Грядет эпоха женщины - Страница 10

Недавний собеседник главы передернул плечами, попытался отвлечься от неприятных мыслей.

Екатерина задумчиво посмотрела в окно.

Интересно знать, что за злой шутник объявился на ее голову? Неужели кто – то решил рассорить Снежную с мужем? Знать бы кто. Врагов много и невинный звонок в подвластную ей организацию далеко не самое страшное событие.

Привычный круговорот дел завертел главу, и вскоре губернатор забыла о странном звонке налоговика.

Косолапов вертелся, как белка в колесе. Одаривал детские дома, больницы и школы щедрыми подарками. Встречи с избирателями проходили с завидной регулярностью. Сияющее добротой и честностью лицо кандидата регулярно появлялось на плакатах у подъездов домов, магазинов, на листовках в почтовых ящиках, на рекламных щитах.

Но все казалось напрасным. Рейтинги Снежной росли не по дням, а по часам, словно тесто на свежих дрожжах. Самоуверенная, сильная, губернатор имела непререкаемый авторитет и народную любовь. Казалось, глава просто создана для власти. Ее политика всегда отличалась социальной направленностью. И это как ничто другое подкупало граждан региона. В предвыборную копилку Королевы непрерывным потоком текли деньги из кармана щедрого Глыбы. Да к тому же сам Президент страны всячески поддерживал действующего губернатора, а для большинства политиков, министров, крупных бизнесменов и простого населения этот факт являлся далеко не маловажным, если не сказать решающим.

Все это раздражало и злило Александра Ивановича. А тут еще, как назло, какой – то наглый шутник уже третий раз подряд на ворота его коттеджного участка вывешивал портрет Королевы. Внизу крупным жирным маркером красноречиво гласила надпись: «Вы, Косолапов, как не садитесь, все ж в дирижеры не годитесь!»

Разъяренный мужчина сорвал плакат, яростно затоптал невинный листок бумаги каблуками в грязь.

– Я все равно найду способ расправиться с тобой, выскочка! – Погрозил Косолапов кулаком поруганному плакату. – Ты не проста. Да и мы не лыком шиты. Тоже кое – какие приемы знаем. Так что, сучка, лучше не вставай на моем пути к власти. Уничтожу.

Несколько дней промелькнули незаметно. Предвыборная суета и повседневная работа затягивали в круговорот и не оставляли женщине ни одной свободной минуты. И по вечерам она буквально валилась с ног от усталости. Однажды взволнованная Екатерина собралась с духом и решила: пора посоветоваться с мужем по поводу того, чтобы приоткрыть завесу их личной жизни перед многомиллионной аудиторией избирателей.

Снежная отчетливо осознавала, такой ход даст огромное преимущество перед серьезным соперником на выборах. Но так же ей было известно: Максим ненавидит вмешательства журналистов в частную жизнь. Уж слишком много крови любопытные репортеры попортили мужу.

Вечером Максим заявился домой не в духе. На заводе не ладилось. Спичка плохо справлялся со своими обязанностями. Но других кандидатов на место директора пока не наблюдалось. Сам хозяин буквально разрывался между столицей и регионом и не мог взять все в свои руки. А потому приходилось терпеть выходки незадачливого директора.

Катя закружила вокруг мужа. Наложила аппетитный салат из его любимых морских деликатесов, щуку в кляре с яйцом и картофельное пюре с зеленью.

Максим с нескрываемым изумлением наблюдал за женой.

– Милая, только не говори, что ты все это еще сама и приготовила.

Женщина залилась румянцем и кивнула.

Мужчина присвистнул и недоверчиво покосился на супругу:

– Так. Давай, говори. Не томи. Что от меня нужно?

Катенька перестала улыбаться. Сложила руки на груди и надула губки:

– Дорогой, почему ты думаешь, что если мне захотелось сделать приятное, то сразу что – то от тебя нужно?

– Потому что это так и есть. Ну? Я жду.

Жена замялась. Вмиг стала серьезной и сосредоточенной.

