Искра в бушующем море - Страница 12

Элла медленно потянулась к кристаллу с силой. Единственному кристаллу на ее шейном ремешке. Сложно создать запас, когда постоянно приходят незваные гости. Главное сейчас – не выдать себя, пусть он думает, что остался незамеченным. То, что чародейка принимала за луну, приблизилось еще немного. Элла шикнула на Туму.

– Уходи!

– Что случилось, дитя? – Тума была не из пугливых и вполне ожидаемо захотела объяснений.

Элла сорвала кристалл и закрыла глаза, позволяя силе пройти по телу. Прошептала еле слышно:

– Нас посетил Дух пустоши.

Тума сощурилась и тронула собеседницу за плечо.

– Может, лучше позвать Нерфа? У нас есть условный сигнал.

Элла сделала глубокий вдох, прикидывая, как долго псевдо-луне добираться до балкона.

– Дух пустоши – не поглотитель, Тума. Дух пустоши – убийца, – констатировала она, собирая силы для удара.

Элла уже встречалась с Духом пустоши, когда шла к Священным пещерам, месту, где сорвала Пестрый локон. В тот день, чтобы победить Духа, ушла почти вся чаша, три кристалла с силой и один с защитным заклинанием. Сегодня Элла отлично понимала: он прорвет оборону без особого труда. Но в парадном зале сидели люди, не способные противостоять убийце, и другого варианта у чародейки не было. Только бы Драк подоспел раньше, чем все закончится!

Дух ударил первым. Едкий серый дым леской разрезал пространство. Элла почувствовала жгучую боль в груди. Стало трудно дышать и потемнело в глазах. Собралась, отразила атаку, а на остатки сил сотворила барьер, не пропускающий дым в зал. Все! Различия между чародейкой и людьми за ее спиной исчезло. Силы не осталось. Боль не отпускала. Дым несколько раз ударил в созданную завесу, а затем распался на тысячи игл и атаковал снова.

Краем глаза Элла видела, как рядом неестественно скрючилась Тума, глаза брюнетки смотрели в пустоту, а рот раскрывался в отчаянной попытке ухватить немного воздуха. Шарф слетел с шеи и валялся рядом, а пышная юбка сбилась и превратилась в гармошку, обнажая обручи каркаса платья. Видела, как серые иглы по одной проникают в зал, как еще одна струя дыма отделяется от создания, похожего на луну. Перед тем, как окончательно перестать сопротивляться, чародейка подумала, что сейчас она на своей шкуре почувствует разницу между вечным существом и бессмертным.

Яркий свет ударил в глаза. На балкон ворвался Драк, на ходу собирая, будто магнитом, серые иглы себе в руки. Элла почувствовала, как учитель опрокидывает свою чашу и направляет всю силу против Духа. Серый дым позеленел и вздрогнул. В дымке, будто вены, проступили синие прожилки. После он стал буро-фиолетовым, как молодое вино. Драк выкрикнул приказ, что-то звонко щелкнуло, и боль отступила. Элла поднялась на локте – она и не помнила, когда упала, – и посмотрела на луну. Владычица ночи сияла далеко наверху. Маг метнул на ученицу злой взгляд и, закинув ее на плечо, затащил в ближайший к залу кабинет. Бросил в кресло, как мешок с добром, и плотно закрыл дверь.

– Демонова пасть! – крикнул он так, что Элле пришлось закрыть уши. – Тебя не учили не рисковать понапрасну? Ты вечна, но убить тебя – раз плюнуть.

– Я… – попыталась возразить ученица, но Драк не дал ей сказать.

– Что я, демонова пасть, скажу твоему отцу, если тебя угробит какой-нибудь Дух? Мне зачем эти заботы? Думал, я помощницу нанимаю, а не бедолагу, мечтающую о смерти, – Драк потер лицо ладонями и продолжил уже обычным тоном. – Глупая самоуверенная девчонка.

– Но там были люди, – Элла откинула с лица растрепавшиеся локоны, фыркнула и уселась поудобнее. – Я решила, что смогу удержать духа до твоего прихода.

Драк ухмыльнулся:

– Я уже сказал: глупая самоуверенная девчонка, – сделав глубокий вдох, подошел к Элле и посмотрел ей в глаза. – Слушай меня, девочка. Всю эту неделю ты сидишь дома. Если и выходишь куда, то только посидеть на скамеечке в саду. Дом защищен лучше любой крепости, там тебя никто не тронет. Я хочу, чтобы твоя чаша наполнилась и чтобы мы накопили силы на случай серьезной заварухи. Понятно?

