Грустная история Васи Собакина - Страница 4

В этом мы с ним похожи – оба не любим рано вставать (типичные совы) и ненавидим холод. Ленуля держит нас (да и всю семью) в ежовых рукавицах, расслабиться не дает. Вот такая она, наша мама, просто железная леди! Маргарет Тэтчер отдыхает.

Я не люблю футбол. Смотреть, как толпа потных, возбужденных мужиков гоняет по полю бедный мячик – не по мне. А вот Ленуля его обожает. В воскресенье, вместо того, чтобы, как подобает приличной супруге, готовить семейный обед, стирать или гладить, она садится перед телевизором и на два с лишним часа выпадает из реала. Говорить с ней в это время, требовать исполнения домашних обязанностей – бессмысленно, жена видит только игру и слышит исключительно комментатора.

– Нет, ты видел? – обращается она время от времени ко мне. – Какой гол! Просто красавец – прямо в «девяточку»!

Я тихо сижу рядом и делаю вид, что мне это тоже интересно, даже иногда подаю реплики типа: «Как он рванул, а?» или «Куда только смотрит арбитр!» Жена на это обычно хмыкает и запивает происходящее крепким чаем. Хорошо, что хоть не пивом… В конце концов, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось.

Раньше, в первые годы нашей совместной жизни, я пытался ее перевоспитывать, но вскоре бросил это дело как абсолютно бесполезное. Даже плач собственного ребенка не мог оторвать Ленулю от просмотра очередного матча. Она, не поворачивая головы, говорила мне: «Собакин, посмотри, что там со Степкой», или «Собакин, поменяй Машке пеленки, не видишь, что ли – описалась!» И прочее в том же духе.

Все мои попытки выключить телевизор и заставить супругу обратить внимание на мужа и семью обычно заканчивались тем, что она вставала руки в боки и гневно заявляла: «Собакин, ты живешь за мой счет, сидишь на моей шее! Так отстань от меня и дай отдохнуть хотя бы в воскресенье». После чего шлепалась обратно в кресло и продолжала смотреть игру. Молча, уже ни на что не реагируя.

Конечно, кто-то может назвать меня слабохарактерным, даже тряпкой, и будет абсолютно прав. Я терпеть не могу выяснять отношения с женщинами, и особенно – со своей любимой женой. Тем более что по большому счету она была права: я действительно живу за ее счет – если сравнивать ее и мою зарплаты. Сейчас Ленуля возглавляет отдел в крупной строительной фирме и чувствует себя большим начальником. Она не раз пыталась перетащить меня к себе, но я пока сопротивляюсь.

Поясню почему. Ей нужен человек, умеющий красиво оформлять туалетные и ванные комнаты. Дело в том, что ее контора занимается строительством и отделкой дорогих особняков, а у их хозяев, как правило, имеются свои представления о красоте и дизайне.

Заказчики часто требуют, чтобы отхожие и ванные места были оформлены на высшем уровне – как картинка в журнале. При этом каждый желает получить еще чего-нибудь индивидуальное, особенное, что выгодно отличало бы его сортир от аналогичного же места у соседа. Вот и выпендриваются друг перед другом – такое иногда заказывают, что просто голова кругом! Золотыми унитазами сегодня никого не удивишь, а вот эксклюзивный дизайн и картины маслом в нужнике – это круто!

Так вот, по замыслу супруги, я и должен был ублажать этих богатых уродов – делать им красиво.

Один раз я попробовал поработать у супруги и запомнил на всю жизнь. Некий Петр Федорович (то ли бандит, то ли оптовый торговец рыбой, я так и не понял), заказал себе туалет в стиле русский ампир. Ну, захотелось ему так, что поделаешь!

Жена долго уговаривала меня взяться и в конце концов уговорила – сыграла на самолюбии: мол, тебе, с твоим верхним художественным образованием это как два пальца об асфальт. Сделаешь эскизы, ублажишь клиента, а уж потом я тебя сама ублажу… На высшем уровне, не забудешь!

