Избранные письма. Том 1 - Страница 23

Наибольшею полнотою отличаются мои справки о летних, провинциальных поездках. Здесь дело дошло до такого доверия, что двое предлагают уже взять нас в первое же лето на откуп, обеспечивая 400 р. на круг при 45 спектаклях в течение двух месяцев (с 15 мая по 15 июля). Эта цифра выяснилась потому, что я спрашивал, характеризуя дело, могу ли рассчитывать на 300 – 350 р. на круг.

Антрепренер Екатеринославского театра Любимов (Вы его знаете) дает и больше, но с условием, что повезет нас в Киев и Одессу. Я отношусь к этим городам робко, сохраняя их для второго и третьего лета. Там дела могут быть тысячные, опять-таки по отзывам всех, знающих это дело. В первое лето я предпочел бы меньший масштаб. Воронеж, Симферополь, Севастополь, Полтава, Екатеринослав, считающие весь вечеровой расход в 100 р. (кроме Екатеринослава), мне больше улыбаются. Но и тут все предсказывают 500 – 550 р. на круг minimum. Между всеми — Степанов, который только что управлял в этих городах поездкой Лешковской.

Все это только справки, но они в высшей степени подбодряют меня.

Хотелось бы в первое же лето доказать нашим капиталистам, что затея наша — не эфемерная, основана не только на художественных соображениях, но и коммерческих. Если бы наше дело с акционерами-капиталистами затянулось, то мы с Вами вдвоем повели бы первые годы на свой собственный риск. Капиталисты же нам нужны только на 3‑й год для нового театра.

Я не занимаюсь подробной сметой. Это мы с Вами сделаем зимой. То есть: 1) состав труппы, 2) репертуар, 3) годовой расход (по: а) 3 – 4 спектакля в Охотничьем клубе, б) вольные спектакли зимой там и сям и в) летние поездки) и 4) приблизительный приход.

Если Вы напишете мне до 21‑го, то адресуйте сюда: Ялта, до востребования. После 21 июля — Екатеринославская губ., почт. ст. Павловка.

Часто задаю себе вопрос: уверены ли Вы, что светские дамы, игравшие у Вас, смогут отдаться сцене на положении актрис, безусловно посвятивших себя ей? Смогут ли они, например, бросать свои семьи на лето, переезжать в Москве из одного места в другое и т. д.?

До свидания. Жму Вашу руку и прошу передать поклон жене Вашей.

Вл. Немирович-Данченко

Я говорю, что о полной смете еще не думаю, но все-таки нет‑нет и набрасываю ее. Притом, мне кажется, что мы будем иметь возможность, рассчитывая на большую продуктивность артистических сил, начать театр в Москве раньше, т. е. с зимы 1899/1900 года. Если вовлечь в дело Шувалова и Федотова, то основной репертуар из 25 пьес будет готов в два летних и один зимний сезон.

32. Е. П. Карпову[160]

18 июля 1897 г. Ялта

18 июля

Ялта

Дорогой Евтихий Павлович!

Мне очень бы хотелось иметь от Вас письмецо, чтобы из первых рук знать, каков предполагается сезон в Петербурге: пьесы, бенефисы и пр. В моем любопытстве, помимо общего интереса, есть и личный: что если, вопреки ожиданиям, я и в нынешнем году явлюсь с новой пьесой? В течение лета я, несмотря на множество обещаний, не написал и строки беллетристики. Качусь на рельсах только по направлению к театру. Что бы ни было — до конца лета занимаюсь пьесой[161].

Заодно черкните мне также, думаете ли Вы ставить «Цену жизни»? Ездили ли Вы за границу? и куда? и довольны ли?

Где Анатолий Евграфович[162] и Савина?

Я полтора месяца провел в степной глуши, а потом все странствую в расчете на «настроения и краски»[163]. Теперь вот уже вторую неделю — в Ялте, с женою, а скоро опять назад — в екатеринославские степи.

Недели две посвятил Московскому Малому театру. Все грехи его свел в систему и подал Пчельникову нечто вроде проекта «упорядочения дела»[164]. Вотще! В который раз убеждаюсь, что ему решительно все равно, хорошо идет дело или дурно. Будь я на его месте, я бы дорого ценил человека, который не устает говорить правду в глаза. А ему я, кажется, просто надоел.

Так напишите. Я знаю, что у Вас дела «выше головы», но сделайте милость, найдите минутку.