– Максим, ты же знаешь, сейчас наступает самый пик в борьбе за мое, понимаешь, мо – е законное кресло. И я должна любыми средствами удержаться в нем. Есть одна идея, с помощью которой смогу завоевать огромное число избирателей. Если стану для них ближе, понимаешь, своей, то шансы на успех вырастут в разы.

Мужчина дожевал кусок суховатой рыбы. Васильковые глаза уперлись в Екатерину:

– Так. Говори, что требуется от меня?

Жена поерзала на стуле.

– Если мы с тобой приоткроем завесу нашей личной жизни. Ну, хоть чуть – чуть. Будет очень здорово. Жители региона поймут, я такой же человек, как и все. Екатерине Снежной можно доверять. – Выпалила собеседница и замерла.

Глыба усмехнулся. И отодвинул тарелку.

– Да уж, своей. С единственной лишь разницей, что ешь черную икру в любое время года и суток, отдыхаешь на лучших баснословно дорогих курортах мира и разъезжаешь на «Мерсе» за девять миллионов рублей. – Вставил муж свое веское слово.

Катя насупилась:

– Так и знала, не поймешь меня. Не поддержишь.

Черные бездонные глаза наполнились слезами, надутые губки задрожали.

Муж вскочил, взъерошил копну волос, бросил ястребиный взгляд на несчастную жену:

– Кать, иногда, ты напоминаешь мне генерала, для которого не существует слово «поражение». Но иногда женская хитрость настолько остро проявляется, что теряюсь. Не нужно мной манипулировать. Разве не ты первая была ярой противницей малейшего вторжения в личную жизнь? – Мужчина заметался по комнате.

Катя вздохнула с облегчением: если ругается, значит, поддержит. Хуже, когда молчит. Это явный признак отказа.

– Милый, ты же понимаешь, все только ради выборов. – Развела она руками и судорожно вздохнула.

Максим покряхтел. Сердито попинал тонкую подушечку с табурета. И выдавил:

– Ладно. Тащи своих прихлебателей из штаба по выборам и журналюг.

Слезы моментально испарились. Женщина рассмеялась, чмокнула мужа в губы.

Через два дня в квартире губернатора царила суета, стоял невообразимый гвалт. Журналисты передовых газет, ведущие новостей местных центральных каналов, операторы, фотографы, пресс – служба главы и руководство предвыборной команды в полном составе готовили Снежную с мужем к предстоящему интервью. Было решено, что съемка пройдет в гостиной и уютная комната временно превратилась в съемочную площадку. Все остальные комнаты предварительно наглухо закрыли. А за беспокойными гостями зорко следили угрюмые охранники главы.

Максим хмурый и злой шнырял по коридору, увиливал от гримеров и бормотал себе под нос ругательства в адрес всей журналистской братии, а заодно и непокорной жены. Наконец, долгие приготовления закончились. И представители СМИ вместе с хозяевами разместились по местам. Началась съемка.

Мужчина незаметно отделился от занятой толпы. И бесшумно выскользнул в полутемный коридор. Так. Охраны нигде не видно. Видимо, ребята расслабились: попали под теплое крылышко заботливой домработницы. Судя по аппетитным запахам и едва различимому стуку посуды, слева от него кухня.

Мужчина испуганно оглянулся и стал медленно подниматься по винтовой, узорной лестнице.

Он бесшумно открыл первую попавшуюся дверь. Похоже на гардеробную. Любопытный гость тихо присвистнул от удивления. Глубоко втянул запах любимых духов губернатора. Ого! Сколько у главы шмоток! Он и не знал, что одному человеку может понадобиться столько костюмов, туфель, платьев и аксессуаров! Немыслимо! Ничего. Когда он займет место Глыбы, у него тоже будет огромная гардеробная и десятки, нет тысячи костюмов от самых известных дизайнеров планеты. Осталось немного потерпеть. Совсем, совсем немного.

Мужчина прикрыл дверь. Прислушался. Снизу доносилось невнятное бормотание Снежной. Пусть, пусть любимая старается на благо их обоих! Он открыл следующую дверь. И затаил дыхание. Вот она, святая святых – спальня. Какая роскошь и изысканность! Здесь явно поработали лучшие дизайнеры города.