Инвиктум (СИ) - Страница 76

зрачки кажутся расширенными. Так обычно происходит, когда смотришь на человека,

который тебе нравится.

- Но ты должен, - шепчу я, проглатывая слезы, - Ты должен бояться, потому что…

потому что я убила его. Убила человека, ни за что. Просто так. Прикоснулась к нему, и он…

Меня охватывает холодное сожаление. Боже, неужели это действительно произошло со

мной? Закрываю лицо руками, чтобы Джед не увидел, как из моих глаз катятся

беспорядочные слезы. Мне не сдержать их. Я тихо всхлипываю, дергаясь всем телом. Слышу

неприятное шуршание, скрип. Затем до моих рук дотрагиваются его руки. Смотрю на Джеда.

На его руках черные кожаные перчатки.

- Ты не должна себя бояться, - говорит он, обхватывая мое лицо руками, - Во всем, что

произошло, нет твоей вины. Ты не чудовище, Реми. Ты прекрасна.

Джед прислоняется лбом к моему лбу, и я хочу отстраниться, но он не дает. Я чувствую, как по моим венам начинает течь тепло, медленно превращающееся в жар. Джеду нехорошо.

Он тяжело и быстро дышит, но не отпускает меня. Крепко прижимается ко мне всем телом, обнимает меня.

- Прошу, не надо, - шепчу я, - Тебе же больно. Джед, отпусти меня, прошу.

Он сжимается всем телом, и я тут же вспоминаю, как это случилось с Данте.

Моментально. Быстрее, чем с Джедом. В чем различие? Может, это из-за того, что Джед –

Инсолитус?

Вдруг начинаю ощущать прилив сил, желание сделать что-то безумное, и легкую, почти

незаметную тягу к убийству. Зажмуриваюсь и отталкиваю Джеда. Не руками, нет. Лишь

мыслью. Я думаю о том, чтобы он оказался подальше от меня, и он отлетает на почтительное

расстояние, ударяясь головой о противоположную стену. Вскакиваю на ноги и подбегаю к

нему. Он, непонятно почему, смеется, прижимая к голове ладонь.

- Я понял, как это работает, - говорит он, запыхиваясь. Сажусь на колени перед ним и

тянусь к нему, но потом вспоминаю, что сделала, и отстраняюсь. В горле стоит комок, сердце

стучит дико, безудержно. Отчего-то во мне нет больше сожалений по поводу смерти Данте. Я

вообще не чувствую. Ничего. Лишь легкое беспокойство за Джеда и его раненную голову.

Он поднимается, садится на колени. Все еще тяжело дышит, но он жив. Смотрю на него

с любопытством, а он лишь улыбается. Качает головой, замечая мой взгляд.

- Все нормально, Реми, - произносит он, потирая затылок, - Я в порядке.

- Что я сделала?

- Думаю, так ты можешь забирать способности Инсолитусов, - говорит Джед, глядя на

меня, - Прикосновением. Но, кажется, это ненадолго. Потому что я все еще могу применять

свою силу. Ты ничего не чувствуешь сейчас?

Молча хлопаю ресницами, перевожу взгляд в пол, на стены. Джед вздыхает.

21

7

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

- Теперь ты понимаешь, каково это – быть мной.

- Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, ерзая на полу, - Неужели я теперь всегда такой

буду?

- Не знаю.

Джед проводит рукой по волосам, опускает голову и несколько секунд он абсолютно

обездвижен. Мне даже кажется, что он не дышит. Такое бывало и раньше. Когда он думал о

чем-то, слишком сосредоточенно. Пристально всматриваюсь в его лицо, которое не выражает

эмоций, и понимаю, о чем именно он думает в данный момент.

Это как озарение.

Я просто знаю, слышу слова, которые он даже не произносит.

Если ты существуешь…не дай мне потерять ее. Не дай ей потерять себя.

- Ты не потеряешь меня, - говорю я вдруг. Джед поднимает на меня взгляд. Он

потерянный и немного ранимый, словно я пробралась в самую глубину его души. Его

мыслей. – Никогда не потеряешь. Я обещаю.

Он улыбается, нежно, мягко, и едва-едва касается пальцами моих щек, шеи. Легкие,

парящие прикосновения. Запоминаю их. Каждый секундный момент, каждое касание.

