Империя зла - Страница 8

По нему бежали люди, некоторые были ранены, другие падали. Лёжа на животе, полковник извивался ужом, стараясь, чтобы его не затоптали. По привычке разведчика отметил, что падали люди постарше, они, как и Федосеев, были в прошедшей войне обстрелены. Если были живы, ползли к деревьям, к укрытию. Молодые, необстрелянные панически бежали кто куда, оставляя за собой трупы и раненых.

За деревьями было безопасней. Федосеев, слыша знакомый свист пуль, короткими перебежками покидал опасный район. Окинув поле боя взглядом, насчитал несколько десятков трупов и десятки раненых. Площадь Новочеркасска была залита кровью.

В квартире Михаил Исаевич помылся и переоделся. 3-го июня, вечером, добрался до штаба Северо-Кавказского военного округа. Там узнал, что полковник Наумов отказался применять оружие против населения и застрелился перед строем полка.

Кто-то шёпотом обвинял во всём генерала Плиева, но Михаил Исаевич знал, что Плиев сейчас должен быть на Кубе. Его убеждали, что Плиев в Новочеркасске.

– Двойник? Зачем? – размышлял полковник. Вот тут у Федосеева и зародилось сомнение о реальности происходящего:

– Демонстрация рабочих спровоцирована советскими спецслужбами, как одна из составляющих маскировки переправы ядерных ракет через океан! Отвлечь внимание прессы, разведок мира! Расстрел нескольких десятков человек спланировала группа офицеров ГРУ, группа на пиковом рубеже обеспечивает информационную скрытность переброски ядерного оружия в Карибский бассейн! Иначе, зачем утверждают, что Исса Александрович Плиев скомандовал открыть стрельбу? Плиев сейчас на Кубе!

Но зампредседателя КГБ Ивашутин здесь! Здесь члены высшего руководства СССР Микоян, Козлов, Кирилленко, Шелепин, Полянский, секретарь ЦК Ильичев.

Михаил Исаевич терялся в догадках. И это советское руководство! И это советские спецслужбы! И это советская власть! В августе 1962 года сорокадвухлетний полковник определился в убеждениях и понял, что работает на процветание империи зла. В сентябре 1962 года он отправил сообщение американцам, утверждая что, несмотря на отсутствие договора о военной помощи, на Кубе размещены советские ракеты с ядерными боеголовками.

Вот так фронтовик Федосеев Михаил Исаевич стал предателем Родины. Под личиной деда Лапы устроился в глухомани: в селе Приютном, Тоцкого района Оренбургской области. Посадил в огороде картошку, пристрастился к рыбалке. Никогда он так хорошо не отдыхал.

Рыбачил у слияния рек Сорочки и Новотоцкой четырьмя удочками с самодельными поплавками из сухого камыша. Вокруг не было ни души, степь и холмы просматривались на километры. Был 24-й день июля 1963 года.

– Экологически чистый район, – думал полковник и вдруг услышал за спиной:

– Слушай, дед, чего мое место занял?

Полковник обернулся и увидел младенца лет десяти, с выпуклыми веснушками по всему лицу и волосами приблизительно такого цвета, как обложка журнала, который Федосеев покупал в киоске, в штате Алабама в городишке Highs, спеша на поезд восемь лет назад. Мальчишка держал в руке удочку, кукан с тремя пескарями и нахально, сверху вниз смотрел на полковника.

– Как ты подошел, что я тебя не заметил? – удивился Михаил Исаевич, подвигаясь и освобождая место для младенца.

– Меня заметит только разведчик, ты дед как дикобраз оброс волосами. Из-за шевелюры, грязной бороды и тараканьих усов ничего не видишь, – ответствовал конопатый пацаненок. – Брови подстриги, наблюдать мешают, – добавил младенец, усаживаясь рядом.

