История города Москвы - Страница 39
Строителем всего жилого дворца быль Алевиз Фрязин от града Медиолана.
Постройка продолжалась несколько лет, по одному известию (Устюж. Лет. 179) даже 12 лет, и была окончена в 1508 г., через два с половиною года по кончине основателя этих строений вел. князя Ивана Васильевича.
7 мая 1508 г., во второе воскресенье по Пасхе, новый государь Василий Ив. перешел на житье в эти кирпичные палаты, которые сохранились и до нашего времени, составляя три нижних этажа ныне существующего так называемого Теремного дворца (Альбом видов, № XIV).
С кончиною вел. князя Ивана III, первого Московского государя, не произошло никаких перемен и ни малейшего ослабления ни в делах развития государственности, ни в домашних делах по устройству гнезда этой государственности, отныне славного и преименитого города Москвы.
Достойный преемник первого государя, Василий Ив., рожденный от Царевны Грекини, прямо уже стал именовать себя Царем, т. е. прямо обнаружил могущество и силу водворенной его отцом государственной идеи.
В городском устройстве Москвы он также неутомимо следовал по направлению, указанному и утвержденному отцом, которое ставило необходимою задачею по крайней мере хотя одни Божии храмы строить каменные и кирпичные.
Всего через 8 месяцев по кончине отца он начал свои строительные работы сооружением в Кремле кирпичной церкви во имя Чуд. Николы, которая была заложена 21 июня 1506 г. на месте, где прежде стояла деревянная старая церковь, прозываемая Никола Лняной и Елняной. Храм был выстроен в 9 недель и освящен 1 октября. Вел. князь поставил в ней чудотворную икону Николы Гостунского, отчего храм стали прозывать Никола Гостунский. Затем в 1508 г. окончены были строением Архангельский собор и колокольница Иоанн Лествичник, которую строил Фрязин Бон. Несомненно, что и тогда она была выстроена столпом.
В том же 1508 г. Фрязин Алевиз Новый построил церковь Иоанна Предтечи у Боровицких ворот. Освящена ноября 5.
В 1508 г. весной вел. князь велел Алевизу Фрязину вокруг града (Кремля) ров делать камением и кирпичем и пруды чинити вокруг града. В 1516 г. на Неглинке для этих прудов заложили третью плотину против Ризположенской стрельницы (Троицких ворот) и мост каменный, а ниже по течению две плотины были прежде заложены.
Пользуясь пребыванием в Москве Итальянских мастеров и в особенности славного Фрязина Алевиза, государь со многим желанием и верою повелел в 1514 г. весною заложить и делать каменные и кирпичные церкви не только в Кремле, но и на обширном близком и далеком посаде. В Кремле таким образом была заложена на сенях дворца церковь Рождества Богородицы с пределом св. Лазаря. На посаде в разных местностях были заложены девять церквей, строителем которых был тот же Алевиз.
В то же время в Кремле, как упомянуто, Юрий Григорьев Бобынин, вероятно богатый гость, поставил кирпичную церковь св. Афанасия Александрийского, на Кирилловском подворье.
После того в 1519 г. государь повелел разобрать старую ветхую церковь Вознесения в Вознесенском монастыре и заложил новую.
В 1527 г. государь поставил церковь камену с пределы на своем дворе во имя Преображения Спаса (Спас на Бору) и другую у Фроловских ворот св. муч. Георгия.
Подобно тому, как после Ивана Калиты сын его Семен старательно украшал построенные отцом церкви иконами и стенописью, так и новый государь Василий Ив. с таким же старанием стал украшать стенописью и иконами новые храмы, сооруженные его отцом. Переселившись весною 1508 г. в новый кирпичный дворец, он тогда же повелел подписывати свою дворцовую церковь Благовещение. Мастер этой подписи был Феодосий Денисьев с братиею. Другое свидетельство об этом рассказывает, что вел. князь с великою верою и желанием повелел церковь подписати златом и все иконы церковные украсить и обложить серебром и златом и бисером, Деисус и Праздники и Пророки, повелел и верх церковный покрыть и позлатить.
