Игроки с Титана - Страница 8

Он налил себе еще чашку крепкого чая.

– Я, пожалуй, совсем завяжу со спиртным, – произнес Пит.

«Это ужасно, – подумал он. – Учитывая, что жить мне еще лет двести, не меньше…»

– Я полагаю, в этом нет особой необходимости, – сказал Джо Шиллинг. – Ты слишком замкнут, чтобы стать алкоголиком. Я больше опасаюсь… – Он запнулся в нерешительности.

– Самоубийства, – закончил за него Пит.

Он вытащил старинную пластинку фирмы «HMV»[15] и стал разглядывать этикетку, на которой была изображена собака, прильнувшая ухом к раструбу граммофона. Он старался не смотреть в сторону Шиллинга, чтобы не встретиться с его умным прямым взглядом.

– Может быть, тебе лучше было бы с Фреей? – поинтересовался Шиллинг.

– Нет, – отмахнулся Пит. – Даже не могу объяснить почему, ведь с точки зрения целесообразности мы составляли неплохую пару. Но нам все время мешало что-то неуловимое. По-моему, мы проиграли именно поэтому. Что-то было между нами такое, что не давало нам стать сильной парой.

Он вспомнил ту свою жену, что была до Фреи, Джэнис Маркс, ныне Джэнис Ремингтон. Уж как они старались – так ему, во всяком случае, казалось, – а удача к ним так и не пришла.

По правде говоря, удача ни разу не выпадала Питу Гардену. Нигде на всем белом свете не было у него никакого потомства.

«Проклятые красные китайцы», – сказал он самому себе, привычной этой мыслью заглушив накатившую на него тоску.

И все же…

– Шиллинг, а у тебя дети есть?

– Да, – ответил Шиллинг. – Мне казалось, об этом все знают. Мальчик одиннадцати лет во Флориде. Его мать была моей… – он задумался, прикидывая в уме, – моей шестнадцатой женой. После было еще две, а потом Лакмен вывел меня из Игры.

– А сколько детей у Лакмена? Я слышал, то ли девять, то ли десять.

– Теперь уже одиннадцать.

– Боже праведный!

– Нам придется смириться с тем фактом, что Лакмен во многих отношениях самое совершенное и наиболее ценное человеческое существо из всех ныне живущих: наибольшее количество прямых потомков, грандиозные успехи в Игре, значительное повышение уровня жизни Обывателей в его владениях.

– Хватит, – раздраженно сказал Пит. – Давай не будем об этом.

– И он нравится вугам, – невозмутимо продолжал Шиллинг. – В сущности, он всем нравится. Ты с ним, кажется, никогда не встречался?

– Нет.

– Тогда поймешь, что я имею в виду, когда он объявится на Западном побережье и присоединится к группе «Прелестный голубой песец».

– Я рад, что вы заглянули сюда, – совершенно искренне произнес Лакмен, обращаясь к провидцу Дейву Матро.

Он был очень доволен: провидец прекрасно подтвердил свои способности. Это стало окончательным доводом в пользу привлечения Матро.

Худощавый, изысканно одетый пси средних лет – он и сам был мелким Поручителем, владел небольшой территорией на западе Канзаса – удобно расположился в глубоком кресле напротив Лакмена и заговорил с подчеркнутой неторопливостью:

– Нам придется действовать очень осторожно, мистер Лакмен. В высшей степени осторожно. Я давно уже строго себя ограничиваю, стараюсь как можно тщательнее скрывать свои способности. Я предвижу, какое дело вы мне предложите. Собственно, именно исходя из этого предчувствия, я и явился сюда. И, честно говоря, немало удивлен, что человеку такой удачи и такого положения, как вы, захотелось привлечь меня к себе на службу.

Лицо провидца слегка скривилось в ленивой язвительной улыбке.

– Я очень опасаюсь, – сказал Лакмен, – что игроки с Западного побережья, завидев меня за игровым столом, не захотят со мной играть. Они объединятся против меня и сговорятся поглубже припрятать в свои сейфы права на более-менее ценные владения, вместо того чтобы ставить их на кон. Понимаете, Дейв, они, возможно, еще не знают, кому достался Беркли, потому что я…

– Они это знают, – произнес Матро, продолжая лениво улыбаться.

– Неужели?

