'Зона с нами' (сборник) (СИ) - Страница 37

   Снайпер никак не понимал, чего хочет от него этот здоровяк. Подполковник что-то попросил у Ефрейтора и тот достал из кармана аккуратно сложенную газетную упаковку, из которой извлек две фотографии. Одну из них Подполковник взял в руки и показал Снайперу. Тот сначала безучастно смотрел мимо, но, присмотревшись, попытался схватить ее. Все поменялось очень быстро, и теперь уже Снайпер попытался завладеть чужим фото.

   Подполковник быстро отдернул руку и вернул фото Ефрейтору. Он жестом указал мальчишкам сесть и на языке Снайпера попросил его на расстоянии показать фотографию, из-за которой начался конфликт. Тот послушно сделал это, понимая, что сейчас может выясниться что-то очень важное для него. Подполковник увидел ту же - вернее, такую же - фотографию, какая была и у Ефрейтора. С неё на него смотрел один и то же человек. Подполковник встал и заговорил со Снайпером на его языке, указывая пальцем на Ефрейтора.

   Исхудавшее и бледное лицо Снайпера стало на вид вообще бескровным, и он, внезапно потеряв самообладание, в бессилии сначала опустился на битый кирпич, а после повалился без чувств на бок. Его изможденное суровыми, не детскими испытаниями тело, не получавшее должного питания и работавшее на износ, выглядело в этот момент скорее мертвым, чем живым. Подполковник открыл флягу, пригубил ее содержимое, а затем остатки плеснул в лицо Снайперу. Обморок длился не долго, откашливаясь, сморкаясь и вытирая глаза, Снайпер вскочил на ноги. Молодость все же взяла верх над всеми проблемами, да и спирт этому делу неплохо помог.

   Все некоторое время молчали и только сопели в раздумьях над произошедшим. Первым опомнился Подполковник, он встал и сказал несколько слов Ефрейтору. Тот уже ничему не удивлялся, а только молча выполнял приказание. Он взял в руки свой вещевой мешок, вынул оттуда подменную военную форму и отдал Снайперу. Тот, ничего не понимая, взял одежду и ждал дальнейших указаний. Он буквально за несколько минут пережил стресс, которого в его богатой, но короткой биографии еще не было. Снайпер стал совершенно другим человеком, моментально повзрослев на несколько лет.

   Как же так, и почему произошло это, не поддающееся осознанию событие? Он не находил ответа. Еще несколько минут назад было все предельно ясно...

   - А за что, Михалыч, ты собирался разбить ему голову автоматом? - впервые за все время их совестного пребывания на фронте совершенно по взрослому и не по уставу спросил Ефрейтор Подполковника.

   - За слова, - совершенно не удивляясь такому обращению, ответил тот.

   - Я понимаю, но ты же знаешь, что я слов не слышал, и что по-ихнему я ни бум-бум,- не отставал ефрейтор.

   - Ты бы и так понял, если бы услышал, он мне сказал: "Стреляй, русская свинья".

   - Тогда, понятно, - кивнул Ефрейтор. - А что же ты ему ответил, когда показывал на меня? Тут я без перевода точно ничего не пойму.

   - Я ему сказал, что он чуть не убил своего брата!

   7.

   - ...Ну что, Сталкер, продолжим разговор про Контролера, - Карамболь похлопал веником по простыни, лежащей на спине Торсиона.

   Оба собеседника, уже приняв немалую дозу алкоголя, вместе с тем сохраняли ясность ума и было видно, что такие тренировки и нагрузки не являются для них помехой при решении сложных проблем.

   - Значит, дело было так. Должен был начаться сильный выброс, а я как-то замешкался, видно, нюх стал терять, - начал свое повествование Торсион. - Думал, что успею до стоянки Сталкеров добежать, а если что, то антириды у меня в наличии были. Но так давно не трясло, а потом как бахнуло, что даже большая часть бетонного забора у вояк рухнула. После этого вижу - камень здоровенный прямо на меня летит, еле успел увернуться, а он как треснет со скрежетом по заваренному люку и вместе с ним и с обоймой от него как пуля дальше полетели. В общем, оказался я на открытой местности прямо рядом с тем люком, что расположен на косогоре возле круга аномалий. Ничего более умно не придумав, прыгнул туда и стал опускаться вниз по стеновой лестнице. А там была тишина, как в морге, вообще такого в Зоне не встречал, только пол под ногами от выброса дрожал. Начал идти по тоннелю, дальше оказалась еще одна шахта. Иду спокойно, никого не встречаю по дороге. Вдруг навстречу Тушканчик, ну я на него даже ствол не поднял, только нож вынул, а он, не торопясь так, будто меня и нет, просто мимо пробежал.

