Гончаров подозревается в убийстве - Страница 13

- Нет, это действительно так, газовое отопление у нас уже лет десять, и мне непонятно, откуда могла выплыть лопата.

- Очевидно, ее принесли с собой.

- Не думаю. Представьте себе, Константин Иванович, вы собрались на мокруху и через весь город тащите с собой метровый шанцевый инструмент. Мне кажется это неправдоподобным.

- Полностью с вами согласен, но тогда где он мог ее взять?

- Скорее всего, здесь, правда, я не заметил ни одного угольного сарайчика.

- Может быть, раньше уголь держали в подполье? - поделился я своими соображениями, но тут же сам их отбросил: - Нет, не получается. Во-первых, вход в него перекрывал я сам, во-вторых, там болото, и в этом случае лопата была бы мокрой, и, наконец, третий аргумент: он никак не мог прежде ударить меня лопатой, за которой ему только предстояло спуститься.

- Константин Иванович, - задумчиво глядя мне в глаза, проговорил Окунь, - а ведь вы, наверное сами того не подозревая, подали мне замечательную идею! Если мы ее проработаем и она принесет нам ожидаемые результаты, то нам многое станет понятно. Вы ходить можете?

- Смотря куда - если по бабам, то с удовольствием.

- Нет, гораздо ближе, вокруг дома.

- Странный у вас маршрут для утреннего променада, но я к вашим услугам.

Начиная с фасада, мы не торопясь шли по периметру метрового фундамента. Теперь и я понимал цель нашего путешествия - майор искал сарайчик для хранения угля. И мы его нашли в задней части дома на территории курятника. Вход в него издали был незаметен, его скрывал бурно разросшийся кустарник, и, только подойдя вплотную, мы заметили небольшую, дряхлую дверцу. Возле нее виднелись четкие и свежие следы галош. Сомневаться не приходилось - недавно здесь кто-то побывал.

- Может быть, опять пригласить кинолога? - разумно предложил я.

- Не стоит, в лучшем случае собака приведет нас в дом, да и только, а это я и без нее теперь прекрасно знаю.

Осторожно, не касаясь ручки, майор открыл дверцу. Удивительно, несмотря на то что ею давно никто не пользовался, она открылась мягко и без скрипа. Это лишний раз подтверждало - убийство готовилось заранее. Сарайчик за домом оказался довольно большим, но каким-то несуразным. При десятиметровой длине он имел не больше двух метров в ширину. При свете фонарика первое, что бросилось в глаза, была куча спрессованного угля столетней давности. У ее основания лежало два собачьих трупа - недаром исчезновение барбосов не давало мне покоя целую ночь.

Странно, но ни одного окурка, ни одной конфетной обертки обнаружить нам не удалось. Зато умный следователь нашел нечто более существенное. У длинной стенки, граничащей с основным подпольем, почти вровень с полом он наткнулся на дно большого бочонка. Это обстоятельство нас крайне заинтересовало.

- Константин Иванович, вам не кажется это немного неестественным?

- Кажется, прямо как в детской загадке: "Утка в море, а хвост на заборе". Если мы видим хвост, то где же сама утка?

- Думаю, мы ее найдем, и тогда загадочка разгадается сама собой. Вы как думаете, куда это донышко открывается?

- Думаю, наружу.

- А вот и не угадали.

От майорского пинка бочоночный кругляш провернулся на вертикальной оси, открывая нам путь в подполье. Громко заржав, весьма довольные друг другом, мы покинули коварное подземелье, чтобы по стаканчику выпить за наш ум и прозорливость.

- Ну вот, теперь все встает на свои места, - кромсая персик, изрек Окунь. - Можно нарисовать подробную схему-картинку его действий. Может быть, как непосредственный участник, это сделаете вы? Тем более отныне я почти полностью вам доверяю. Вы теперь почти вне подозрений.

- Не понимаю вас, а что же, до сего момента вы меня...

- Да-да, именно так, вы были одним из основных подозреваемых, и знаете почему? Во-первых, человек вы приезжий, вполне подходите на роль наемного убийцы. Второе, вы уволены из органов за неблаговидное поведение, значит, опять-таки могли пойти на преступление. И третье, работали вы следователем, а значит, могли обстряпать дело таким образом, что у любого сыскаря были бы только битые карты. Ну и еще, на гарнир, ваша пляжная дама полностью отрицает знакомство с вами. И наконец, последнее: пирожник Прокопчук вчера вечером уже вспомнил, что видел, как вы вернулись домой в десять часов утра. Согласитесь, букет достаточный для самых серьезных подозрений.

- Ваши подозрения, уважаемый господин Окунь, я бы мог отмести за полчаса, но не хочется попусту тратить время, мы отвлеклись, а мне бы действительно хотелось воссоздать схему, по которой действовал преступник. Если вы не возражаете, я начну.

Итак, вчерашней ночью, пользуясь нашим пьяным сном, преступник травит собак и проникает в сарай, где смирно сидит всю ночь, вплоть до того, как опохмеленные хозяева, предварительно поругавшись, расползаются по своим спальным местам. Тогда он проникает в дом, вероятнее всего, через окно моей комнаты. Убедившись, что его потенциальная жертва беззаботно дрыхнет, он делает свое грязное дело и, чтобы не рисоваться, тем же путем уходит в сарай, где ему предстоит отсидеться до темноты.

- Нет, тут я могу вам возразить, уважаемый Константин Иванович, до темноты сидеть ему было никак нельзя. Он прекрасно знал, что труп Шмары будет обнаружен в самое ближайшее время и тогда начнется большой переполох, который может для него плохо кончиться. Тут что-то другое, скорее всего, ему помешало какое-то непредвиденное обстоятельство. Может быть, Прокопчук? Нет, о его постоянном присутствии он наверняка был осведомлен. А если так, то через калитку он уходить не собирался. Тогда как? Ему оставался единственный путь - через огород, через лиман.

- Простите, но вы совсем недавно говорили, что пути через тот обрыв нет.

- Говорил и говорить буду. Подняться по нему невозможно, все осыпается, но вот спуск вполне допустим. Итак, его отступлению через огород кто-то (пока это не важно) мешает, причем мешает довольно продолжительное время, вплоть до вашего прихода. Вы согласны со мной? Отлично, потом очередной помехой для него становится прибытие патруля, а в дальнейшем и оперативной группы. После их отъезда он по каким-то причинам снова не может выбраться, хотя, казалось бы, теперь это сделать проще простого, ведь Прокопчука увезли и у него открыто два пути отхода.

- Он не мог выскочить, потому что к моменту их отъезда я вернулся домой. Да, я вернулся в дом, и мне почудилось, что в нем кто-то есть. Спрятавшись за портьеру, я застыл в ожидании, потому как с одной рукой ничего другого мне не оставалось. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не появилась Ирина. Громко стукнув калиткой и входной дверью, она протопала именно в эту комнату и остановилась у моей портьеры. Выглянув, я подал ей знак молчания и шепотом объяснил причину. Она испугалась до чертиков и кинулась в коридор за топориком. Я уже хотел бежать следом, но она, безумно хохоча, явилась сама. За шиворот она держала котенка, виновника таинственных звуков, исходивших из моей комнаты. Ну а после ее ухода у меня вновь возникло неприятное ощущение.

- Какое конкретно?

- То же самое, мне показалось, что в доме я не один. Я досконально проверил каждый уголок, но ничего не обнаружил. Оставалось подполье. Когда я его открыл, появились вы, причем неожиданно и тихо, со спины, как опытный вор.

- Да, я немного вас напугал, но к делу это не относится, эпизод со мной вы можете опустить, и так понятно, что в это время он вынужден был затаиться и дышать в тряпочку. А вот после моего ухода он, очевидно, решил предпринять какие-то активные действия.

- После вашего ухода я вышел в огород и расположился на лежаке неподалеку от него. Наверное, это опять помешало ему выбраться на свободу через сарай, и тогда он предпринимает рискованный ход. Перебравшись в подполье, он пытается уйти через коридор, и опять неудача. В дом вхожу я, причем открываю крышку подполья и, более того, нокаутирую его и запираю в каменном мешке. Парень в панике, его засекли. Он понимает, что в любой момент я смогу его опознать. И тогда он решается на крайнюю меру. Выбравшись через сарай, с лопатой наготове он неслышно пролазит в окно моей комнаты, подходит ко мне со спины и, улучив момент, убирает свидетеля, то бишь плющит мой затылок. Только непонятно, почему он ударил плашмя? Ребром было бы куда как эффективней.