Игра по системе - Страница 9

— А где же обещанные подробности? — бровью не повел Кондрашов.

— Тяжелый вы человек, товарищ капитан, — покрутил головой Игорь. — От вас так просто не отвяжешься. — Он вымученно усмехнулся. — На матч я вышел с незалеченой травмой голеностопа, да еще в середине первого тайма неудачно столкнулся с кем-то из нападающих «Трактора». Спросите у Виктора Валентиновича Литвинского. Он подтвердит.

— А кто это?

— Врач команды. Я, кстати, должен сейчас за ним заехать. Если хотите, можем поехать вместе.

— Думаю, в этом нет необходимости.

Выходя из комнаты, Андрей обернулся и еще раз взглянул на фотографию. Где же он видел это лицо?..

В управление Кондрашов направлялся не в самом радужном настроении. Попытка вызвать Костина на откровенность потерпела полную неудачу. К оставшемуся от разговора неприятному осадку примешивалась тревожная мысль: а не допустил ли он ошибку, столь по-школьному обратившись к вратарю со своими ничем не подкрепленными подозрениями? Во всяком случае, шеф за такую самодеятельность по головке не погладит..

Проходя мимо ядовито-желтого киоска «Спортлото», Андрей, повинуясь какому-то внутреннему чувству, невольно замедлил шаги. Симпатичная улыбчивая женщина с крупным гребнем в волнистых волосах привычно хлопотала над аккуратными стопками разноцветных билетов. Возле киоска толпилась довольно внушительная очередь желающих попытать счастье.

«Бойкое место», — подумал капитан, наблюдая, как идет торговля.

Оптимист по натуре, к различного рода лотереям Андрей относился с изрядной долей скепсиса. В день зарплаты он в «добровольно-принудительном порядке» безропотно приобретал у суровой кассирши два билета денежно-вещевой лотереи, дома вручал их жене, неизменно заверяя, что «уж на этот раз «Жигули», можно сказать, в кармане». Правда, дальше заверений дело не шло.

— Мужчина, вы стоите?

В первый момент Андрей не сообразил, что вопрос обращен к нему. Обернувшись, он увидел двух молодых парней, пристроившихся за его спиной в хвосте очереди. Один из них — высокий худощавый брюнет с редкими усиками, резко очерченным узким подбородком и острым кадыком на тщательно выбритой шее — сжимал в руке несколько заполненных билетов «Спортирогноза». Другой — щедро обсыпанный веснушками розовощекий курносый крепыш — не дождавшись ответа, принялся деловито пересчитывать мелочь, смешно шевеля при этом пухлыми губами.

— Да вот сам еще не решил, — с запозданием произнес Кондрашов.

— Решайтесь, решайтесь, — удовлетворившись подсчетом, крепыш по-детски улыбнулся и указал рукой на укрепленный под козырьком киоска выгоревший на солнце плакат «Выигрываете вы — выигрывает спорт!»

— Ну что ж, тогда, пожалуй, рискну, — усмехнулся в ответ капитан.

— Правильно, дорогой, риск — благородное дело! — с чисто кавказской экспансивностью заявил брюнет. — Я рискую, — он помахал в воздухе пачкой билетов, — и пью шампанское, а Алеша покупает один билет и поэтому пьет кефир.

— Ты не прав, Автандил, — обиделся Алексей. — Спиртное я не употребляю из принципиальных соображений. Кроме того, у меня нет да-ра-го-ва дядюшки — директора универмага в Кутаиси!

— Нехорошо говоришь, дорогой, — сверкнул глазами брюнет. — Дядя за меня карточки не заполняет.

— Можно подумать, что он выиграл в «Спортпрогноз» кучу денег! — хмыкнул Алексей, апеллируя в основном к Кондрашову, который с любопытством следил за перепалкой двух приятелей, — по всей видимости, студентов-однокурсников.

— Не выиграл, так выиграю! Потому что я играю по системе, — самоуверенно отрезал Автандил.

— А разве существует система игры в «Спортпрогноз»? — с удивлением спросил капитан.

Приятели выразительно переглянулись, словно решая, стоит ли отвечать на столь наивный вопрос.

