Иерусалим. Биография - Страница 40

Пилат выставил стражу у гроба Иисуса по просьбе Каиафы: “Прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых”.

До этого момента история Страстей Христовых основывается на единственном нашем источнике – Евангелии, но никакой особой веры не требуется, чтобы поверить в эту историю жизни и смерти одного из еврейских пророков и чудотворцев. Как бы там ни было, через три дня после распятия, воскресным утром, рассказывает Лука, несколько женщин – родственниц и последовательниц Иисуса (в том числе его мать и Иоанна – та самая жена царского мажордома) – пришли ко гробу, “но нашли камень отваленным от гроба. И войдя, не нашли тело Господа Иисуса. Когда же недоумевали они о сем, вдруг предстали перед ними два мужа в одеждах блистающих. И когда они были в страхе… сказали им: что вы ищете живого между мертвыми? Его нет здесь: Он воскрес”. Испуганные ученики всю пасхальную неделю скрывались на Масличной горе, но Иисус несколько раз явился им и своей матери со словами: “Не бойтесь”. Когда же апостол Фома усомнился в том, что Иисус в самом деле воскрес, Иисус показал ему раны у себя на руках и в боку. А через сорок дней Он вознесся на небеса с Масличной горы. Это воскресение, обратившее позорную смерть на кресте в преображающий триумф жизни над смертью, – ключевой догмат христианского вероучения, который празднуется в Пасхальное воскресенье.

Те же, кто этой веры не разделяет, не имеют возможности проверить достоверность всех этих событий. Матфей передает альтернативную версию событий, которая, по его словам, бытовала “между иудеями до сего дня”: первосвященники, прознав о том, что гроб найден пустым, немедленно дали денег стражам и велели им рассказывать всем, что “ученики Его, придя ночью, украли Его”, пока стражники спали.

Археологи склонны верить, что родственники и друзья Иисуса просто перенесли его тело и похоронили в какой-нибудь другой скальной гробнице где-то в окрестностях Иерусалима. В некоторых таких гробницах были обнаружены оссуарии с надписями “Иаков, брат Иисуса” и даже “Иисус, сын Иосифа”. Эти открытия в свое время были на первых полосах газет, и хотя некоторые находки впоследствии были признаны подделками, большинство их действительно относятся к I веку. Однако имена, написанные на них – типичные еврейские имена, никак не указывающие на какую-либо связь с Иисусом[73].

Иерусалим праздновал Пасху. Иуда инвестировал свои сребреники в недвижимость: купил на них участок под названием Земля горшечника, расположенный к югу от города, на противоположной стороне долины Енном (Геенны): “Приобрел землю неправедною мздою, и когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его”[74]. Когда апостолы вышли из укрытия и встретились на Пятидесятницу в Сионской горнице, “внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра” – это Святой Дух снизошел на них и научил их говорить на языках многих народов и исцелять именем Иисуса. Когда однажды Петр и Иоанн входили в Храм через Роскошные ворота для дневной молитвы, калека попросил у них подаяния. “Встань и иди”, – сказали они ему. Он встал и пошел.

Апостолы избрали брата Господня Иакова “свидетелем Иисуса в Иерусалиме” – вождем последователей Христа, которых иудеи стали называть назареями. Число христиан, вероятно, очень быстро росло, судя по тому, что уже вскоре после смерти Иисуса “произошло великое гонение на Церковь в Иерусалиме”. Один из грекоязычных последователей Иисуса по имени Стефан стал обличать храмовых священников, проповедуя, что “Всевышний не в рукотворенных храмах живет”. Стефан был отдан на суд Синедриона и насмерть забит камнями за городскими стенами (лишнее подтверждение того, что первосвященник на самом деле мог выносить смертные приговоры). Стефан стал первым христианским мучеником. И все же Иаков и его назареи оставались евреями, исполняющими иудейский Закон, но и хранящими верность Иисусу, и они проповедовали Христа и молились в Храме еще на протяжении 30 лет. Праведный Иаков широко почитался как иудейский святой. Иудаизм самого Иисуса был, очевидно, не более своеобразным, чем иудаизм всех других пророков, что являлись до и после него.

