Гроссмейстеры Зазеркалья - Страница 12

Не случайно, что в Соединенных Штатах сейчас выдвинута идея о том, что Америка должна установить стратегическое партнерство с Китаем, создав «Большую двойку», чтобы вместе решать крупнейшие проблемы современного мира. Хотя, естественно, и с опорой на Евросоюз, а также с привлечением России и Индии. Я бы сказал, что это выглядит как жест отчаяния со стороны американцев. Потому что еще 30 лет назад Вашингтон даже на дипломатическом уровне не признавал Пекин. А теперь они говорят, что Китай – это абсолютно необходимый партнер для Америки. При том, что историческая поступь Китая – очень уверенная и достаточно быстрая.

Так что, по всеобщему мнению в США, кризис, который подрывает экономические силы США, помноженный на проигрыш войны в Ираке (что сильно ограничивает дальнейшее использование вооруженных сил за пределами США) – это два фактора, которые выведут Китай на позиции, на которых он сможет на равных соперничать с США. Отсюда и попытка «заключить Китай в объятья» (и «задушить» его в них), чтобы не позволить тому превратиться в оппонента и противника Америки.

Как известно, причиной смерти является жизнь. Причиной кризиса в России стало то, что она присоединилась к мировой экономике, то есть к мировой капиталистической системе. И все остальное – это детали. Вспомните советское время: кризисов не было. Точнее они были, но скорее локальные социальные обострения, о которых большинство и не знало: восстание в Новочеркасске в 1962 году, беспорядки в Чимкенте, в 1973 году. Это были обострения, которые сигнализировали о том, что ситуация на местах неблагополучная. Но не было общенационального кризиса, который бы охватывал в равной мере все регионы. Потому что это была система совершенно другого типа. Государство регулировало всю экономику, все элементы производственных отношений. Мы были вне капиталистического рынка и с усмешкой превосходства наблюдали за тем, как в том мире, например, выгоняют людей с фабрик и заводов.

Я помню, как советские СМИ писали что-то такое: «Мертвящей тишиной звенят очереди безработных, выстроившихся на биржу труда». Были такие высокие поэтические образцы подобных описаний, с пастернаковскими и мандельштамовскими обертонами. Часть общества считала: очень хорошо, что мы живем в другой системе и у нас этого нет. Другая, напротив, криво улыбалась и говорила, что, мол, это все пропаганда, на Западе все не так. И действительно, чисто внешне они были правы. Те, кто бывал за границей, на суточные покупали подарки всей семье, друзьям и еще запасались джинсами на годы. Они подтверждали сомнения скептиков: какие кризисы, если там все можно купить?!

Теперь же мы видим, как оно по-настоящему. Выяснилось, что многое из того, что писали и говорили советские СМИ, было правдиво. Теперь вы тоже можете за рубежом, да и у нас купить все, что душе угодно. Но это не отменяет того факта, что есть кризис, причем очень глубокий и всесторонний.

Действительно, такого феномена как сейчас, в глобальном масштабе, не существовало. Все говорят о великой депрессии в Соединенных Штатах начавшейся в 1929 году. Но это был чисто американский кризис. Да, во второй половине XX века кризисы тоже были, но не глобальные, принимали они разные формы, и разные страны из них по-разному выходили. В 30-е годы ответом на кризис в США стал новый курс, который начал проводить президент Рузвельт. В Германии выход из кризиса – это приход Гитлера к власти. Два разных пути выхода из кризиса. Хотя одно у них было общее – очень серьезная роль государства в восстановлении экономики. Когда Гитлер приходил к власти под национал-социалистическими флагами, красная часть его полотнища там была достаточно закономерна, в том смысле, что он сделал ставку на госкапитализм, т. е. в европейском понимании на социалистические начала в экономике. Вот вам два варианта госкапитализма – американский и германский. Американский был демократическим, а германский – нацистским. Но социализм присутствовал и там, и там – как элементы системы.

