Истинная против воли (СИ) - Страница 33

Пытаюсь вырваться, но это практически невозможно из такой дурацкой позы.

- Все, шутки кончились, гадина! Держите ее ребята. Сначала развлекусь я, а потом – ваша очередь – говорит Леос, чтоб у него стручок отсох и отвалился.

- Нет! Не трогайте меня, уроды!

Леос уже очень близко, он склоняется надо мной, протягивает свои мерзкие загребущие ручонки… Не могу такое терпеть! Не буду терпеть! Они не могут так себя вести с женщинами, со мной! Они слабаки!

- Вы - слабаки! Мелкие, мерзкие и слабовольные уродцы, способные только издеваться над беззащитными! Слабаки! Безвольные вялые куклы!

Я все еще кричу что-то подобное, когда тело обдает холодом, мои руки и ноги вдруг становятся свободными, а рядом с глухим стуком падает Леос, вылупив в ужасе глаза.

Мгновенно поднимаюсь и недоуменно смотрю на троицу, которая в странных позах развалилась на земле. Все трое живы и в сознании, но судя по их испуганным глазам – не могут двинуться.

Облегченно выдыхаю, чувствуя себя на удивление чудесно и бодро, словно не потратила сейчас кучу сил на неравную борьбу с тремя отморозками. Сначала не понимаю, в чем, собственно дело, а потом, как по щелчку, до меня доходит. Это я сейчас свампирила из них энергию! Вот это да! Просто выпила почти досуха! Потому они лежат, как старые рваные коврики перед входной дверью, а я чувствую себя долбанным феррари, того и гляди – слечу с катушек и понесусь куда-то на запредельных скоростях!

Ладненько! Это все хорошо, но отморозки рано или поздно придут в себя. Желательно, чтобы я к тому времени была уже у эльфов. Поэтому, хорошенько пнув Леоса под ребро, беру сумку и с низкого старта бегу, перепрыгивая через камни.

Чтобы на очередном повороте на всех своих скоростях влепиться во что-то твердое и большое. Едва сообразила, что это что-то - живое, а меня уже хватают мужские руки. Ну, все. Сейчас точно кто-то останется без больших пальцев!

Выворачиваю мужской большой палец руки в другую, неанатомическую сторону, слышу ругательство, значит, делаю все правильно. Давно не занималась, подзабыла чуток приемы самозащиты. Но тело работает на рефлексах, вот что значит, отрабатывать долго и нудно все приемы в течение многих лет под чутким руководством деда! Стоило что-то сделать не так - лозина стегала немилосердно. На мои жалобы и вопли дед всегда отвечал поговоркой «Трудно в ученье, легко в бою». И продолжал стегать по ногам. Кто ж знал, что мне пригодятся эти навыки?

Мужчина падает на колени, я уже собираюсь припечатать его шокером, когда меня останавливает знакомый девичий голос:

- Ну, ты вообще ненормальная, как для человечки.

Так меня смеет называть только одна девушка в этом мире. Резко поворачиваю голову в сторону голоса и чувствую, как острой волной во мне вспыхивает радость. Бросаю шипящего от боли мужика и кидаюсь нападать с объятиями на смеющуюся пантерку.

- Мика!

Какое-то время мы радостно смеемся и обнимаемся, потом узнаю в мужчине, на которого напала, Шейна. И тут я сильно удивляюсь. Пантерка, заметив мои взгляды, говорит:

- Давай продолжим путь, а вечером, на привале, я все расскажу.

Согласно киваю и, взяв девушку под руку, уже гораздо веселее топаю по тропинке. Шейн какое-то время немного обиженно сопит, приходится извиниться и объяснить, что была слегка не в себе из-за предыдущего неприятного инцидента с волками. В подробности я не вдаюсь, обрисовав ситуацию в общих чертах, но и этого хватает, чтобы Шейн собрался возвращаться и лезть в драку. Я его успокаиваю, сказав, что волки придут в себя нескоро, а бить лежачих и беспомощных – не наш метод. Немного подумав, сокол соглашается, и остаток пути мы идем весело и быстро, разговаривая о всякой приятной ерунде.

Вечером, соорудив лежаки и усевшись чуть дальше от костра, я, пользуясь тем, что Шейн занят готовкой ужина, с нетерпением пристаю к пантерке.

- Ну же, Мика, сколько можно меня томить? Я уже дозрела. Рассказывай!

- Что рассказывать? – делает невинные глаза эта нахалка.

- Все! Или я тебя сейчас покусаю! – демонстрирую шутливый зверский оскал, вызвав смех у девушки.

