Карболитовое Сердце (СИ) - Страница 12

– Молодые люди, прошу вас… – угрожающе начал опасный, однако громила за его спиной, за миг неуловимо перетёкши лицом, по-иному заполнил свой мешковатый костюм. Он нежно положил лопату ладони на плечо начальника и сказал голосом Князя:

– Спасибо, товарищ Соколов, дальше я сам.

Товарищ Соколов, не завершая речи, ушел прочь – словно продолжил давно начатое движение. Только с лица чуть сбледнул. Железный мужик. А кубический мегавариант Князя расцвёл в улыбке, наслаждаясь произведённым эффектом:

– Крайне рад вас видеть, мои подземные друзья. Давайте-ка сразу наверх ко мне. Отпустим яроволка, и он вас проводит.

– Здесь яроволк? – шуганулся было Филин, но кубический, вновь перетёкший во что-то новое в себе, устало прогудел:

– Яроволк – это я. Разноверское имя. – Он открыл печальные карие глаза и помассировал себе затылок. Из-под воротничка выглянул край битого на шее солнцеворота. – Можно просто Рома. Только на минус первый зайдём, там автомат с пепсиколой. И заодно эти все, – он с ненавистью обвёл глазами отмель канцелярского планктона, – не поймут, что вы на княжьем лифте уехали. Вон там справа травелатор вниз. Только он не работает.

Внизу Яроволк Рома действительно пошёл к пепсикольному автомату, накормил его карточкой и, получив ледяную банку, со стоном облегчения приложил себе в затылочную складку:

– Какая же дрянь это ваше воодушевление… Перегорю когда-нибудь.

Вызванный ключом лифт увёз их ввысь, потом ещё долго шли мраморными галереями. Широко жил Князь Игорь. Потом ещё по лестнице спустились на этаж. У самого порога Княжьих покоев охранник-оборотень вдруг поинтересовался у Филина:

– А дрова вам нужны?

– Нет… – оторопело ответил тот.

– Ну тогда я приберу их пока в камеру хранения. – Рома аккуратно отобрал у Филина оба полена, почти скрыв их в кулачищах. – Положу в камеру хранения на минус первом у «Виктории». Вы там позовите меня, я открою. Меня видно. До скорой встречи, дорогие друзья.

Ваню накрыло жаркое осознание: всё это время он бродил с дровами. «…!» – подумал он, входя в высокие княжеские двери.

За дверьми огромной залы царил полумрак. Вдали мощные лучи высвечивали силуэт Князя в длинной мантии. Донеслось: «О кабель не споткнитесь!» и Филин сразу запутался ногами в проводах. Наступившая тьма через миг проворчала: «Пилот обратно врубите уже!».

Вблизи стало ясно, что его величество вполне величественен, однако вместо мантии одет в халат поверх термобелья и в целом несколько помят. Отстёгнутая борода висела на старинном трюмо. Великосветски касаясь затылка запотевшей бутылочкой «Адского Дьявола», владетель бесшумно увлек гостей ковролинными полями к пёстрой стае кресел, стульев, пуфиков и столиков с нарзанами, стаканами, пепельницами, салфетками, печеньицем – всё это водило хороводы посреди помещения, словно в штабе батьки Махно. Говорит, чувствуйте себя как дома – а у стеночки на каталке скромно круглится длинный синий мешок на молнии. Как бы намекая.

– Вообще-то я из-за вас с полпятого утра на ногах. Падайте, кино смотреть будем. – Пробурчал несвежий князь, первым оседая в слабые обьятия кресла-мешка с пенопластовыми шариками. В руках его появился неровно отрезанный ломтище многопиксельного планшета с торчащими флэшками и проводками.

«Перечить князю – дело кислое,» – заинтригованно подумал Филин, присаживаясь на краешек стула. Рамен, утонувший в пуфиках, с каменным лицом тихонько открывал пиво – в ящике под столом помимо пепсиколы нашлась пара бутылок неплохого калужского.

Вокруг потемнело, и на огромном стенном экране проступило тусклое видео с регистратора. По большей части кадра моталась крепкая лошадиная задница в оглоблях, а над ней было видно, как вниз по пустынной улице, оскальзываясь по снегу и сверкая тапками в лучах фар, улепётывает дедок, влекомый болторезом. Старичина Рамен хрюкнул в пиво.

– Это дорожный патруль в 4:27, – ровно откомментировал Князь Игорь, – А вот в 4:30, более выгодный ракурс.