— Конечно! Сколько угодно, — не утерпев, вклинился в разговор щуплый мужчина неопределенного возраста с огромной яйцеобразной лысиной, окаймленной чахлым венчиком взъерошенных рыжеватых волос. — Я, например, обычно раскручиваю одну пару на три исхода и три пары на два исхода — всего двадцать четыре варианта. А на заводе у нас ребята играют вскладчину по системе две тройки и четыре двойки — всего сто сорок четыре варианта. Влетает им это удовольствие в копеечку, зато шансов на выигрыш в несколько раз больше, чем у меня.

— Ясное дело, — солидно поддакнул Алексей, с чувством явного превосходства взглянув на Кондрашова. — А вы думали, что только в «Спортлото» можно играть по системе?

— Иф-ф! — презрительно протянул Автандил, всем своим видом давая понять, что такого непроходимого дилетанта он давно не встречал.

Впрочем, Кондрашову в этот момент было не до анализа смысловых интонаций. Внезапная догадка ошеломила его. Система! На листке бумаги Илья Семенович записал какую-то систему игры! Боясь поверить в удачу, Андрей охрипшим от волнения голосом обратился к мужчине:

— Скажите, а можно играть по такой системе: четыре тройки и четыре двойки?

— Ого! Да у тебя, парень, губа не дура, — обладатель великолепной лысины расплылся в ухмылке. — Можно. Только осторожно.

— Почему? — не понял капитан.

— Потому как кусается. Ты прикинул, сколько вариантов нужно перекрутить при такой системе?

— Нет. А сколько? — Андрей уже догадался, каким будет ответ.

— Сейчас. — Мужчина глубокомысленно наморщил лоб. — Трижды три — девять, да на три — двадцать семь, да на три — восемьдесят один, да на два.

— Тысяча двести девяносто шесть, — небрежно бросил Алексей. — Всех делов рублей на четыреста.

— Человек-компьютер. — Автандил похлопал приятеля по плечу. — Любимец публики, маг и круглый отличник.

«Зато я — круглый дурак!» — мысленно обругал себя капитан, решительно выбираясь из толпы.

— Дорогой, куда? — удивленно воскликнул Автандил. — Очередь пропустишь!

— В сберкассу за деньгами побежал, — высказал предположение лысый и сам же ехидно засмеялся…

Андрей действительно побывал в этот день в центральной сберегательной кассе. Но сначала он добросовестно высидел полтора часа в читальном зале библиотеки, где, вооружившись ручкой, бумагой и пухлой подшивкой «Советского спорта», провел необычное исследование, результаты которого удовлетворили бы любого скептика и пессимиста. Фантастическая, на первый взгляд, версия перестала быть игрой воображения, материализовалась в реально осязаемую конструкцию. Выходя из библиотеки, Кондрашов не сомневался, что разгадал мотив совершенного преступления. Дело оставалось за малым — найти и изобличить убийцу. И Андрей знал, как это сделать.

Неоновые огни рекламы, легкая ненавязчивая музыка и далеко разносящиеся приятно дразнящие запахи как магнитом притягивали посетителей к возвышающемуся в конце аллеи кирпичному зданию с покатой черепичной крышей и продолговатыми амбразурами окон. Среди тех, кому посчастливилось в этот вечерний час попасть в кафе «Белоснежка», был и капитан Кондрашов. Пристроившись с чашкой кофе возле стойки бара, он исподволь разглядывал собравшихся, стараясь отчленить случайных «гостей» от завсегдатаев. Последних, судя по всему, в «Белоснежке» было немало. Их можно было отличить по вызывающей манере держаться и фамильярному обращению к стройной черноволосой официантке, бойко снующей в глубине уютного зала.

Довольно скоро Андрей выделил «центровую» группу из пяти человек, комфортно расположившихся за крайним столиком у приоткрытого окна. Небрежные жесты, фирменные сигареты, хрустальные фужеры (остальные столы почему-то «украшали» граненые стаканы, а пепельницы и вовсе отсутствовали) недвусмысленно свидетельствовали о том, что здесь ужинают отнюдь не учащиеся ПТУ. Единственная представительница прекрасного пола в этой компании привлекала к себе внимание огненно-рыжей копной волос, обилием яркой косметики и предельно откровенным декольте. Мужчины выглядели явно построже и, казалось, испытывают несравненно большее удовольствие от дымящихся ломтей мяса под грибным соусом, нежели от развязных острот своей экстравагантной спутницы.