-Ну…, когда ты ушла, оставив нас троих, было «весело». Николло с братом вернулись и тут же принялись тебя искать, хотя я сказала, что ты хотела уйти и не стоит искать кого-то против его воли. В общем, в тот вечер мы мяса так и не поели. Я осталась в лагере, немного злая, а эти два дурака бегали по лесу, стараясь напасть на твой след. Естественно, у них это не получилось. Вернулись они уже под утро, страшно злые. Я прикинулась спящей и подслушала часть разговора. Жозе психовал, он уже видел тебя своей второй женой, а тут такой облом. Николо его успокаивал, говорил, что отведут меня к себе в поселение, а потом займутся поисками более тщательно. Если честно, мне было неприятно это слушать, ведь я абсолютно внятно сказала, что ты не хочешь быть с Жозе, но, похоже, никого из мужчин это не волновало.

- Что, впрочем, не удивительно для вашего континента – не сдержалась я, вставив реплику.

- Да. Наверное. Сейчас я и сама стала замечать, многие недостатки нашего жизненного уклада, которые раньше в упор не видела – задумчиво отвечает Мика. – Как бы то ни было, мы пошли в поселение. А там меня ждал неприятный сюрприз.

- Дай угадаю. Не все так радужно, как рассказывал Николло?

- Совсем не радужно. Оказалось, что у него уже есть три жены. ТРИ, понимаешь?! А мне отводится роль самой младшей, четвертой супруги, права которой настолько ничтожны, что некоторые служанки и то живут лучше. Причем, даже не знаю, что меня разозлило больше: тот факт, что я буду не первой, или то, что Николло все это время скрывал, что у него вообще есть жены. И, кстати, в тот день, когда мы встретили мужчин, они ходили к волкам. Там у Николло давняя любовница и ребенок – смесок. Представляешь? Этому похотливому уроду мало жен, он еще и налево ходит, а также детей вне брака плодит, гад!

- Вот реально, гад! Кошак блудливый! – возмущаюсь я, поддерживая подругу.

- Когда я это узнала, то решила, что не буду с ним. Так ему и сообщила. Николло стал просить прощения, уговаривать, рассказывать о любви. Но у меня словно пелена с глаз упала. Я вдруг четко поняла, что не чувствует он ко мне ничего. Поэтому сказала, что когда сбежала к нему, моя семья отказалась от меня, и все приданое перешло моей сестре. Так что я, по факту – нищенка.

- А приданое, видать, у тебя было хорошее – поддакнула я. – Да ладно, не красней, я уже давно поняла, что ты не из бедной семьи.

- Да, не из бедной. В общем, как я и думала, Николло сразу же растерял всю свою любовь. Даже разговаривать со мной перестал, корча обиженного. Ну а я, пользуясь случаем, тайком собрала сумку и в одно прекрасное утро тихонько сбежала.

- Умничка!

- Ну, так, чья ж школа – смеется Мика. – На самом деле, ты на многое мне открыла глаза, за это я буду благодарна тебе всю жизнь. Едва выйдя за ворота, я сразу же вспомнила твои слова на счет сокола. И другими глазами посмотрела на Шейна и его поступки. И очень резко увидела разницу между ним и Николло. Поэтому, даже особо не задумываясь, я сразу же пошла в поселение к соколам. Надеясь, что меня не только не прогонят, но и приютят.

Говоря это, Мика влажными глазами посмотрела на Шейна, посыпающего специями куски мяса на костре. А мужчина, словно почувствовав взгляд девушки, поднял голову и улыбнулся ей очень теплой и любящей улыбкой.

Наблюдая за ними, я почувствовала какую-то щемящую тоску в сердце, которой раньше не было. Ри, как ты там? Помнишь ли обо мне? Или забыл, едва я ушла?

- И кстати про соколов, - продолжает прерванный разговор Мика, после того, как мы поужинали вкуснейшим мясом и кашей, - ты оказалась права на счет той травы. Найя взяла мужиков покрепче и пошла поговорить с внучкой той ведьмы, что настаивала на принятии лекарства. И там их ждал сюрприз. Нашлись записи ведьмы, ее дневники. Внучка их когда-то читала, но побоялась обнародовать, а теперь у нее не было другого выхода. Вот из этих дневников и выяснилось, что у ведьмы был любимый, от него она понесла ребенка. Вероятно, они были даже венчаны, трудно сказать, многие записи испорчены от времени и неаккуратного хранения. А потом счастливый отец семейства нашел свою истинную. И бросил ведьму с ребенком ради новой семьи.