Империя в прыжке. Китай изнутри. Как и для чего «алеет Восток». Главное событие XXI века. Возможност - Страница 17

В России такое демонстративное равнодушие к собственным детям выглядело бы странно, но в Китае является нормой жизни: мол, это твое желание, твое решение, твоя попытка и твой риск: привыкай.

Для владельцев фабрик является нормальным использовать своих сыновей, знающих английский, не только как менеджеров по внешним связям, но и как простых переводчиков и безжалостно «гонять» их на равных с обычными сотрудниками основаниях, – просто для тренировки и воспитания.

Стойкость и упорство китайца, как и все в этой культуре, не демонстрируются публично и далеко не всегда различимы при беглом общении, однако о них следует помнить всегда и избегать ситуаций, когда они могут оказаться направлены на вас.

Строго говоря, китайское мастерство ведения переговоров и достижения компромисса во многом порождено именно тысячелетним желанием всеми силами избежать лобового столкновения и не допустить разрушительного, а часто и саморазрушительного влияния упорства в отстаивании своих неотъемлемых интересов.

Куда бы вы ни шли в современном бизнесе, политике или культурной деятельности, – вы не пройдете мимо Китая: таков его современный масштаб, его влияние на весь остальной мир, – и таковы соблазны, которые он предоставляет.

Это касается далеко не только организации производства, хотя огромное число бизнесменов по всему миру привыкло считать названием этой страны своего рода ключом к своему коммерческому успеху, а перенос в него производств (и даже значительной части разработки новых изделий) – универсальным способом решения своих проблем, своего рода волшебной палочкой или, как минимум, категорическим требованием современной глобальной конкуренции.

Китай на глазах становится самым емким рынком в мире, – и, хотя доступ на него весьма и весьма труден, за последнее десятилетие он существенно упростился. Прорыв же на этот рынок с востребованным товаром, пусть даже и произведенным в самом Китае, или с важной для него услугой, как правило, разом окупает все возможные и невозможные риски.

Граждане России, сталкивающиеся с необходимостью обновления мебели, создали целую новую подотрасль – «мебельный туризм», экономя колоссальные деньги и сталкиваясь с невероятным переизбытком предложения.

Времена технологического отставания Китая остались далеко в прошлом: он давно уже стал в прямом смысле слова «мастерской мира» – такой, какой в позапрошлом, XIX веке была Англия. Недаром Барак Обама в личной беседе со Стивеном Джобсом просил его перевести производство «айфонов» из Китая в США, – и недаром тот категорически отказал самому влиятельному человеку в мире, указав на то, что в США попросту нет работников должной квалификации и дисциплины.

Поэтому, если вы делаете в современном мире что-либо серьезное, – рано или поздно, но вы поневоле придете в Китай.

И к тому моменту должны знать о правилах работы в нем хотя бы самые базовые, элементарные вещи.

Лучшее описание практического значения китайской культуры для носителей иных культур попалось авторам в старом, еще середины 80-х годов, не получившем сколь-нибудь заметного распространения (по крайней мере, в нашей стране) американском учебнике международного бизнеса.

С исчерпывающей простотой, без тени нравоучения и многозначительности, с поистине китайской прагматичностью там было зафиксировано: «Если по итогам переговоров с китайцем вы убеждены в том, что одержали верх, – тщательно проверьте все и найдите свою ошибку».

Носителю европейской культуры если и можно теоретически, то крайне затруднительно на деле выиграть честные переговоры у китайца:[33] его можно вытеснить на грань предварительно намеченной им для себя переговорной позиции, но не более того. И никакой мистики, никакого дешевого преклонения перед «одухотворенным тысячелетним Востоком» здесь нет: это просто опыт.

Многие великие народы создавали свой стиль жизни. Для итальянцев это комфорт, dolce vita; для французов – мечта об утонченной роскоши (именно мечта, так как основная часть народа жила и до сих пор живет в едва ли не спартанских условиях); для американцев – бизнес. Собственно, США, насколько можно судить, построены не столько для людей, сколько корпорациями и для корпораций: страна в меньшей степени, Нью-Йорк в максимальной – тем и потрясает. Это роднит их с нашей страной, которая тоже построена не для людей, а для некоей высшей цели, – правда, частью потерянной, а частью подзабытой.

Стиль жизни, который подарила миру повседневная китайская культура, – это переговоры, причем не как утилитарный инструмент, служащий достижению узко определенной цели и подлежащий поэтому отбрасыванию и забвению сразу по ее достижению, а как постоянный процесс, как форма взаимодействия с окружающим миром и способ гармоничного (то есть наиболее привлекательного) существования.

Стоит вам в отношениях с китайцем проявить чрезмерную заинтересованность в чем-то (в частности, показать, что вы торопитесь, – это наиболее распространенная ошибка европейца в Китае и на Востоке в целом), – и вам придется идти на дополнительные встречные уступки. Возможно, именно понимая эту особенность китайской культуры, Сталин несколько месяцев «мариновал» Мао Цзэдуна на правительственной даче, прежде чем приступить к переговорам. (Хрущев же, надеясь договориться с Мао без должной подготовки, да еще и в условиях дефицита времени, в результате отдал ему атомную бомбу, не получив взамен ничего, кроме оскорблений, личной дискредитации в Китае и долгосрочного подрыва двусторонних отношений.)

Динамизм современной жизни диктует «тактику ухода» как наиболее разумную и эффективную методику торга с китайцами. Если Ваш партнер действительно заинтересован в развитии сотрудничества, Ваше твердое намерение уйти (продемонстрированное, разумеется, предельно вежливо и комфортно для него) вынудит его если и не раскрыть свои позиции, то, по крайней мере, существенно продвинуться Вам навстречу. Хотя при наличии для него альтернативных вариантов он может с легкостью предпочесть переориентацию на них. (Характерно, что в приведенном выше примере Сталин милостиво начал-таки переговоры с Мао Цзэдуном лишь после того, как тот в весьма убедительно демонстрируемом и, нельзя исключить, вполне искреннем отчаянии всерьез засобирался домой.)

В Тибете один из авторов данной книги вдвое по сравнению с первоначальной снизил цену на танку – буддистскую икону, написанную на коже яка (в силу трудоемкости выделки кожи и росписи по ней подделывать такие иконы попросту нерентабельно). В ходе торга, который длился четыре с половиной часа, автор уходил из магазина дважды, а один раз ушел из собственного магазина его хозяин. Присутствовавшие при этой немой дискуссии (ибо покупатель и продавец не понимали языка друг друга, а переводчик-«мажор» из Пекина начал было торг слишком агрессивно, что вызвало равное отторжение у обоих его основных участников) китайские аналитики преподнесли автору высший комплимент, когда бы то ни было услышанный им в жизни, заявив, что он «торгуется, как китаец».

Переговоры с китайцами требуют более глубокой подготовки, чем с носителями европейской культуры. В силу многомерности сознания вашего партнера они могут идти на нескольких уровнях сразу – и вы должны продумать как эти уровни сами по себе, так и соответствующие интересы вашего партнера. Как правило, сделанная вам уступка на одном уровне будет сопровождаться получением от вас компенсации на другом, – причем вы, вполне возможно, даже и не заметите этого. Однако в любом случае вы должны заранее продумать, какими могут быть эти компенсации и на каких именно уровнях и выбрать как наиболее удобные для вас, так и совершенно неприемлемые. В противном случае от Вас могут начать требовать (или аккуратно навязывать вам) встречные уступки, которые могут быть совершенно неприемлемыми для вас.