Избранное - Страница 44
Изменить размер шрифта:
Живая вода
С лица воды не пить, а я все пью,
И не напиться этой мне водицей,
Чтобы запомнить красоту твою,
Которая уже не повторится.
Ее изменят белый свет луны
И золотая тень дневного света…
Уже не повторить такой весны,
Уже не повторить такого лета.
Так для чего дается красота,
Похожая на струи дождевые?
Чтоб показалось, что она не та,
Когда ты с ней столкнешься не впервые?
И, женщину сто тысяч лет любя,
Увидев вновь, почувствуешь мгновенно:
Она сама вчерашнюю себя
Зачеркивает так самозабвенно,
Чтоб новой стать – совсем уже иной,
Не разбирая, в чем она иная…
Я пьян, с лица стекающей водой,
Пока она – не мертвая – живая,
Веселая, как солнышка печать,
Свободная, как ветер во Вселенной,
Пока могу оттенки замечать
И принимать за счастье перемены.
«Когда сойдет июльская жара…»
Когда сойдет июльская жара
И август обозначит перспективу
Грядущих холодов,
Наступит понимания пора,
Как просто быть счастливым
Среди сентябрьских золотых садов,
Откуда дачники вывозят урожай
В своих авто, тяжелых, словно танки,
Оставив возле яблони останки
Хозяйского, былого куража
Для перелетных птиц…
И ты средь них
Торчащий, словно пугало, без толку,
В себе отыщешь старых дум осколки,
Будто в альбоме на забытой полке
Изображения забытых лиц.
О, как светло осколки разбирать,
Смеяться и грустить попеременно,
И перспективу жизни принимать,
Как женщины единственной измену,
Ей все прощая…
В этом весь секрет
Такого неожиданного счастья.
Как вовсе нет погоды у ненастья,
Так, без ненастья, и погоды нет.
Музыка
Свет, отраженный от окон твоих…
Звучала музыка во мне,
И вдруг она умолкла.
Мерцали звезды в вышине,
Как дальних окон стекла.
Из пустоты глухонемой
Тянулись нити света,
Как будто некий мир иной
Ждал от меня ответа:
Зачем живу, и сам я – кто,
И где – всему начало?
И я не знал, ответить что,
А музыка молчала…
И в этом тоже был ответ
Той тишине бездонной,
Где никогда не гаснет свет,
Свет отраженный…
«Порою, ты мне кажешься сестрой…»
Порою, ты мне кажешься сестрой,
Как будто в нас кровь общая струится…
В глаза мои ты так глядишь порой,
Как смотрит в очи братские сестрица.
Я этому сравненью даже рад,
И пусть оно – из правил исключенье,
Мы пред искусством, как сестра и брат,
Все остальное – грех кровосмешенья.
«Ты мной любима даже и тогда…»
Ты мной любима даже и тогда,
Когда любовь на ненависть похожа,
И онемев, язык сказать не может
О ней ни слово «нет», ни слово «да».
Как будто чувство, это – тайный код,
Который неподвластен объясненью,
И все, что даровало Провиденье,
Оно же, без зазренья, отберет!
И годы счастья, и короткий миг,
Где – что-то перепутавшие люди:
Друг друга ненавидим, словно любим,
И любим, будто ненавидим – мы…
«День стал длинней, погода холодней…»
День стал длинней, погода холодней —
В природе все разумно и прекрасно.
И в череде идущих зимних дней
Люблю тебя спокойней и нежней,
Что с возрастом, должно быть, сообразно.
Люблю тебя нежнее, но при том
Спокойствие мое – не есть остуда.
Так в ореоле солнца золотом
Тепло таится то, что подо льдом
Земле еще не ведомо покуда.
Но день длиннее, значит, каждый час
Зиме не стоит хмуриться сердито.
Лед все прозрачней, все наивней наст.
Все очевидней перемены в нас,
Все ощутимей то, что в сердце скрыто.
«Ты дорожишь случайным взглядом…»
Ты дорожишь случайным взглядом,
Случайным вздохом за спиной,
И забываешь тех, кто рядом
Живет с тобой судьбой одной.
Ни в чем не соблюдая меры,
Ты даже в нежности жесток.
Все веришь в мифы и химеры,
А доброта тебе не впрок.
Неужто в том лишь суть искусства
И вдохновенья злая суть,
Чтоб превращать химеры в чувство,
Чтоб мифом стать когда-нибудь?