Но тогда мир не был глобализирован до такой степени. А глобализация создает и единообразие, и взаимопроникновение экономик, инвестиций, рынков. Вот сейчас рухнул японский экспорт. 35 процентов японского экспорта шло в США. И это сильный удар по японской экономике. Более чем вполовину упал китайский эскпорт, также завязанный на США. Вирус, который поразил американскую экономику, а это ключевая экономика в мире, поразил все страны. Глобализация – это кровоток, он и разнес этот вирус по единому экономическому организму. Конечно, у глобализации есть свои плюсы, но не бывает абсолютно позитивных явлений. Сейчас трудно найти страну, которую бы все это не затронуло. Хотя… вот Молдавия. Наименьшие последствия кризиса именно в этой стране.

Самая малоинтегрированная, самая деиндустриализированная, с самой слабой социальной системой. Им некуда падать, во-первых. Во-вторых, в Молдавию очень мало инвестировали. Там слишком мало серьезных предприятий, так что они и не могли взять больших займов за рубежом. А сейчас ведь самая большая проблема – возвращение кредитов. Люди брали кредиты, скажем Олег Дерипаска, у которого сейчас очень большие сложности. Его состояние – оценивалось в 40 с лишним миллиардов долларов, сейчас оно сократилось в 10 раз. У Дерипаски была агрессивная стратегия – он покупал все новые предприятия. Это было возможно благодаря кредитам. Он отдавал старые кредиты новыми кредитами, часть вкладывал в производство, и эта пирамида должна была когда-то окупиться. Но у него не хватило времени, он не успел завершить цикл. И так пострадали многие.

А в Молдавии не было Дерипаски, не было Абрамовича, и Березовского там не было. Понимаете, если какой-то вирус поразит все компьютеры мира, то лучше всего себя будут чувствовать те страны, где меньше всего компьютеров. Там не будет ни паники, ни истерики, потому как ломаться нечему. Вот так и в Молдавии.

Возвращаясь к тому, что эпицентр экономического взрыва пришелся на США. Америка это такое образование, которое включает в себя три основных характеристики. Во-первых, США – это глобальный потребитель, во-вторых – глобальный производитель интеллектуальной продукции (собственно промышленное производство – это всего 11 % американского ВВП, все остальное это товары, услуги, интеллектуальная собственность) и в-третьих – это глобальный поразит. За счет чего США такой глобальный потребитель? Ведь американский внешний долг (я уже не говорю о внутреннем долге, перед своими гражданами) сейчас составляет около 1 триллиона долларов (ВВП США 14 триллионов). Примерно получается 7 % от ВВП – это много. Если бы все кредиторы подали на взыскание долгов с Америки, для страны это был конец, но за счет чего США избегают краха и дефолта? За счет того, что печатают доллары. А доллар – это мировая резервная валюта. Они печатают бумажки, и за это со всего мира получают нефть, плюшевые игрушки из Китая, телевизоры из Японии и т. д.

При этом инфляция распределена на весь мир. Потому что доллар – мировая резервная валюта. От пригородов Уагудугу до пивных Анадыря, у вас везде примут доллар. Если не примут в магазине, то обменяют в любом обменном пункте. В итоге, инфляция по доллару распределена на весь мир. Вот в чем дело. Они печатают доллары, отдают их нам, а мы радуемся и чувствуем себя приобщенными к мировой цивилизации. А на полученные за бумажки материальные ценности прекрасно живет американское население. «American way of life», американский образ жизни – это образ жизни хитроумного, изобретательного паразита. Для страны-имитента такой валюты, которая для всех государств является резервной, закономерно открываются паразитические возможности.

Но надо было еще суметь сделать доллар всемирной валютой. Создать такую экономику, чтобы впечатлить весь мир, заработать такое доверие. Конечно, хотелось бы помечать, о том, чтобы однажды рубль станет такой валютой. Но я думаю, что шансов больше у другой страны – у Китая, в перспективе. Хотя региональной валютой рубль вполне может стать. А почему нет? От кого Белоруссия получает газ? От нас. От кого Украина получает нефть? От нас. От кого Грузия получает электроэнергию? В основном пока от нас.