   И такое ощущение в этом подземелье было, будто я на большой земле оказался, все тихо и спокойно, и даже внутренний голос о какой-либо опасности молчал. Но именно от этого и начало нарастать непонятное ранее беспокойство. Я всегда подключаю дыхательный аппарат в незнакомых подземельях, да и в знакомых иногда проходится из-за метана, сероводорода и т.д. По мере опускания вглубь мое беспокойство только нарастало, но дух исследователя была сильнее. Я опускался все ниже, по различным винтовым и вертикальным лестницам. Вот, думал, ребята Диггеры удивятся такой находке, а они-то считали, что всю подземную Зону знают. Хоть и предварительно, но я решил это подземелье обследовать, в надежде на какую-нибудь эксклюзивность. Тут ее просто не могло не быть, ведь похожего места я еще не встречал. По мере опускания вниз, я начал замечать на стенах и на полу следы какой-то химической деятельности. Из трещин стен кое-где вырывались огоньки пламени, видно, процесс был довольно активный. Но все эти виды не вызывали особого беспокойства, обратная дорога оставалась открытой и в случае повышения опасности можно было беспрепятственно смыться. Экзоскилет и дыхательный аппарат работали вполне исправно, и я не ощущал дискомфорта, кроме возникшего потоотделения из-за повышенной температуры. Мой встроенный в часы термо-датчик показал тридцать градусов тепла. Время, проведенное в подземелье, было незначительным, еще много можно было за оставшиеся минуты успеть, ведь я всегда по старой привычке фиксировал начало выброса, чтобы знать, сколько осталось до его усредненного окончания. Зуммер должен был оповещать меня о половине отведенного срока, предупреждая о желательном возврате.

   Войдя в просторное помещение, вначале я не увидел, а скорее почувствовал чье-то присутствие, т.к. фонарь для привлечения дополнительного внимания не включал. И действительно, кого тут только не было - Кровососы, большое количество вооруженных Зомби в самых разнообразных комбезах, Снорки, Кабаны, и Тушканчики, которых там было просто не меряно. Так вот где осиное гнездо этих тварей и надо скорее сматываться, но что-то просто заставило осмотреть все внимательнее, тем более что вся эта живность вела себя совершенно не агрессивно, будто выброс на них действовал, в отличие от Людей, успокаивающе.

   Вот когда я по-настоящему пожалел, что не дружу с огнеметом. Там при таком скоплении живности эта адская машина всегда должна быть под рукой у впереди идущего, при условии, что он - человек опытный и умеет правильно обращаться с нею; думаю, что всем известны случаи, когда в разгар боя от огнемета доставалось и чужим, и своим. Лечить же от него ожоги в наших условиях очень затруднительно, даже в лаборатории Сахарова.

   И еще одна мысль при виде такой картины покоя не давала: как же эти твари наверх выбираются? Ведь ни Кабаны, ни Тушканчики по вертикальным лестницам лазить не умеют? Возможно, что там был и другой, а может, и не один более пологий выход. Мне было ясно, за время выброса я мало что успею выяснить сам, но для того, чтобы придти сюда с другими людьми, требовалось обеспечение их маломальской безопасности. И я решил максимально внимательно изучить все, что попадалось на пути за отведенное мне незначительное время.

   Мои первоначальные предположения были таковы: скорее всего, там присутствовал некий газ, не имеющий ни цвета, ни запаха, который притуплял органы чувств и каким-то невероятным образом перестраивал живой организм. Причем, возможно, будучи тяжелее воздуха, газ мог себя проявить только непосредственно в очаге образования, не выходя на земную поверхность. Вероятно, этот газ был довольно активным химически элементом и вступал в реакцию со многими веществами, образуя нейтральные соединения, из-за чего и не накапливался в избыточном для подземного объема количестве. Любопытно было бы узнать, как вся эта среда подействует на незащищенного человека, но проверять на себе никакого желания не было.