Судьба людей, осудивших Иисуса на смерть, не была счастливой. Карьере Пилата вскоре положил конец некий лжепророк из Самарии, взбудораживший толпы народа рассказами о том, что он нашел на горе Гризим священные сосуды, зарытые самим Моисеем. Пилат пустил против толпы конницу, и вооруженные всадники перебили множество народа. Прокуратор уже поставил Иерусалим на грань мятежа, а после бойни на горе Гризим самаряне тоже “не удержались от возмущения”.

Римский наместник Сирии вынужден был восстанавливать порядок в Иерусалиме. Он отправил в отставку и Каиафу, и Пилата. Последний был отослан обратно в Рим. Это решение вызвало такую радость, что жители Иерусалима с ликованием приветствовали наместника. После этого Пилат исчезает из истории. Между тем императора Тиберия все больше и больше раздражал Ирод Антипа. Но это еще не был конец дома Ирода; напротив, перед династией замаячил шанс на блистательное возрождение, благодаря самому предприимчивому и авантюрному из еврейских принцев, которому удастся стать другом безумного императора Рима и вернуть себе власть над Иерусалимом.

Юный Ирод Агриппа воспитывался в Риме в императорской семье, где очень сдружился со своим сверстником Друзом – сыном императора Тиберия. Этот обаятельный мот, внук Ирода Великого и Мариамны, дитя их казненного сына Аристобула наделал громадные долги, стремясь ни в чем не уступать императорскому сыну и окружавшим его кутилам, не стесненным в средствах.

Когда в 23 году еще молодой Друз внезапно умер, убитый горем император не мог больше видеть друзей своего сына, и Ирод Агриппа без гроша за душой отправился в Галилею ко двору Ирода Антипы, женатого на его сестре Иродиаде. Антипа поручил ему скучную работу в Тиберии, но скука была невыносима для Агриппы, и он сбежал в Идумею, на историческую родину их семейства, и там даже подумывал о самоубийстве. Но этому повесе и моту всегда улыбалась судьба.

Примерно в то же время, когда был распят Иисус, умер Филипп – тетрарх северных владений дома Ирода. Антипа попросил у императора позволения расширить свою вотчину. Но Тиберию всегда нравился Ирод Агриппа, и тот не преминул воспользоваться случаем, чтобы приехать в императорскую резиденцию на Капри: заявить свои права и оспорить дядины. Он нашел мрачного Тиберия на вилле Юпитера; его пресыщенность, по словам историка Светония, развлекали только мальчики, которых он именовал “своими пескарями” и которые были научены целовать его гениталии, когда он плавал в бассейне. Тиберий обрадовался появлению Агриппы, но разгневался из-за шлейфа долгов, который тянулся за молодым мотом по всему Средиземноморью. Однако Агриппа, прирожденный игрок, уговорил Антонию, подругу своей матери, одолжить ему денег и заступиться за него перед императором. Строгая и целомудренная Антония, дочь Марка Антония, пользовалась большим уважением Тиберия, который видел в ней идеал римской матроны. Он внял ее просьбам и простил повесу-иудея. Агриппа же потратил деньги Антонии не только на уплату своих долгов, но и на щедрый подарок еще одному растратившемуся моту – Гаю Калигуле, внучатому племяннику Тиберия, которого император назначил своим наследником наряду с Гемеллом, сыном покойного Друза.

Император попросил Агриппу присматривать за юным Гемеллом. Но вместо этого ловкий Агриппа счел для себя более полезным завести тесную дружбу с Калигулой. Сын популярного полководца Германика, Калигула еще в детстве сопровождал отца в его германских походах в качестве своеобразного талисмана. Легионеры, обожавшие и Тиберия, и его сына, одетого в миниатюрные доспехи и маленькие солдатские сапоги-калиги, дали мальчику прозвище Caligula –“сапожок”. Теперь, в 25 лет, это был лысеющий распутник, явно страдавший расстройством психики. Тем не менее народ по-прежнему любил его, и Калигула с нетерпением ждал, когда ему достанется трон империи. Калигула и Агриппа, бесконечно далекие от набожных единоверцев последнего в Иерусалиме, вели жизнь, состоящую из череды экстравагантных сумасбродств. Во время одной из прогулок по Капри друзья позволили себе пофантазировать о том, что будет, когда Тиберий умрет, забыв, что у возницы есть уши. И когда Агриппа однажды наказал возницу за воровство, тот в отместку донес на него императору. Агриппа был брошен в темницу и закован в цепи. Но благодаря заступничеству Калигулы ему было дозволено купаться, принимать друзей и лакомиться излюбленными яствами.