– Слухи уже разошлись. Об этом даже говорил по телевидению Натс Кэтс, эстрадная знаменитость. Это сенсация номер один, Лакмен, что вам удалось сделать приобретение на Западном побережье. По-настоящему впечатляющая новость. «Следите за дымом сигареты Счастливчика Лакмена», – сказал этот Кэтс, я дословно запомнил это.

– Хмм, – выдавил из себя Лакмен с некоторым смущением.

– И скажу вам еще вот что.

Провидец закинул ногу на ногу, еще более развязно развалился в кресле и скрестил руки на груди.

– Я предвижу несколько возможных вариантов… хода событий в тот вечер, когда я буду сидеть за игровым столом в Кармеле, в Калифорнии, среди членов группы «Прелестный голубой песец», вместе с вами. – Он тихо засмеялся. – И в нескольких вариантах эта компания будет требовать электроэнцефалограммы. Не спрашивайте у меня почему. Обычно они не держат под рукой всю нужную аппаратуру, но у меня есть такое предчувствие.

– Вот незадача, – ворчливо произнес Лакмен.

– Если я туда отправлюсь и меня подвергнут проверке, – сказал Матро, – и дознаются о том, что я псионик, вы сами можете себе представить, чем все закончится. Я потеряю все права, которыми располагаю. Вам ясно, Лакмен, чем я рискую? И вы готовы возместить мне мои потери, если такое вдруг случится?

– Разумеется, – сказал Лакмен, но мысли его уже были заняты совсем другим.

Если начнут проверять ЭЭГ Матро, то права на Беркли будут аннулированы, и кто тогда компенсирует потерю ему, Лакмену?

«Может, лучше мне самому туда отправиться, не прибегая к услугам Матро?» – подумал он.

Однако какой-то глубокий инстинкт, некое почти псионическое предчувствие подсказывало ему, что не стоит там показываться. Нужно держаться подальше от Западного побережья! Оставаться здесь!

Почему его вдруг обуяло такое острое, прямо-таки навязчивое нежелание покидать Нью-Йорк? Было ли это простым суеверием – Поручитель не должен покидать свои владения – или чем-то большим?

– Я в любом случае намерен послать вас туда, Дейв, – сказал Лакмен. – Даже несмотря на риск с ЭЭГ.

– И все-таки, мистер Лакмен, – все так же монотонно продолжал Матро, – я отказываюсь. Я не привык так рисковать.

Распутав свои длинные конечности, он неуклюже поднялся.

– Я полагаю, вам самому нужно отправиться туда, – произнес он с улыбкой, являющей нескрываемое самодовольство.

«Вот черт! – выругался в душе Лакмен. – Эти мелкие двухгрошовые Поручители так высокомерны. И этот строит из себя недотрогу».

– Что вы потеряете, отправившись туда? – начал рассуждать Матро. – Насколько я в состоянии предвидеть будущее, группа «Прелестный голубой песец» станет играть с вами и, как мне кажется, ваша удача от вас не отвернется. Я вижу, как вы в первый же вечер выигрываете еще одно владение в Калифорнии. Это предсказание я даю вам задаром. Без всяких условий.

Он прикоснулся ко лбу, насмешливо отдавая честь.

– Спасибо, – мрачно отозвался Лакмен.

«А за что, собственно, его благодарить? – подумал он. Острое, никак не проходящее опасение за свою судьбу занозой застряло в его мозгу. – Черт побери, попался я на крючок. За Беркли я выложил уймищу денег. Я просто обязан туда отправиться! Да и страх этот, он ведь ничем не обоснован».

Один из его котов, ярко-рыжий самец, перестал умываться и глядел теперь на Лакмена, нелепо высунув язык.

«Я возьму с собой тебя, – решил Лакмен. – Ты обеспечишь меня своей магической защитой. Ты и твои – вспомним старое верование – девять или десять жизней».

– Убери язык, – сварливо сказал он коту.

Кот проигнорировал его приказ. Возможно, он не понимал велений судьбы и реальности.

Протянув руку Лакмену, Дейв Матро произнес:

– Рад буду встретиться с вами, собрат Поручитель Лакмен, и, возможно, еще смогу быть вам полезен. А пока что я возвращаюсь в Канзас. – Он взглянул на часы. – Уже довольно поздно, самое время начинать вечернюю Игру.

Пожимая руку провидцу, Лакмен все-таки не удержался, чтобы не поинтересоваться: