Город Порока (СИ) - Страница 60

— Повезло. Взяли за час… Судья сегодня был сговорчивым.

— Хм… Действительно повезло… И что думаешь, это реально он? — кивнул он в мою сторону. — По описанию не сильно похож…

— Мы нашли у него в шкафу трофеи…

— Трофеи? — удивился сержант.

— Волосы жертв…

— Чёрт! — покачал сержант головой, не переставая сверлить меня взглядом…

Я престал прислушиваться к бессмысленному трёпу двух полицейских и с интересом огляделся по сторонам.

Внутри участка всё выглядело именно так, как я себе это и представлял — серые стены, высокие потолки, яркий свет люминесцентных ламп, люди в форме, суета и гомон. На скамейке у стены справа сидела парочка побитых жизнью бездомных, пахнущих застарелой мочой и блевотиной, рядом с ними уронив голову на грудь и с закованными на запястьях наручниками дремал наркоман с синими, исколотыми иглами венами.

Чуть дальше на одиночном стуле приютился подросток, вздрагивающий от каждого шороха и громкого звука. В дверях одного из кабинетов вопила какая-то проститутка, требуя предоставить ей адвоката и грозя засудить весь департамент. У кулера с водой стоял и беседовал с женщиной полицейский, периодически кивая и изредка широко зевая…

— Уокер! — громко окликнул сержант симпатичную темнокожую девушку в полицейской форме, идущую по коридору с толстой папкой документов в охапку, заставив наркомана в дальнем конце помещения хрюкнуть во сне, а дёрганного подростка на стуле испуганно вздрогнуть в очередной раз.

— Да, сэр? — ничуть не смутилась девушка-полицейский.

— Кофе нам принеси. И без сахара, как в прошлый раз, — поморщился сержант, — а то пить невозможно.

— Сэр, я вообще-то не делаю кофе… — недовольно нахмурилась девушка с копной чёрных кучерявых волос на голове.

— Расслабься, девочка! Ты же всё равно не настоящий коп. Тебя взяли по квоте, — усмехнулся сержант, и пара копов за стойкой дежурного громко заржали.

— Я хотела сдать вам документы, сэр… — невозмутимо приблизилась она стойке, лишь слегка нахмурив лоб.

— Ну сдавай, раз хотела… — хмыкнул сержант, взял из рук девушки папку, развернул и бегло пробежался взглядом по страницам. — Э-э-э! Погоди! — тут же окликнул он уже собравшуюся уходить патрульную. — Что это?

— Где?

— Тут! — ткнул он толстым пальцем в папку. — Переделывай!

— Тут всё верно, сэр! — упрямо помотала девушка головой. — Я дважды проверила.

— Ты хочешь сказать, я вру, девочка⁈ — с нажимом произнёс сержант.

— Нет, сэр!

— Значит, переделывай! — раздражённо швырнул он в сторону папку с разлетевшимися по всему полу листами.

— Да, сэр, — покорно проглотила обиду патрульная.

— Ты вообще понимаешь, что пишешь? Или вас этому не учат? — хмыкнул офицер.

— Не учат, сэр… Нас учат только по деревьям лазить и бегать. Читать и писать мы учимся по старым книжкам, которые привезли первые миссионеры в нашу отсталую колонию в Бруклине, — не сдержалась и колко произнесла девушка-патрульная.

— Так ты из Бруклина? — удивился сержант. — А я думал с Ямайки… или из Африки… Хм…

Темнокожая девушка зло глянула на сержанта, незаметно сжав кулаки, развернулась и принялась собирать с пола разбросанные документы.

— Понабирают по сраным квотам кого зря, — пожаловался своему собеседнику сержант, — а нам потом мучиться с ними и всё за ними переделывать.

— Это точно… — сочувственно подтвердил Рейнольдс.

— Держи… — протянул я приблизившейся ко мне на корточках девушке-полицейской два листа, залетевшие под мой стул.

— Спасибо! — недовольно пробурчала она, выдернула из моих рук заполненные красивым ровным почерком протоколы, сунула их в папку, поднялась и двинулась по коридору.

— И кофе не забудь, Дениз! — выкрикнул ей в спину мужчина. — Мы ждём! Хотя, нет! Погоди!

— Да, сэр? — обернулась патрульная, попытавшись изобразить на лице вежливую улыбку.

