История магии - Страница 22

Экстаз может настолько возбудить силы звездного тела, что оно оказывается способным потащить за собой и материальное тело, подтверждая тем самым тот факт, что цель души – восходить вверх. Нет ничего неправдоподобного в рассказах о левитации людей в воздухе, а вот рассказов о нахождении, пусть даже кратковременном, людей в воде или в земле нет. И столь же невозможно было бы для отделенной от тела души пребывать в нашей слишком плотной для нее атмосфере. Покинувшие этот мир не могут появляться среди нас, что бы ни говорили медиумы. Любившие нас по-прежнему могут наблюдать за нами и являть нам себя – но косвенно, как миражи или отражения в общем зеркале Астрального Света. Более того, дела смертных им более неинтересны; по-прежнему привязывать их к нам могут только самые возвышенные из наших чувств, соответствующие вечному образу.

Таковы каббалистические откровения, запечатленные в таинственной книге Зогар. С научной точки зрения это, конечно, лишь гипотезы, но выведенные путем ряда точных рассуждений, в основе которых лежат неоспоримые наукой факты.

Здесь мы подходим к одной из самых опасных тайн Магии. Это более чем вероятная гипотеза по вопросу существования тех флюидических лярв, которые в терминологии древнего оккультизма именовались «элементарными духами» или «духами стихий». В «Учении и ритуале Высшей Магии» уже было немного об этом сказано, и несчастный аббат де Виллар, подвергший это страшное откровение насмешкам, жизнью заплатил за свою неосторожность[65]. Причина опасности этой тайны – в том, что она граничит с Великим Магическим Арканом. Истина в том, что вызывание духов стихий подразумевает силу, способную сгущать флюиды с помощью проекции Астрального Света, а сила эта при подобном использовании может порождать лишь беды и несчастья, как еще будет показано. Между тем вот основа гипотезы и факты: дух вездесущ, и именно он одушевляет материю; он преодолевает силу притяжения за счет совершенствования своего носителя. Как мы видим вокруг себя, форма развивается вместе с инстинктами до тех пор, пока не обретает разум и красоту. Это происходит за счет усилий света, направляемого духом; это часть таинства всеобщего прогресса.

Свет – это действующий агент форм жизни, поскольку он представляет собой одновременно и движение и тепло. Будучи зафиксированным и поляризованным вокруг единого центра, он сотворяет живое существо и привлекает пластичное вещество, необходимое для того, чтобы это существо выжило и совершенствовалось. По последним данным, это пластичное вещество состоит из земли и воды – недаром в Библии оно названо «прахом земным». Но этот свет не есть сам дух, как то считают индийские иерофанты и представители колдовских школ, – он лишь орудие духа. Не является он и телом «протопластов», как то утверждают оккультисты александрийской школы. Это первое физическое проявление Святого Духа. Бог создает его повсюду, а человек, созданный по образу и подобию Божьему, может его видоизменять и, кажется, даже усиливать[66].

Классическая легенда гласит, что Прометей, украв небесный огонь, тем самым дал жизнь образам, создаваемым из земли и воды, за что Зевс проклял его и приковал к скале. В тайных книгах каббалистов говорится, что духи стихий – это дети одиночества Адама, порожденные его снами, в которых он мечтал о женщине, еще не дарованной ему Богом[67]. Парацельс утверждал, что менструальная кровь женщин и ночные поллюции во сне одиноких мужчин населяют воздух привидениями[68]. Согласно магистрам, это достаточно ясно указывает на возможное происхождение лярв, и вряд ли тут требуются дальнейшие пояснения.

Такие лярвы имеют воздушное тело из паров крови. Именно поэтому их притягивает кровопролитие и в древности они питались дымом жертвоприношений. Именно они – те кошмарные порождения ночи, которые принято называть инкубами и суккубами. Сгустившись достаточно для того, чтобы обрести видимое состояние, они напоминают пар, слегка окрашенный отражением образа. У них нет своей личной жизни, они копируют вызвавшего их мага, как тень копирует оригинал. Гуще всего они скапливаются вокруг идиотов и тех аморальных созданий, у которых в ходе изоляции вырабатываются ненормальные привычки. Части тел этих фантастических существ очень непрочно держатся вместе, они боятся открытого пространства, сильного огня, а больше всего – острия меча. Они становятся чем-то вроде парообразных придатков к истинным телам своих родителей, поскольку живут только за счет либо тех, кто их создал, либо тех, кто их вызвал. Вполне возможно, что если такую тень ранить, то и родитель внезапно получит увечье, даже нерожденное дитя может быть покалечено воображением матери. Мир полон подобных явлений, которые иначе не объяснить.

Такие лярвы паразитируют на жизненном тепле здоровых людей, а слабых – быстро истощают. Таков источник историй о вампирах. И именно поэтому вблизи медиумов, на которых лярвы паразитируют постоянно, ощущается холод. Эти существа никогда не появляются рядом с человеком, способным раскрыть тайну их чудовищного происхождения.

Мы не имеем права трактовать Священное Писание ни с религиозной, ни с догматической стороны. Подчиняясь в первую очередь иерархическому порядку, мы оставляем теологию сановникам церкви, а к человеческой науке относим лишь то, что лежит в области опыта и разума. Следовательно, в тех случаях, когда мы позволим себе некую трактовку библейского текста, это всегда будет делаться с должным уважением к каноническим решениям. Мы сами не творим догм и все наши наблюдения и изыскания оставляем на суд законных властей.

Читателя древней истории рода человеческого в священной книге Моисея не может не поразить описание Земного Рая, изображаемого в виде совершенного пентакля. Рай имеет круглую или квадратную форму, омывается двумя одинаковыми реками, образующими крест, а в середине его расположены два дерева, Древо Познания и Древо Жизни, означающие стабильный разум и движение вперед, мудрость и творение[69]. Вокруг дерева обвился змей Асклепия и Гермеса; в его тени сидят мужчина и женщина, активное и пассивное начала, разум и любовь. Змей, символ изначального влечения и центрального огня Земли, искушает женщину, как более слабую, а она уже принуждает поддаться искушению и мужчину. Однако победа Змея над женщиной – лишь временная, впоследствии она сокрушит его, подарив миру Спасителя. Так в одной изумительной сцене представлена вся наука[70].

Прислушавшись к чувственным соблазнам, человек покидает царство разума. Он оскверняет плоды познания, которым предписано было стать пищей духовной, использовав их для плотского удовлетворения, а потому – теряет чувство гармонии и истины. Ему приходится завернуться теперь в шкуру животного, потому что рано или поздно, но в конце концов – неизбежно, физическая форма должна прийти в соответствие с моральными установками. Человека изгоняют из круга, омываемого четырьмя реками жизни, а вернуться в царство согласия ему теперь не даст херувим с пламенеющим мечом.

Как мы уже видели в «Учении и ритуале Высшей Магии», Вольтер обнаружил, что на иврите слово «херувим» означает «бык», и очень развеселился на этот счет. Наверное, ему было бы не так смешно, если бы он знал, что ангел с головой быка является образом мрачной символики, а пламенеющий меч означает те проблески непонятой и искаженной истины, из которых после Падения произросло множество идолопоклоннических культов всех народов. Меч означает, помимо того, и свет, которым человек разучился управлять, подпав вместо этого под власть самого света. Великое магическое Делание, понимаемое в абсолютном смысле, – это завоевание пламенеющего меча, а херувим – это душа Земли, неизменно изображаемая в таинствах древности в виде быка. Отсюда происходит и символика митраизма, где повелитель света убивает быка Земли и втыкает ему в бок меч, освобождающий жизнь, представляемую каплями крови.