Карамелька. Книга 1 (СИ) - Страница 70

- И? - не видела я связи.

- ВЫ проходите программу, вы на виду, если вы позволите эмоциям взять над вами верх, покалечив кого-нибудь в состоянии гнева, вас признают невменяемой. Потому что вы везде по документам проходите как пострадавшая от Инородцев, значит, потенциально опасная. Ваш случай не уникальный, когда вследствие тесного контакта происходит мутация чистокровного человека. Но не все они заканчиваются удачно. Если вы сорвётесь, это даст повод комиссии признать вас потенциально опасной для общества и изолировать. Знаете, куда попадёт ваш ребёнок?

- Куда? - пересохшими губами спросила я.

- В специальное военное училище для маленьких Инородцев, где из него сделают идеальную машину для убийства. Хотите ли вы такой судьбы своему дитя? Думаю, на этот вопрос не требуется ответа.

Доктор замолчал, а я пыталась переварить полученную информацию. Получается, я попала из огня да полымя? Проклятые Инородцы! Будь проклят тот день, когда приехала в их заштатный городишко! Или всё началось раньше? Что там Вадим говорил про обращение моего отца к нему за помощью в избавлении от бесплодия?

Теперь во мне и в моем ребёнке заинтересованы не только Инородцы в лице Вадима, но и государственная машина? Я внезапно успокоилась. Ну что ж, пока кому-то что-то нужно от меня, можно выторговать для себя бонусы. Так, для начала нужно успокоить семью. Нам потребуются все силы, чтобы выиграть в этой игре без правил под названием жизнь.

- Спасибо доктор за информацию, - вежливо поблагодарила я.

Он улыбнулся.

- Я всего лишь исполняю свой долг - спасаю жизни живых существ, как бы это пафосно не звучало. Я оставлю для вас рекомендации и список продуктов, от которых следует воздержаться.

Я кивнула и вышла из кухни.

Между Семёном и матерью происходил разговор на повышенных тонах. У бедного парня произошёл разрыв шаблона: как может мать, самое родное существо по умолчанию, целенаправленно вредить другому родному человеку? Да, сегодня его вера в непогрешимость родителей рухнула в одночасье. Как мне его жаль. Как мне больно за него. Я сама пережила подобное, когда узнала, что папа умер, оставив меня разгребать проблемы. Умом я понимала, что он ни в чём не виноват, но попробуй, докажи это эмоциям? Крушение иллюзий, взращенных с детства. Психологи утверждают, что это неизбежный шаг взросления и перехода во взрослую жизнь. У кого-то он проходит менее травмоопасно, у кого-то накладывается вот на такие жизненные обстоятельства.

Наташа упоённо перечисляла страдания, которые причинили ей Инородцы вообще, и я в частности. Я не стала дослушивать, ибо помнила о словах доктора и своей теперешней чрезмерной импульсивности, резко открыла дверь и вошла в комнату.

Быстрым шагом подошла к Семёну, и крепко прижалась к нему вместе с сыном.

- Родной, - сказала я, когда в комнате возникла тишина, - прости свою маму, она просто мама, которая боится за своего ребёнка. Как я за своего, - он посмотрел на меня как на сумасшедшую. - Нам через многое придётся пройти, любимый, поэтому давай побережём силы.

- Карамелька, - парень отстранил меня, - что ты такое говоришь? Мама чуть не отправила тебя на тот свет.

- Но не отправила же, - резонно возразила я. - Сень...

- Я оставил рекомендации на столе, - прервал нас голос доктора. - Ваш организм самостоятельно справится с ядом, лекарства ему будут только мешать. Через пару часов ваша кровь полностью очистится. Вы снова можете продолжить кормить своего ребёнка грудью, только сцедите первое молоко. И помните, о чём я вам говорил. Сохраняйте спокойствие. Провокаций в вашей жизни ещё будет предостаточно. Всего доброго, - он слегка поклонился и вышел.

Мы с Сенькой успели пожелать счастливого пути.

***

Медленно вытирала вымытые тарелки. Думала над тем, что сказала Наташа. Во время достопамятного разговора она, наконец, раскрыла причину своей неприязни ко мне и моему ребёнку. Вы думаете, все дело было в Инородцах, в её ненависти к иным? Я тоже так думала, но всё оказалось намного проще и банальнее.