Через пару часов совместной рыбалки Федосеев узнал, что мальчишку зовут Шурик, что прадед его Илья Васильевич умер в 1945 году, а дед Федот Ильич четыре года назад, отца зовут «Мертвый Лейтенант», а мать прозывают «Колоколом». Набив рот хлебом с грудинкой, мальчишка болтал, что его бабушка Дёмина родом из Новотоцкого. В 1911 году переехала в Приютное. В 1914 году вышла замуж за Федота Ильича. Умерла в 1938 году. Есть еще бабушка Вера, которая живет в селе Павло-Антоновка. В городах Москве и Калуге есть дяди, тёти и братья. Еще у него есть старшая сестра Люда, старший брат Олег и младшая сестренка Рита, которой всего шесть лет. Дед Лапа не успевал усваивать информацию, которую выкладывал ребенок. Потом младенец засыпал вопросами профессионального разведчика, скорее произнёс застольную речь в таком роде:

– Мне тут здорово нравится. У меня был ручной ёжик, а в прошлый день рождения мне исполнилось двенадцать лет. В школу я люблю ходить! Лучше учиться самостоятельно по книгам. Хорек сожрал шестнадцать штук яиц из-под черной курицы тетки Агронихи. А клады в развалинах есть? Хочешь пожевать хлеба с салом? Ветер, отчего дует? У нас было пять штук щенят. Дед, отчего у тебя нос такой красный? Мой отец в плену на немецком аэродроме сжёг мессершмитов видимо-невидимо! А звезды горячие? В среду я стукнул Вовку Дахнёнка, а он меня отлупил. Не люблю драться! Дюжина – это сколько будет? Двенадцать? Ученые неправильно структуру атома рисуют. Сколько штук тетраэдров можно поместить в полый шарик? Меня в прошлом году доктор как-то хитро расспрашивал, тайно, засекречено. Доктор кто, шпион КГБ?

Проживал болтливый младенец в селе Марковка, что в трех километрах от места рыбалки. Проживал на Сладком Конце, в доме Каргаевых. Родители младенца купили дом у Каргаевых, и работали в школе учителями. У мальчишки были приятели: Шурик Коршиков, Петька Леньшин, Юрик и Сергей Мазаевы, Вовка Дахно, кто-то еще. У друзей конопатого говоруна имелись многочисленные братья и сестры. Федосеев их не запомнил, так как был занят думами ухода за рубеж. Облегчённо вздохнул, когда мальчишка ушел. Болтовня младенца ему не понравилась. Болтовня отвлекала от планирования дальнейших действий. Информацию о докторе-шпионе из КГБ, который «тайно» допрашивал дитя, Федосеев пропустил мимо ушей, как оказалось напрасно.

1963 год прошел в подготовке вариантов пересечения границ СССР и стран социалистического лагеря. Осенью этого года его потревожили. Деда Лапу проверяли сотрудники военной контрразведки на предмет информации о беглом полковнике ГРУ. Мнимый дед Лапа шел по степи рядом со скошенным полем зерновых угодий. Заметил автомобиль «Победа», не похожую на автомашину, которую он угнал. Оренбургская «Победа» была выше, с ребристыми шинами, вероятно с двумя ведущими мостами.

– Внедорожник, – подтвердил про себя матерый шпион, когда «Победа подъехала ближе. Фронтовик мысленно прикидывал, за сколько секунд сможет обнажить ствол безотказного в работе нагана, который в таких случаях предпочитал всем другим системам. Наган был под темным плащом, под рубахой мнимого деда Лапы, и мгновенно достать его было проблематично. Михаил Исаевич забормотал, подражая поведению покойного старика Иванова Ивана Шариповича, с облегчением определяя, что никаких сумок, пакетов в машине «Победа» и в руках пассажиров не было. В сумках или пакетах обычно находилась психофизическая аппаратура, необходимая для допроса с использованием подсознания проверяемого. В машине вместе с водителем было три человека.

– Слишком догадливых контрразведчиков, в случае чего, положу рядышком, как голубков, машина пригодится, чтобы добраться до Бузулука, а может и до Куйбышева, – холодея, просчитывал ситуацию Михаил Исаевич, профессиональный шпион и убийца.

– Что дед, хорош нынешный урожай? – весело спрашивал его, чистенький, благоухающий одеколоном молодой человек. Он выпрыгнул из «Победы» и пошел около деда с левой стороны. «Победа» медленно поехала рядом по правую сторону от беглого шпиона. Боковое стекло задней дверцы было открыто, и на Федосеева смотрели пронзительные, слишком уж умные глаза второго пассажира «Победы».