этого преступления.

В общих чертах картина преступления выглядела так: Центральное разведывательное управление и военно-фашистская хунта, обеспокоенные деятельностью Летельера в США, приняли решение о его уничтожении; стремясь, чтобы расправа была осуществлена «специалистами», работающими, как предполагалось, не оставляя следов, американская и чилийская спецслужбы обращаются к услугам «Кондора»; услуги «корпорации убийств» удобны упомянутым спецслужбам еще и тем, что, как они надеются, отводят от них самих подозрения в причастности к покушению в случае возникновения каких-либо осложнений; «Кондор», получив указания своего шефа — ЦРУ и своего главного «пайщика» — хунты, формирует «команду убийц» в составе нескольких кубинских контрреволюционеров-террористов и Майкла Таунли, агента ЦРУ и ДИНА, специализировавшегося на политических террористических актах; «команда» действует под руководством и при всемерном содействии вашингтонского департамента шпионажа и диверсий и пиночетовской охранки.

Нетрудно понять, почему американские власти, отнюдь не заинтересованные в том, чтобы поставить под удар приведенный ими к власти чилийский режим, свою собственную разведывательную службу и ее детище — «Кондор», постарались похоронить правду о взрыве на Шеридан-серкл. Дж. Динджес и С. Ландау в своей книге доводят до всеобщего сведения, что тогдашний директор ЦРУ (ныне вице-президент США) Джордж Буш и тогдашний государственный секретарь Генри Киссинджер сознательно тормозили расследование.

Здесь уместно привести телеграмму корреспондента ТАСС, присланную из Вашингтона 10 октября 1976 г.:

«Расследование обстоятельств убийства 21 сентября в Вашингтоне видного деятеля чилийского правительства Народного единства О. Летельера вызвало замешательство американских следственных органов. Об этом, по мнению печати, свидетельствует состоявшееся на прошлой неделе секретное совещание директора ЦРУ Дж. Буша с руководителями министерства юстиции. Хотя никаких деталей об этом совещании сообщено не было, газета «Вашингтон пост», ссылающаяся на лиц, близких к расследованию, пишет, что «следствие, возможно, вскрыло чувствительную информацию, которую ЦРУ хотело бы сохранить в тайне под предлогом интересов национальной безопасности».

Все это объясняет, почему застопорилось расследование и почему в первые полтора года после гибели «эмигрантского посла» у американского и мирового общественного мнения складывалось вполне оправданное впечатление, что «дело Летельера» намереваются предать забвению.

Осенью 1977 г. газета «Вашингтон пост» замечала:

«Остается неясным, приведет ли расследование к возбуждению судебного дела, или все ограничится составлением внутреннего доклада, который будет представлен Белому дому и госдепартаменту. Предполагают, что в докладе будет сказано, как произошло убийство и почему невозможно наказать убийц».

Между тем картина преступления уже была в основном ясна американской юстиции. В том же 1977 г. об этом сообщал журнал «Нейшн», выходящий в США:

«Имена убийц, их мотивы и образ действий известны министерству юстиции США. Но остаются более фундаментальные вопросы: позволят ли органам правосудия собрать достаточно доказательств, чтобы привлечь убийц к суду?»

По сообщению испанского журнала «Интервью», один из чиновников министерства юстиции США в ответ на настойчивые расспросы журналистов о причинах замалчивания результатов расследования раздраженно бросил: «Что вы хотите — нового Уотергейта?» И сразу оговорился, что его слова «не для печати».

Как бы расшифровывая заявление этого чиновника, газета «Вашингтон пост» указывала:

«Если будут названы имена агентов ДИНА, замешанных в убийстве Летельера и Моффит, и если их задержат, они в свою очередь могут назвать имена американских агентов, а те могут сообщить имена деятелей самого высокого ранга в США».

Все вышеприведенные выдержки из газетных и журнальных статей и то обстоятельство, что докладную Шеррера вместе с показаниями Орландо Боша упрятали в долгий ящик, подтверждают — повторим еще раз — следующую бесспорную истину: американские власти тщательно оберегали тайну участия официального Вашингтона, ЦРУ и хунты в преступлении, осуществленном «командой убийц» «Кондора».

Тем не менее прогрессивная общественность Латинской Америки уже тогда, сопоставляя разрозненные факты, начала догадываться о существовании континентальной террористической организации. Это подтверждается, к примеру, следующими высказываниями Клодомиро Альмейды, одного из руководителей чилийского Народного единства. Вскоре после покушения на Шеридан-серкл он заявил, что ответственность за убийство Летельера «лежит на диктаторе Аугусто Пиночете и в той же мере на Соединенных Штатах» и что это преступление — «явление, типичное для латиноамериканского Южного конуса, к нему причастны спецслужбы США и международная террористическая сеть». «Точно так же, — добавил Клодомиро Альмейда, — были убиты экс-президент Боливии Хуан Хосе Торрес, чилийский генерал Карлос Пратс, уругвайские парламентарии Сельмар Мичелини и Эктор Гутьеррес Руис».