Мой папа не был святым, и насколько был нежен ко мне, его дочери, и к своей жене, моей матери, настолько же он был жесток ко всем остальным. Нет, он не бегал с окровавленным тесаком, выискивая жертву. Он всегда был холоден и расчётлив. Его боялись. В его руках была определённая власть, позволяющая ему продвигать свои интересы на уровне федерации. Но папа никогда не был публичной личностью. Он скорее серый кардинал. И никогда не занимая никакой официальной должности. Я до сих пор не знаю, что смогло его свалить.

Папа никогда ни меня, ни маму не посвящал в свои дела, и у нас в семье было не принято спрашивать о работе. Мы просто каждый раз радостно встречали вернувшегося домой отца. Мы были папиной радостью, папиными куколками, которых можно было любить и баловать. Но всё же отец научил меня правильному обращению с деньгами. Он сказал: "Дочь, твой отец не вечен, ты когда-нибудь заведешь свою семью, и было бы неплохо, если бы у тебя на чёрный день всегда были деньги для себя и своих детей. Мужья и жёны часто ссорятся".

Я ещё тогда удивилась, сказала, вы же с мамой не ссорились. Он улыбнулся и потрепал меня по макушке. И начал учить тому, что мне сейчас очень пригодится: как при любом раскладе независимых от меня обстоятельств оставаться финансово свободной.

Так вот, оказывается, когда-то семья Натальи перешла дорогу моему отцу, а он никогда не оставлял за спиной врагов. Наташа выжила только потому, что к тому моменту была уже замужем за Себастьяном. Тот не будь дураком, рванул в такую глушь, что его никто искать не стал. А всё может потому, что он не привлекал внимание моего отца с самого начала и в делах тестя, отца Наташи не участвовал, будучи военным и постоянно в разъездах?

Наташа что-то нагадала? Че-пу-ха! Она увидела газету с фотографией моего отца и меня. Мы считались погибшими во время пожара в особняке. Тогда она поняла, кто я. Поняла, что мой отец меня спрятал в этой дыре, и что по иронии судьбы она, Наташа, ещё и помогала дочери того человека, который уничтожил всю её семью.

Тогда она возненавидела меня лютой ненавистью. Её жажду мести немного охладил тот факт, что меня похитили. Но когда я вернулась, жива-здорова, у неё совсем крышу снесло от чувства несправедливости бытия, затаённой ненависти к убийце семьи, и всепоглощающего страха, что мой отец тоже остался жив и рано или поздно приедет за мной. И тогда совершенно случайно может обнаружить недобитых врагов.

Единственное, что она могла сделать, находясь в своем положении, это отказать мне от дома и порвать все связи со мной, чтобы даже намёка не осталось, что мы знакомы.

Почему-то Себастьян не поддержал её паранойю. Может, что-то знал о настоящем положении дел с моим отцом. Однако, он продолжил общение со мной и даже сына не стал сильно ругать за то, что тот женился на мне.

Где-то я понимаю страх Наташи. Но ладно, она ненавидит меня из-за отца, но её сын-то причём? Сейчас мы очень тесно связаны, причиняя вред мне, она причиняет боль и ему.

- Значит, ты с самого начала знал, что я дочь убийцы твоих бабушки и дедушки? - спросила я негромко Семёна. Он старательно чинил игрушку, поломанную любопытным Славкой (что там есть интересного внутри?), сидя за кухонным столом.

- Ну, он же не лично их убивал? - пожал плечами парень, не отрываясь от починки. - А узнал, после твоего похищения. Мама сказала. Но тогда мне уже было всё равно, - он шмыгнул носом.

Сегодня умудрился сцепиться с соседом с четвёртого этажа, тот излишне фамильярно (на взгляд Семёна) поздоровался со мной. А он и так был взвинчен до предела, ну и набросился на любителя приветствовать чужих жён мягким похлопыванием по спинке. Тот тоже оказался не промах. Короче, здорово они друг другу наваляли. Теперь Сенька щеголяет разбитым носом, а сосед хвастается выбитым зубом.

Я присела перед ним на корточки, заглядывая в его лицо.

- И тебя совсем-совсем не волнует, чья я дочь?