Капкан на охотника - Страница 5

– Скажите, как давно вы были знакомы с Агатой Полежаевой?

– Около двух лет, с тех самых пор, как я устроилась работать в «Пегас».

– Делилась ли она с вами подробностями из своей личной жизни?

– Да, и иногда довольно откровенными. Уточните, пожалуйста, что вас интересует. Не ждёте же вы, что я их сейчас все подряд буду вам пересказывать?

Гуляев пропустил подковырку мимо ушей.

– Ну, допустим, рассказывала ли она вам о своих отношениях с мужчинами?

– Да. Но никогда ни с кем не знакомила лично, называла их только по именам, без фамилий. Обычно она бросалась в очередной роман с головой, и пока между нею и предметом её увлечения царило полное согласие, Агата вовсе не распространялась о подробностях. Более откровенной она становилась после очередного разрыва. Знаете, счастливая в личной жизни женщина может обойтись и без подруги. Зато каждой несчастной женщине подруга просто необходима. Вот в такие моменты Агата и рассказывала мне о своих мужчинах.

– Вам известно с кем у неё был последний роман?

– В сентябре она ездила на Чёрное море с каким-то Аликом. Кажется, он даже сделал ей предложение руки и сердца. Вернувшись с курорта, они разругались.

– На какой почве?

– Самой банальной. Алик этот оказался давно и прочно женат.

– Вы уверены, что после Алика никого больше не было?

– Уверена. Весь остаток сентября и первую половину октября мы довольно часто общались, и она постоянно жаловалась на полную неустроенность личной жизни на текущий момент. Нет, появись у Агаты мужчина, это бы не укрылось от моего внимания. Мы, женщины, чувствуем, когда где-то рядом заводится роман или интрижка, как кошки чувствуют приближение землетрясения. Я уверена, что у неё никого не было. Она даже объявление в Интернете собиралась разместить. Не знаю, сделала она это или нет, потому что на следующий день после того, как мы с ней это обсуждали, я заболела, а потом случилось это… Ну, в общем, я больше её не видела.

Капитан, насторожился:

– А что это за объявление в Интернете, о котором вы упомянули?

Я пожала плечами:

– Вообще-то, это была моя идея. Увидела объявление на автобусной остановке около моего дома, оторвала листочек с телефоном, сунула в карман, а позже, когда была в гостях у Агаты, предложила ей попытать счастье таким образом.

– Вы сами звонили по этому телефону?

– Нет.

– Вы помните текст этого объявления?

– Только приблизительно. Что-то про знакомства через Интернет, буквально пара строчек, номер телефона и женское имя.

– Какое?

Изящным движением кисти я нарисовала в воздухе математический знак бесконечности.

– Не помню точно. То ли Ирина, то ли Марина.

– А номер телефона?

Я посмотрела на капитана Гуляева, как на ненормального. Неужели сам он держит в памяти кучу ненужных телефонов?

– Тем более не вспомню. Кажется, в нём было несколько одинаковых цифр. Семёрок или двоек. Я в тот же вечер выбросила этот листок. К сожалению, это всё, чем я могу вам помочь, – попыталась я дать понять Анатолию Петровичу, что пора свёртывать нашу беседу – перерыв-то не резиновый.

Товарищ следователь намёка не понял и продолжил свой допрос как ни в чём не бывало:

– Скажите, Агата звонила по номеру, указанному в объявлении, в вашем присутствии?

– Нет, она звонила из коридора, а я находилась в комнате.

– Вам был слышен разговор?

– Нет.

– Она пересказала вам после содержание разговора?

– Нет, сказала только, что на следующий день у неё назначена встреча по этому поводу.

– С кем?

Во мне уже начало вскипать тихое раздражение от этого пинг-понга из вопросов и ответов. Но не пошлешь ведь капитана милиции открытым текстом.

– Понятия не имею. Наверное, с этой Ириной-Мариной.

– Скажите, а не хранила ли Агата у себя каких-то очень ценных вещей? – круто сменил тему Анатолий Петрович.

– Коллекцию фамильных бриллиантов? – не удержалась и уже в открытую съязвила я.

– Зря иронизируете по этому поводу, Татьяна Владимировна. Я пытаюсь найти причину, по которой ваша подруга была убита. Вполне возможно главной целью преступника были какие-то ценности.

– Какие там ценности! Да, Агата рассказывала мне, что прабабушка её была известной оперной певицей, всю жизнь собирала коллекцию живописи. Но за годы войны почти вся коллекция разошлась в обмен на продовольствие – только так членам семьи и удалось выжить в блокадном Ленинграде. Потом семья ещё несколько раз переезжала, а, как известно, один переезд равен двум пожарам, так что от всего былого великолепия в семье осталась всего одна небольшая картина. Агата называла мне имя художника, кажется, Коровин, не помню точно. Я в живописи не очень-то разбираюсь. Агата говорила, что это полотно дорого стоит, но продавать она его не собирается, потому что это память от бабушки, так оно и висит у неё в комнате.

– Вы имеете в виду пейзаж над диваном? – перебил меня Анатолий Петрович.

– Да.

«Раз Гуляеву известно, что это был именно пейзаж и что висел он над диваном, значит, картина осталась на месте», – сообразила я.

– Было ли в комнате ещё что-то ценное?

Я пожала плечами:

– Ну, музыкальный центр, телевизор, сервиз фарфоровый, тоже доставшийся в наследство… Она любила хорошо одеваться, на это всю зарплату тратила: шуба у неё была из нутрии, платьев, костюмов куча, бельё дорогое.

– Драгоценности?

– Были у неё какие-то цепочки, колечки. В основном подарки от мужчин. Она их особо не прятала, держала в жестяной коробке из-под чая на трюмо. Там же хранила и деньги.

Анатолий Петрович что-то записал в маленький блокнотик и задумчиво произнёс:

– Марку музыкального центра случайно не помните?

– Да я её никогда и не знала.

– Гм, ладно, – наконец-то Анатолий Петрович поднялся из-за стола и потянулся за своей курткой.

– И последний вопрос, – произнёс он, уже застегнувшись на «молнию» и взяв под мышку свою коричневую папку. – Скажите, вы случайно не знаете среди близких знакомых Агаты высокого широкоплечего мужчину?

– Ну, таких у нее был не один десяток. Вы уверены, что с этим человеком у Агаты был роман?

– Мужчина с такими приметами был, по словам соседки, у Агаты в день убийства.

Я уверенно помотала головой:

– Если у неё и был этот мужчина, то уж не по амурным делам, это точно. Со своими кавалерами она предпочитала встречаться на их территории. Это правило она соблюдала строго.