— Отведи задержанного в третью камеру, — кивнул сержант на меня.

— В чём его обвиняют? — глянула она в мою сторону.

— В убийствах симпатичных девушек, так что тебе нечего бояться…

Копы за стойкой снова весело заржали, а патрульная Уокер неторопливо приблизилась ко мне.

— Встать, задержанный! — строго произнесла она и для убедительности ткнула меня дубинкой в плечо. — Идём в камеру. Прямо по коридору. Живее!

— Можно быть чуточку помягче, офицер?

— Нельзя!

— Ясно… — вздохнул я и покорно двинулся по широкому длинному коридору…

Офицер Уокер, судя по бейджу на груди и обмолвкам сержанта, довела меня до двери камеры, завела внутрь, сняла наручники, коротко бросила «Жди здесь!», как будто у меня был выбор, и оставила наедине со своими мыслями…

Два на два метра, голые бетонные стены, лавка и унитаз без перегородок… Я уселся на край лавки, потёр слегка затёкшие запястья, потрогал шишку на затылке и задумался, где я накосячил в этой жизни и когда свернул не туда…

Ждать своей участи пришлось долго.

Через час ключ в замочной скважине противно скрипнул, дверь распахнулась и на пороге камеры возникла уже знакомая мне темнокожая девушка-полицейский.

— Идёмте со мной, мистер Стоун, мне нужно взять у вас отпечатки пальцев и образцы крови для лаборатории…

— Я жду своего адвоката, — произнёс я, не двинувшись с места.

— Это не предложение, это приказ! — нахмурилась она.

— Нет, — помотал я головой.

— Нет? В смысле? — девушка на миг растерялась.

— Зачем вам мои отпечатки?

— Отпечатки пальцев берутся для идентификации и установления личности.

— Для этого у вас есть моё удостоверение, — равнодушно заметил я.

— Отпечатки берутся для сверки с базами, связи с уликами и фиксации личности в деле, — зачем-то перечислила она, заметила равнодушное выражение на моём лице и слегка повысила голос: — Послушай, если ты не согласишься сам, мне придётся вызвать подкрепление, и тебя доставят силой.

— Вызывай, — пожал я плечами.

— Хорошо. Сам напросился! — патрульная раздражённо махнула на меня рукой и захлопнула тяжёлую дверь камеры.

Я прислонился спиной к холодной стене, вытянул ноги перед собой, глянул на часы на запястье, отметив начало первого ночи, и ожидающе уставился в стену перед собой…

Вернулась офицер Уокер спустя минуту, в сопровождении двух копов и сержанта… Чёрт, они бы ещё весь отдел сюда позвали… Ткнула в меня пальцем, что-то тихо пробормотала старшему офицеру и отступила в сторону, пропуская в мою и так тесную камеру своих коллег.

— Да уж… Сама ты пока не справляешься, Уокер. Даже с таким простым заданием… — осуждающе покачал головой сержант, и я заметил на себе гневный, испепеляющий взгляд девушки. — Так, парень… — обратился он уже ко мне, — Нам нужно взять твои пальчики и кровь. И как это произойдёт, по твоей воле и против, мне абсолютно плевать!

— Ордер у вас есть? — невинно поинтересовался я.

— Нам не нужен ордер для этого.

— Да? — удивлённо округлил я свои честные глаза. — Странно. Насколько я знаю, в деле Шмербер против Калифорнии, шестьдесят шестого года, Верховный суд чётко установил, недобровольное взятие образца крови без ордера — это нарушение Четвёртой поправки. А если вы говорите, что ордер вам не нужен, господин офицер, то вы либо тупы, как пробка, либо врёте, а это явное превышение полномочий.

— Ты что, адвокат? — нахмурился сержант.

— А это имеет значение? Только адвокат может знать свои права?

— То есть, ты отказываешься добровольно сдать кровь? — коп недовольно насупился.

— И отпечатки, — уточнил я.

— Это ещё почему? На взятие отпечатков мне точно не нужно ни твоего разрешения, ни ордера, сынок!

— То есть, по поводу крови мы всё же договорились?

— Сам пойдёшь, или мне тебя заставить? — проигнорировал мой вопрос сержант и самодовольно ухмыльнулся.

— Заставить, — выбрал я второй вариант, ответив ему его же ухмылкой.