Элла кивнула:

– А что будет через неделю?

– Мы пойдем в храм Латасара. Это будет день, когда откроются врата в хранилище. Я хочу видеть оригинал договора с богом, – Драк отошел от ученицы и уселся в кресло напротив. – Еще вопросы?

Чародейка состроила улыбку, глядя на которую, Драк вздохнул и поднял глаза к потолку.

– У меня завтра назначена встреча с другом, с Кораком, – она попыталась сделать так, чтобы голос звучал беззаботно.

Наставник нахмурился:

– Этот белобрысый плут неисправим! Ни одной юбки не пропускает, – вздохнул. – Пошли ему записку, пусть придет на чай, тысячу лет его не видел.

– Ты его знаешь? – удивилась Элла.

– Его весь город знает, – ухмыльнулся Драк.

Глаза чародейки сузились, а нос надменно дернулся.

– Потому что он – бабник?

Наставник рассмеялся. Громко, звонко, от души:

– Нет, – он утер рукой воображаемые слезы. – Прошлым летом Корак убил детеныша синего морского змея, что мешал жить нашим рыбакам. А я знаком с этим плутом еще дольше. Он почти два года ухаживал за моей сестрой, но потом бросил ее, – Драк потер рукой подбородок. – Кажется, со змеем сладить оказалось проще. Его счастье, что сестра вышла замуж и уехала из Тмара, а то не видать ему спокойной жизни как своих ушей. Еще вопросы есть?

– Научишь меня одним махом выливать всю чашу? – улыбнулась Элла как ни в чем не бывало.

Драк глухо застонал, а потом строго посмотрел на ученицу и заговорил, четко выговаривая каждое слово:

– Сейчас я отправлю тебя домой. В твоей комнате на прикроватном столике стоит бутыль с синей жидкостью. Я только что перенес ее туда из моего кабинета. Выпей и ложись спать. Я приду позже. Узнаю, как Дух пустоши прорвался сквозь защитное заклинание, и пройдусь, проверю, целы ли чары на остальных домах. Не думал, что мне придется говорить это девице твоего возраста, но будь, пожалуйста, умницей, веди себя хорошо.

Чародейка опустила глаза и виновато поинтересовалась:

– Можно мне с тобой?

– Нет! – рявкнул Драк. – Где-то там ходит Дух холода, а в этот раз Нерф может и не успеть.

Элла тяжело вздохнула. Наставник подхватил ее на руки, и магия перемещения вернула их домой. Драк проследил, чтобы ученица дошла до своей комнаты, а сам отбыл выяснять, что же все-таки произошло.

Элла и Драк остановились напротив святилища бога Латасара, покровителя Тмара. Чародейка откинула капюшон и подставила лицо теплому солнцу. Пусть нос осыплет веснушками! За неделю, что она сидела в четырех стенах, многое изменилось: ветер с моря перестал обжигать холодом, деревья укрылись нежно-зеленым флером, кое-где даже выросли маленькие желтые цветы. На шейном ремешке Эллы появились четыре кристалла, и она дала себе обещание слушаться Драка и не рисковать понапрасну.

Святилище впечатляло. Высокие колонны из кроваво-красного гранита, скользкие ступени без перил, строго взирающие на посетителей статуи. Они не обещали радости, скорее, наоборот, напоминали: Латасар – бог грозный, мелочный и мстительный. Элла ухмыльнулась: если верить книгам, старые боги были куда милосерднее новых. Впрочем, может, именно поэтому единственным живым из них остался Повелитель неба, да и тот, согласно легенде, заточен в пещере, которую охраняют семь могучих стражей.

Старых богов было четверо: Повелитель неба, Властительница огня, Водный правитель, Хозяйка урожая. Вопреки общепринятому убеждению о том, что власть была разделена между ними, каждый из богов творил любые сущности и каждый отвечал за все происходящее. Когда они поняли, что подопечных стало слишком много, они создали себе шестерых помощников, почти не уступающих им в силе. Сделали первый шаг навстречу смерти.

Вскоре помощники возжелали власти не меньшей, чем у создателей, и восстали. Бунт дорого обошелся старым богам. Стараясь сохранить жизни подопечным, боги сильно пострадали сами, а когда поняли, что война не сулит для мира ничего хорошего, они решились на неслыханное. Трое отдали все свои силы четвертому, он должен был поставить выскочек на место. А чтобы сохранить свою уникальную сущность, они создали Адлару, дитя стихий, мать Эллы. Именно Адлара должна была помочь богам возродиться, когда для этого наступит подходящее время.