Теперь камера была стационарная и хорошая, глядела она от школы вдоль длинного подъёма к метро – как раз под ней они только что помогали извозчику с дровами. Рамен набрал под горочку внушительную скорость и, развеваясь сумками, лопатками и ремнями, нёсся прямо на зрителя, подобно испанскому быку. Князинька убавил скорость, включил грозную музыку и продолжил:

– А за десять минут до вот этого ты, Рамен, пообщался с майндфроговским аккаунтом диггерши Стрелки, в миру Стрельниковой Зои Максимовны. Аккаунт молчал четверть века. Ночная собака-барабака давно майндфрога не встречала и очень заинтересовалась. Обнюхала все цепочки прокси, всё пометила и теперь получит много-много вкусных ресурсов. За любопытство.

Под эту админскую дичь на экран выплывал кусок космокарты города с вполне обитаемой Солянкой. Во дворы у Бульварного кольца уткнулась кривая рукописная стрелочка. Судя по наложенной геоподоснове, совсем рядом на глубине Ада таилось что-то круглое.

– Вот до этой стрелочки барабака добежала, понюхала старую циску и свежий фаервол. Что там такое страшное, дядя Коля? не томи!

Дядя Коля Рамен, в какой-то момент повествования облившийся пивом, уже взял себя в руки, отряхнулся от пены и иронично покачал головой:

– Ну ты змей, товарищ Князь… Всё рассказал – а на самом интересном месте сдулся! Да ты впятеро больше меня знаешь!

Князь Игорь сделал сложное лицо и со значением свернул шею бутылочке энергетика:

– Рамен, я монарх просвещённый, мне фантогена не жалко. Могу и квиринальчика внутрипопочно вмазать. Расширим сознание – мало не покажется. А вот ещё пуэрилин есть! Детство вспомнишь, в штаны сходишь…

– Ну ладно, ладно. Видишь, я готов к сотрудничеству? Ты забыл досказать ещё несколько очевидных штук. Судя по карте – там стандартный бункер-поплавок на двух сотнях. Один блок, этажей на пятнадцать. Четыре подходняка, один к стволу, это к связистам, четвёртый… Артезианка, наверное… А это что за домик? Ну-ка дай сюда планшет… Ёлки, что с царёвым домом сделали. Так она мне из домика или из бункера звонила? Слушай, Филин, – Вдруг расцвёл Рамен, – а ведь мы этот бункер пропустили тогда. Я вот его не знаю, а он есть. И Стрелку последний раз у Героев Плевны видели. Точно говорю, там она! Всё, я побёг! Княже, что я тебе должен?

Под грозно мутнеющим потоком диггерского сознания князинька всё больше хмурился, даже встал, ходить начал, но тут уже не стерпел, взревел архиерейским командным басом:

– Должен? А ну-ка сядь, Николай Семёныч, никто никуда не идёт! Ты хоть понимаешь, что когда ночью по городу в панике бежит олдскул-диггер с болторезом – население волнуется? Потому что примета дурная! Да по хорошему ты давно уже должен мастеру пяти веществ душу открывать, сам себя перебивая! Но давай всё-таки разберёмся как воспитанные люди. Что за гражданка, где её носило всё это время? О чём говорили? Где запись разговора? Ну?

Присмиревший Рамен задумался, но не сел, как было велено, а рассеянно побрёл в угол, к белевшему на горизонте холодильнику. Князь сделал ему вслед множество проклятий жестами, рожами и даже пинком ноги. Подумал немного и крикнул:

– Возьми мне там ещё банку злых ядов! На дверце!

– А мне пивка, пожалуйста, если холодное есть… – Ваня Филин, пересев в необъятный пуфик, отрешённо кайфовал от очередных извивов хитрого субботнего утра. На часах ещё десяти не было. И тут до него дошло, что князинькины хоромы – это просто один из залов местного кино-мультиплекса. В соседнем зале взвод визгливых деток смотрел «Тома и Джерри». «Аффигеть.» – подумал Филин. Князь обессиленно рухнул на хрустнувшее десятью суставами директорское кресло:

– Наглые вы, диггеры. Трудно с вами.

– Это вы с ним диггеры, – благодушно махнул рукой Ваня, – и это мне с вами трудно.

– А может всё-таки пару кубов квиринала? Кристаллы – вообще прозрачные.

– Ой да ну… Я ж не знаю ничего. И вообще, я не из этих. У меня, между прочим, выходной сегодня, первый за две недели.