Я, сидевший в то время на голодном половом пайке, скрепя сердце, согласился. Подумал: ну, в самом деле, что мне стоит: все-таки диплом художественного института в кармане, да и талантом вроде бы не обижен… Сделаю, как она просит, порадую заказчика, один-то раз можно! Ведь даже пословица есть: один раз не… Ну, дальше вы сами знаете. Думал, глупый: пусть поступлюсь принципами, но зато помогу Ленуле, заработаю кучу бабок, а там, глядишь, и мне кое-что обломится. В смысле любви. Надоело, знаете ли, спать одному на диване, хочется к жене, под теплый бочок…

В общем, взялся я за ту работу. Неделю сидел над эскизами (ночами, разумеется, днем-то приходилось вкалывать в конторе), однако все сделал, причем точно в срок. Но клиент, рассмотрев как следует мои рисунки, недовольно скривил толстую рожу – что это, мол, у тебя за колонны с портиками?

Я ему вежливо объяснил – именно то, что вы заказывали, уважаемый. Стиль русский ампир предполагает именно такое архитектурно-дизайнерское решение внутреннего пространства помещения, причем обязательно с покраской в светлой цветовой гамме и с непременным использованием следующих элементов декора… На что незамедлительно последовал ответ:

– И на хрена мне тогда такой ампир? Одни колонны с какими-то загогулинами, и больше ничего красивого нету… Где скульптуры? Где раковины с этими, как их, бабы еще такие были, античные…

– Наяды, – услужливо подсказал вертлявый молодой человек в строгом деловом костюме, помощник Петра Федоровича.

– Во-во, – кивнул хозяин, – с наядами. В общем, переделывай все, да побыстрее – у меня рабочие простаивают. И не забудь еще русалок добавить, да погрудастей! Хочу, когда на унитазе сидеть буду, баб с сиськами рассматривать!

И заржал довольно. Помощник заискивающе захихикал и подсказал:

– Сюда бы еще, Петр Федорович, Венеру поставить – для полноты интерьера.

– Точно, – кивнул заказчик, – и чтоб Венера была!

– Вам какую Венеру надо? – решил я слегка постебаться.

– А что, они разные бывают? – удивился Петр Федорович.

– Да, – с серьезным видом кивнул я, – известны такие скульптурные изображения богини Венеры, как Милосская, Антиохская, Кипрская…

– Давай тогда Милосскую! Я что-то слышал про нее… Или в Италии видел, когда с Танькой ездил… Я по скульптурам этим не особенно, больше по живым бабам!

И снова заржал.

– Вам с руками или без? – продолжил я с абсолютно серьезным лицом.

– Не понял…

– Видите ли, – терпеливо начал объяснять я, – точная копия Венеры Милосской предполагает изображение без рук – как в оригинале.

– А где же руки-то ее? – не въехал заказчик.

– Так ведь вандалы еще в пятом веке нашей эры отрубили, когда Древний Рим брали, – горестно вздохнул я. – А когда в восемнадцатом столетии Венеру нашли, так она уже без рук была…

– И на фига мне баба без рук, – пожал плечами Петр Федорович, – нет, ты, мил человек, давай мне нормальную, со всеми конечностями. И, кстати, почему копия? Я тебе что, лох какой-нибудь, чтобы копии собирать? У меня все вещи в оригинале: и Рембрант, и Рафаэль, и этот, как его? Который еще себе ухо отрезал…

– Ван Гог, – подсказал услужливый помощник.

– Точно, – кивнул Петр Федорович, – он самый. Так что тащи оригинал, и смотри у меня – проверю! Если какую-нибудь туфту впаришь – вмиг узнаю… И в асфальт закатаю!

И снова довольно заржал.

В общем, промучился я над этим заказом еще два дня, а потом плюнул и решительно отказался – такая работа не по мне. Нет, лучше уж я буду делать свои рекламные эскизы…

Жена была очень недовольна, дулась почти неделю, но потом все же поняла, что этот бизнес действительно не для меня. Простила и даже к телу своему, нежному и мягкому, допустила. Хотя до сих пор не оставляет надежды уговорить меня бросить любимую контору и затащить в свою фирму. Я сопротивляюсь, как могу, отбиваюсь всеми четырьмя конечностями. Вот так мы и живем.

Дети, надо сказать, полностью поддерживают мать. Они считают, что я мог бы зарабатывать хорошие бабки, если бы оставил свои дурацкие принципы и занялся настоящим делом.

Понять их можно: И Машка, и Степан получают карманные (и не только) деньги из рук матери, а потому рассматривают ее как главу нашего семейства. Все главные вопросы они решают только с ней, мне же отводится роль «парадного папы». И приходится играть ее почти каждое воскресенье.