В 1514 г. с такою же щедростью был украшен и Успенский собор, в котором его святое сокровище Владимирская икона Богоматери была благоговейно поновлена митрополитом Варламом и богато украшена, при чем устроен был для нее и особый кивот, украшенный серебром и златом, а весь собор вел. князь повелел украсить стенописью, которая была исполнена уже в 1515 г. августа 27, «вельми чудно и всякой лепоты исполнена». Изумительно было видеть, говорит современник-летописец, каждому входившему в храм созерцая превеликое пространство соборной церкви и многочудную подпись и целбоносные гробы чудотворцев, воистину можно было думать, что не на земле, а на небеси стоишь.
Само собою разумеется, что постройка в это время многих новых церквей влекла за собою не малые заботы об их внутреннем устройстве не только иконами, но и различною церковною утварью, для чего требовались мастера разнородных художеств. Мы видели, что Итальянские мастера проживали и работали в Москве еще со времен Ив. Калиты. Римлянин Борис лил колокола еще в 1340-х годах. С той поры Итальянцы, по-видимому, не оставляли Москвы, приезжая в нее и по призыву и по своей воле. Особенный их наплыв последовал со времени прибытия в Москву знаменитого Аристотеля. Путешественник Итальянец же Контарини в 1476 г. нашел в Москве золотых дел мастера, по имени Трифона, Катарского уроженца, который работал для вел. князя прекрасные сосуды.
Вызывая из Италии первее всего архитекторов и пушечных литейщиков, вел. князь Иван Вас. вместе с ними призывал и других техников, особенно по отделу металлического производства, которое больше всего требовалось и для литья колоколов и для украшения икон окладами, и для изделий всякой церковной и домовой утвари.
В 1490 году, если еще не раньше, вел. князь посылал даже двух немцев, Ивана да Виктора, на Печору отыскивать серебряную руду, которые и нашли руду на р. Цимле, серебряную и медную, в 1491 г., на пространстве 10 верст, за 3½ тысячи верст от Москвы.
В 1490 г. зимой прибыли в Москву с нашими послами архитектор Петр-Антоний, ученик его Зам-Антоний, мастера стенные и палатные; пушечный мастер Яков с женой, серебряные мастера: Христофор с двумя учениками от Рима, Олберт Немчин из Любека, Карл с учеником из Медиолана, Петр Райка Грек из Венеции, каплан белых чернцов Августинова закона Иван Спаситель, органный игрец, и затем лекарь жидовин Мистро-Леон из Венеции[64].
В 1493 г. в мае снова были посланы наши послы в Венецию и в Медиолан призывать мастеров. На этот раз в 1494 г. прибыл в Москву стенной мастер Алевиз и Петр пушечник и иные мастера.
Надо заметить, что вызов мастеров, кроме затруднений в приискании охотников ехать в неведомую Москву и в уговорах с ними, сопровождался еще более важными и несносными затруднениями в том, что добрые наши соседи не пропускали их через свои земли – на северной границе немцы, на средней Литовско-Польское государство, на юге Валашские владетели. Так в 1493–1495 г. наших послов с мастерами не пропустили Поляки, почему послы должны были поворотить к Стефану воеводе Валашскому, который, пользуясь случаем, задержал их у себя и велел мастерам делать ему, кто что умел. Это продолжалось года три-четыре. Вел. князь принужден был просить Крымского Менгли-Гирея, дабы выручил их из плена. Гирей исполнил его просьбу и забрал послов и мастеров к себе в Перекоп, откуда, вероятно, они и были доставлены в Москву. Однако воевода Стефан все-таки оставил у себя четырех мастеров лучших да насчитал расходов на 150 тысяч, будто издержал на послов во время их пребывания у него, им же и задержанных (Сборник Истор. Общ., т. 95, с. 22, 54–56).
В ноябре 1504 г. опять наши послы привели с собой из Заморья многих мастеров серебряных, пушечных и стенных.
О пушечном литье летописцы оставили мало сведений. Они упомянули только о великой пушке, слитой в 1488 г. Фрязином Павлином Дебосисом.
Наибольшее их внимание было обращено на литье колоколов. Между прочим они записали, что в 1503 г. слит колокол большой Петром Фрязином, меди в нем 350 пудов, кроме олова.