Композиционная поэтика публицистики - Страница 6

Именно жанр рассматривается функциональной стилистикой «как выделяемый в рамках того или иного функционального стиля вид речевого произведения, характеризующийся единством конструктивного принципа, своеобразием композиционной организации материала и используемых стилистических структур»[43].

Традиционный литературоведческий подход по выявлению специфики композиции в публицистическом произведении явно недооценивал возможности функционального использования лингвистических средств и приемов. Однако через композицию можно решить как проблему жанровой выразительности, так и проблему повышения эффективности публицистики. Выводы о том, что композиция в очерке – одно из главных средств выражения содержания[44] и «композиция ну6лицистического очерка близка к композиции статьи»[45], а также о композиционных функциях «изложения», «доказательства» и «показа» в создании специфики проблемной газетной статьи[46] – одни из самых интересных в этом направлении.

На наш взгляд, мало продуктивен подход к композиции различных жанров как средству художественного обобщения. Фельетон – не роман, этот «ключик» к нему не подобрать: противится сама специфика жанра[47].

И, напротив, семиотический взгляд, расширяя границы понятия «композиция», приспосабливает его к своей трактовке текста: «Композиция текста массовой информации основана на том, что любой ее выпуск (номер газеты, программа телевидения) включает тематически и стилистически разнородные материалы»[48], объединяет их «по специальным правилам композиции, организующим их в единый текст в соответствии с единым замыслом»[49].

Плодотворны и другие концепции в рамках семиотической школы, связывающие специфику композиции газетного текста с понятием «рабочей идеи» и «текстообразующих операций»: «вводе в проблему» (эквивалент экспозиции), «постановке проблемы» (эквивалент «завязки» сюжета), «аргументации» (эквивалент «кульминации») и «обобщенной оценке», «образном ориентире» (эквивалент «развязки»)[50]. Иными словами, на качественную проработку всех компонентов текста в целом.

В том же ряду стоят и работы, в которых дано лингвистическое толкование текста, функционально закрепленного за газетой, и композиции в нем. Способы подачи и организации материала с его общим характером, с его газетно-публицистической направленностью, с выявлением вполне ощутимых структурных признаков газетных жанров связываются воедино[51].

Жанрово-стилистическая теория текста рассматривает структуру как стабильную внутреннюю организацию законченного текста. Жанровый принцип его построения базируется на связи жанровой формы с содержанием. И структура речевых форм, таким образом, по мнению исследователя, создается системой логических отношений, в которые вступают слагающие ее компоненты[52].

Это наблюдение подтверждается и в сравнительном плане на примере германских СМИ при изучении речевого жанра как объекта функционального и функционирующего[53]. Причем среди прочих – и речевой жанр теперь уже редкой в российских газетах передовой статьи, по стилистическому облику очень напоминающий нашу публицистическую статью. Исследование базируется на материалах ведущих газет Германии – Frankfurter Allgemeine Zeitung, Suddeutsche Zeitung, Die Welt и других. Выводы автора о композиционно-речевых формах создания эффектов убеждения в жанре статьи сопоставимы с результатами анализа функциональной специфики жанров российских газет.

Поиск общих функционально-речевых возможностей в рамках лингвистической теории композиции в изучении межкультурной коммуникации есть «суть функции убеждения», которая состоит «не только в обеспечении рационально-информационного, но и ценностного и эмоционального общения публициста с аудиторией»[54].

В испанской филологии исследование языка и стиля газет идет очень активно, в русле современных филологических теорий, с очевидной ориентацией на функциональную специфику жанров. Однако анализ испанской теории газетной речи показывает, что влияние традиционной стилистики все-таки сдерживает жанровые исследования на уровне высказывания, не выходящие за пределы анализа лексических и фразеологических средств. Язык и стиль испанской прессы – впрочем, по-другому и быть не может – отражает общее состояние испанской филологической науки о языке и тексте.

Сами испанские ученые считают, что до начала XX века все работы в области стиля ограничивались лишь внешней стороной произведения. Понять это состояние трудно – что такое «внешняя сторона»? Красоты стиля или грамматическое строение фразы? Если это так, то отрешиться от взаимосвязи и взаимопроникновения всех элементов художественного текста можно было лишь до той поры, пока в филологии не накопился опыт системного отношения к тексту.

Они же считают, что эта пора – тридцатые годы XX века. Опыт этот показывает, что все элементы любого текста связаны между собой (работы «формалистов» пока составляем в стороне), и начался переход стилистики на новую ступень его познания. Современная испанская стилистика обращает свое внимание на речевые проявления текстов, старается проникнуть в их психологическую глубину, осмыслить процесс художественного творчества, открывая пути, по которым оно (творчество – Л.К.) развивалось[55].

Анализу подвергается экспрессивная речь – все, что выходит за пределы нормы и свидетельствует о проявлении авторской индивидуальности. Это непривычное нам научное направление, которое можно условно назвать изучающим «стиль языка» как «стиль народа» и его отражение в «языке и стиле» прессы. Понятие «стиль», однако, в их работах не связывается с лингвистической формой как первоосновой, что, на наш взгляд, ведет испанскую филологию к субъективизму и вкусовщине.

Многие испанские ученые соглашаются, что положение в стилистике кризисное, застойное, в конфликте со временем и достижениями других европейских школ. Это объясняет и состояние филологических исследований в журналистике.

Характерно, что сам термин «публицистика» испанцы относят главным образом к рекламным текстам, он всегда содержит оттенок чего-то второсортного в литературном отношении и малоинтересного по содержанию. Говорить с испанскими учеными о жанрах публицистики в нашем понимании – занятие абсолютно бесперспективное: на тебя смотрят, как на существо с другой планеты, из другой цивилизации.

И поэтому так отличаются подходы к языку СМИ российских и испанских ученых. Основных направлений работы в области языка и стиля прессы у них несколько: поиск экстралингвистических условий существования «языка прессы», выявление его системных признаков и места в испанском литературном языке, определение признаков жанровой взаимообусловленности темы и лингвистического строя (влияние политической тематики на лингвистический строй газетных материалов, степень открытости влиянию разговорной речи и т.д.).

Они пытаются найти ответ на вопрос, в чем истинное отличие «языка прессы» от «литературного языка», да и имеет ли «язык прессы» статус самостоятельного? При этом считают, что оба понятия – «язык прессы» и «литературный язык» – «широкие и туманные, потому что относятся к таким сложным сферам, как журналистика и литература»[56]. Но даже пытаясь выявить лингвистические особенности языка газеты, ведут анализ, как мы уже отмечали, в основном только на лексическом уровне.