- Мы не сможем вечно скрываться здесь, - говорю я в итоге. Джед снова прислоняется к

стене. Его лицо задумчивое, брови сведены вместе. Он облизывает сухие губы.

- Ты права, - отвечает он, - Не сможем. Они найдут нас, как только мой отчим обо всем

разболтает. Он в курсе, что я бывал в этих зданиях.

- Что ты делал здесь?

Джед подмигивает.

- Догадайся.

Мне и догадываться не нужно. Все довольно очевидно. Киваю, понимая, к чему он

клонит, и просто молчу, обдумывая ситуацию. Бежать нам некуда. Если только пересечь

границу города. Но сделать это не так-то просто. Там наверняка целая армия стражей.

Возможно, мы смогли бы проскользнуть там, где охрана не так бдительна или где ее мало. Но

как узнать, где это место?

В голову приходит совершенно безумная идея. Если я теперь умею читать мысли

Джеда, то, возможно, смогу проникнуть в голову Ксаны.

- Думаешь, можно проникнуть в чью-то голову на расстоянии? – спрашиваю я. Джед

лениво пожимает плечами.

- Смотря, к кому. Что ты задумала?

- Хочу попробовать поговорить с Ксаной. Я все еще не знаю, что с ней, где она. Адриан

сбежал, но сестру я не видела. Я должна убедиться, что с ней все хорошо. Научишь меня, как

это работает?

21

8

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

Джед снова испускает тяжелый вздох. Глаза делаются неприятными. Он закатывает их.

Сначала не могу понять, почему он так себя ведет, а затем до меня доходит. Они с Ксаной

сразу же не поладили. Хотя «не поладили» не то слово. Скорее, возненавидели друг друга.

- Ладно, - говорит он, наконец, - Но, если из-за нее ты пострадаешь, я ее прикончу. Не

задумываясь.

И он совсем не шутит.

(К)

Их назвали Гасителями.

Люди, стражи – теперь их нельзя было так назвать. Они брали оружие и делали вид, что

охраняют территорию от мятежников, бедняков, что живут за границей, или «объектов», как

их прозвали в правительстве. На самом же деле это было нечто совершенно иное. Президент

Нойр во всеуслышание объявил о начале войны. Никто не знал, о чем идет речь на самом

деле. Никто, кроме меня.

Я не знала, как себя вести. С одной стороны, была мама. Она говорила все больше

ужасных вещей о моих брате и сестре. Говорила, что они не смогут вернуться сюда, что мне

нужно о них забыть. Она хвалила меня за то, что я осталась с ней. А мне каждый раз

становилось тошно.

Теперь, когда отца не стало, она больше не скрывала связь с президентом. По крайней

мере, от меня.

- Я его люблю, милая, - говорила она, - Как и он меня. Мы уже давно вместе.

Мне не хотелось верить в то, что все это происходит со мной. Если честно, теперь я

вообще ни во что не хотела верить. Самым яростным и страстным желанием было – сбежать.

Испариться, чтобы никто и никогда не нашел меня. Но я не могла. Мама контролировала

каждый мой шаг. Она провела все необходимые процедуры для выявления у меня каких-либо

отклонений. Ничего не найдя, она успокоилась.

Я не знала, почему мой ген не выявился при проверке. Возможно, это часть моих

способностей. А может, мне просто повезло.

Сегодня наступает день Гашения. Этот день мы наверняка отметим, как трагический в

наших календарях. На моих глазах творятся бесчинства. Беспорядки на улицах, мятежи, беспрепятственные обыски домов, проверки на ген Инсолитуса. Как в самом страшном

кошмаре. Я наблюдаю за всем этим ужасом из окна своего дома. Мать не пускает меня

никуда. Я не покидаю комнату уже почти неделю.

В голове – дикий страх. Что случилось с Реми? Где она может быть? Как Адриан? Что с

ним?

Ничего не могу с собой поделать, не могу избавиться от ощущения, что все не так, как

нужно. Что я делаю что-то неправильно. Ведь сидеть, сложа руки, настоящее кощунство в это

время. Но мне не сдвинуться с места. Боль от потери отца все еще не утихла. Пусть он и

оказался предателем, как говорит мама, я не чувствую негатива по отношению к нему. Я