Жена шлет Вам привет. Я жму руки.

Вл. Немирович-Данченко

33. Из письма К. С. Станиславскому[165]

2 августа 1897 г. Усадьба Нескучное

Екатеринославской, Павловка

2 августа 97 г.

… Не могу я с Вами согласиться вполне (хотя и безусловно уступаю) во взгляде на «собственный риск» и «акционерное товарищество». И как раз по той же причине, что меня в этом деле манит общественная, просветительная сторона, а не антреприза для наживы. Дело в том, что с этой стороны, со стороны общественных и художественных стремлений, я вполне уверен в себе и нашел человека, в котором тоже уверен, — Вас, но акционеры носят в самом этом понятии все зачатки дивиденда, и я очень сомневаюсь, чтоб акционерное товарищество, сложившееся сначала для просветительных задач, не выродилось в конце концов в просто коммерческую компанию. С нетерпением жду Устава, так как особенно интересуюсь вопросом, как Вам удалось предупредить именно этого рода вырождение идеи. Если дело начнет (я говорил о риске именно при начале дела) акционерная компания, то она будет диктовать Вам и программу. Если же дело будет поставлено Вами, то уже само Товарищество составится для поддержки Вашего дела. Огромная разница — устраивать акционерное общество для создания дела или для расширения уже начатого. Вы понимаете, что состав лиц, приобретших акции, не играет никакой роли. Дело в акциях, которые могут переходить из рук в руки, а не в лицах[166].

Замечу еще, что, все думая и думая, я все больше и больше склоняюсь к общедоступным театрам[167], а не просто к художественному театру.

Не посмотрите ли, в самом деле, Петровскую[168]?

На днях я от Вас жду еще письма — в ответ на мой бюджет.

Пока до свидания.

Я буду в Москве к 1 сентября, и раньше Вы не вправе уезжать из Москвы. По приезде хочу немедленно свидеться с Вами.

Привет Вашей жене. Крепко жму Вашу руку.

Вл. Немирович-Данченко

Посмотрите Петровскую. Мне кажется, что она должна быть лучшей Ганнеле[169] по нервности и темпераменту. Я с своей стороны готов повлиять, чтоб она осталась в Москве, если Вы ее обеспечите. Во всяком случае, если Вы кончите с Шульцем[170], то более, чем прежде, будете нуждаться в драматической актрисе, и чем их будет больше, тем лучше. Она еще совершенно не готова, хотя вот уже три месяца играет первые роли. Тем не менее думаю, что, при опытном руководителе, из нее должна выработаться сильная актриса. Хотя я думаю, что ей полезнее прослужить зиму в Вильно. Пусть еще привыкнет к сцене. Да и разрывать ей с Незлобиным очень неловко[171]. …

34. Е. П. Карпову[172]

21 августа 1897 г. Усадьба Нескучное

21 авг.

Дорогой Евтихий Павлович!

Большое спасибо за скорый и, сравнительно, подробный ответ. Тем более ценю, что знаю, как у Вас много дела.

От всей души порадовался за назначение Анатолия Евграфовича[173]. Молодые силы забирают театр — это очень хорошо. Думаю, что он будет чудесным товарищем в Вашей режиссерской работе.

Я не отвечал Вам долго потому, что ждал, пока вопрос о моей пьесе выяснится передо мною самим. Теперь я знаю, что она не будет готова не только к сентябрю, но даже вряд ли среди зимы. Многое в ней мне еще самому неясно.

В своей записке Пчельникову я писал о многом[174]. Я разбил вопрос на три категории: 1) Репертуар. Нахожу необходимым большую прочность и устойчивость основного (Островский и классики) и неизмеримо более строгий выбор текущего. 2) Режиссерское управление — самая слабая сторона Малого театра. Я держусь взгляда, что эта отрасль администрации должна быть поставлена и в численном, и в материальном, и в художественном смыслах совсем заново. Я писал очень подробно о характере и порядке репетиций и о необходимости иметь: а) главного режиссера, б), в) двух вторых режиссеров и г), д) двоих помощников. 3) Труппа, приведенная в Малом театре бессмысленною системой Черневского к странной смеси замечательных актеров с совершенными юнцами. Отсутствие актеров на многие амплуа. Неправильность взгляда, что кадры должны пополняться только из школы. Отсутствие регулярно доставленных дебютов.